1000 причин стать убийцей - Кохлеарная гиперакузия
Преступление произошло в одной из квартир жилого дома на улице ..., в микрорайоне, где каждое окно одинаковое, а подъезды пахнут краской и сыростью. Убитый — Артём Жижин, тридцатиоднолетний инженер-конструктор. Работа, жена, ипотека, белый Renault Logan — ничем не примечательный человек. Его обнаружили мёртвым на полу в зале, рядом с работающим телевизором.
Канал был настроен на «мёртвый эфир» — серый рябящий экран, производящий шум белого спектра. Тот самый, что напоминает хруст снега под ногами или гул в ушах перед обмороком.
Причиной смерти оказался удар в висок тяжёлой стеклянной пепельницей. Орудие лежало рядом. Следов борьбы не было. Квартира не взломана. Жена погