Страшилка

Вокруг всё шумело и звенело, дул лёгкий ветер и я начала замерзать. Я открыла глаза и очень удивилась. Я лежала в своей комнате, в своей кровати, только вокруг всё казалось каким-то странным. Стены были не привычного мне цвета: они были тускло-зелёные, напротив стояла тумбочка и старый телевизор, а возле тумбочки стоял большой торшер. Окно было открыто на распашку, висела прозрачная занавеска, которая, судя по всему, висела здесь очень долго и её никогда не стирали. Я привстала на локти и зажмурила глаза. Сквозняк приоткрыл старую дверь в комнату и я услышала ненавязчиво игравшую мелодию. Она мне напоминала что-то, но что именно, я вспомнить не могла. Поднявшись с кровати, я стала не глядя нащупывать тапочки на коврике, но, так и не обнаружив их, опустила глаза и удивилась: под моими ногами не было ни коврика, ни тапочек... Пол был выложен досками и на нём виднелся лёгкий слой пыли. Я недоверчиво наступила одной ногой на пол и почувствовала неприятное ощущение, напоминающее, будто бы я наступила в мокрый песок или землю. Встав на ноги, я аккуратно начала подходить к двери. Прислушавшись, я услышала незнакомые голоса и звук посуды. Открыв дверь, я вышла в коридор, который тоже заметно видоизменился. Ступеньки были обшарканными, пыльными и было похоже, будто на них разлили мыльную воду. Мне было довольно не приятно спускаться по ним, но делать ничего не оставалось.

"Однажды, любящий отец Василий, стоя перед умирающей от рака дочки, поклялся, что во что бы то ни стало раздобудет денег на ее лечение. "Держись, Яна, скоро тебе помогут!" - думал он, выходя из палаты. В руке он зажимал объявление с яркими картинками.
Василий был очень разумным человеком и, несмотря на горе, он не потерял трезвости рассудка. Он не стал бездумно продавать все вещи из своего дома, все равно не хватило бы, не стал воровать, лелея воспоминания о лучшей жизни, не стал просить милостыню. Отец Яны был простым механиком и решил найти еще одну работу. Сначала его настигали неудачи одна за другой, но как-то, возвращаясь домой, он увидел небольшой листок, прилепленный к доске объявлений его подъезда. На темном небе, полном молний и кровожадных летучих мышей, был нарисован пятиэтажный дом, из окон которого выглядывали привидения. Ниже ветвистые буквы гласили: "Испытайте свою храбрость в проклятом доме! Проведите там три дня и ночи и получите один миллион рублей! Спешите, количество мест ограничено!"
Василий впился взглядом в цифры. Это была именно та сумма, которая ему нужна. Он схватил листок, навестил дочь, собрал вещи в рюкзак и отправился по нужному адресу, указанному на листке. "Спешите!" - звучало в его голове.

Ее звали Эмилия. Она была отнюдь не воспитанным и благоухающим юным цветочком, в отличие от ее одноклассниц. Эмилия еле-еле закончила 9 класс, и главы престижной Гимназии, в которой она училась, все же решили пустить ее в 10 класс.
Эмилия вела совершенно нездоровый образ жизни: курила, пила с 15 лет. На это повлияли оценки, переход в другую школу и отвратительное общение со сверстниками. У молодой девушки было всего три близкие подруги, такие же как и она. Все было более-менее нормально, пока не случилось то, чего Эмилия боялась больше всего - со всеми дружба прекратилась. Одна из подруг переехала и попросту забила на прежних друзей и знакомых, вторая нашла себе новую компанию и стала одной из самых популярных девушек в школе. Ну да, куда же серой мышке Эмилии до ее роскошной бывшей подружки. Ну, а третья подруга... с ней то совсем трагически все получилось... - она разбилась во время прыжка с парашютом. После всех этих событий очень глубокая и сильная боль каждый вечер пробирала до костей бедную Эми. По вечерам она частенько запиралась в своей комнате или в ванной и долго горько рыдала, вспоминая светлые моменты своей жизни.

Кабинет детектива. Вдруг стук в дверь.
- Мистер Джон, можно?
- Да, в чём дело, Джек? - сказал Джон, не открывая взгляда от документов на столе.
- Сэр, полиция задержала какого-то психа, его следует допросить.
- В чём он обвиняется?
- В попытке нападения на человека с ножом, сэр.
- Почему этого его не допросит кто-нибудь другой?
- Он отказывается сотрудничать с кем-либо другим, он настоятельно просит, чтобы вы допросили его.
- Ладно, пойдём. - сказал Джон, вставая из-за стола.

- Да, я зомби. Прости, Фрэнни, что обманул тебя. - Совершенно спокойно ответил я.
Фрэнни попятилась назад. Она молча, не издавая и звука? развернулась ко мне спиной и распахнула дверь, выскочив в коридор.
Я только посмеивался. Нет! Становится зомби или вампиром я вовсе не собирался. Я отбросил резиновую руку под кровать и перевел дыхание.
Оставалось надеяться, что мои родители заберут меня завтра же из этого ужасного места. Что никто не помешает моему побегу. Нужно сохранять только спокойствие, не выдать себя. Твердил я. Я закрыл глаза, пытаясь заснуть, но ничего не выходило. Новые и новые идеи приходили в голову, как убедить родителей забрать меня отсюда. Но одна другой казалась мне глупей.
Ближе к утру мне удалось заснуть.
Солнечные лучи разбудили меня. Был прекрасный день. Даже слишком солнечный и прекрасный за последнее время. Сколько я здесь нахожусь, не помню вообще солнца, скрывавшееся все это время за черными тучами. Хороший знак.

- Скука - пробормотала с печалью Оля.
Заиграла громкая музыка телефона.
- Ну, блин, мне лень вставать, мам, возьми трубку - Достаточно громко крикнула Оля.
- Оля, я занята, возьми, сама совсем уже обленилась. - с возмущением сказала мама.
С большой не охотой Оля слезла с кровати, подошла к тумбочке и взяла телефон.
- Алло?
- Привет, Оля.
- Привет, Катя.
- Слушай, ты можешь сегодня прийти ко мне?
- А зачем? - сказала Оля с недоумением.
- Я устраиваю вечеринку.
- Серьёзно? Я буду там! А кто ещё придёт? - Радостно закричала Оля.
- Ещё придёт Макс, Никита, Надя, Галя, Дима и мой брат Даниил.
- Что ещё за Дима?
- Ну мы с ним встречаемся неделю уже, как я тебе не рассказала.
- Понятно, ладно, во сколько приходить?
- В семь вечера.
- Ладно, в семь я свободна.
- Отлично.

Я осторожно потрогал языком кончики клыков. Совсем засохли уже. Одно радует – местная звезда еще не начала свой короткий, но такой болезненный для нас путь.
Я не боялся холода – для нас он не страшен. Там, откуда я прилетел, температура всегда была ниже нуля, что является наиболее приемлемым для нас. Наша кожа намного чувствительней человеческой, поэтому именуемая Солнцем звезда губительна для нас.

Ноги застревают в снегу, но у меня не остается другого выбора, кроме как найти убежище до восхода. Не хочется умереть в огне и повторить судьбы сотни моих несчастных братьев и сестер.

Ночь была достаточно светлой, но, к счастью, Луна безвредна для нас – кожа лишь немного чешется. Однако густота здешнего леса спасает и от этого.

Идя на работу, Майк заметил человека, высокого, очень тонкого, но его испугало то, что у человека не было ни глаз, ни рта, ни носа, только чёрные пятна вместо них. Майк моргнул и человек исчез. Показалось наверное.

После работы он зашёл в кафе попить кофе. Заказав эспрессо, Майк глянул на продавщицу и ужаснулся - перед ним стоит тот высокий человек без рта, носа и глаз. "Вот ваш кофе", - сказала продавщица. Майк заплатил и пошёл в направлении дома, нервно попивая напиток. Когда он пришёл домой, ему захотелось спать. Сев в кресло, он уснул, но тот час проснулся в холодном поту. Он опять увидел его. "Может я сошёл с ума", - сказал Майк себе, глотая успокоительное.

На следующий день он решил остаться дома, так как я ночью не спал, боясь опять увидеть его. "Я, скорее всего, свихнулся", - бормотал он. Тут ему стало очень душно и открыл окно, но тут же зарыл его и задернул шторы. "Опять он", - сказал Майк историческим тоном. - Он! Он!!". Не осознавая что делает, он схватил пистолет и выбежал на улицу.

Я отошел от Фрэнни, сделав шаг назад.
- Что я должен еще знать?
- Школа Ромеро, не просто школа, - начала Фрэнни. - Ты не видел расписание в Особом классе?
- Особый класс? - повторил я.
Фрэнни кивнула.
- Да, Особенный класс. Там ученики, которые умерли много лет назад. Им больше двадцати, а некоторым и тридцати лет. У них единственный предмет. Они не изучают физику, химию или астрономию. Варриология.
Я задрожал. Предчувствуя, что в этом странном названии таится что-то ужасное и страшное. Что раз и навсегда изменит мое отношение ко всему происходящему.

Уже давно зима.
Холод.
Мурашки по телу.
Темный переулок, освещенный тусклым светом фонаря.
Я иду.
Уверенными шагами направлюсь в сторону дома.

- Какая встреча, удивительно, уж тебя то увидеть в столь поздний час. Откуда идешь?
- А, это вы, ребят. Привет.
- Ты не ответила на вопрос.
- Гуляла. А вы-то что здесь забыли? И от кого этот жуткий запах перегара?
- Тебя должно волновать это меньше всего. - произнес один парень.
- К мамочке своей торопишься? Под крыло родное, ха-ха. - съехидничал другой.
- Что за детский лепет. Отойдите с дороги.
- Ну что же ты, погуляй с нами. Успеешь ещё со своей мамашой поняньчиться. Возможно...
- Шаг в сторону, недоумок.
- Грубить вздумала, неужели голос прорезался?
- Только представь. Думаешь, что недоросшего, ничего не добившегося алкаша будут уважать?
Резкая боль в кистях рук.
- Следи за тем, что говоришь, сука.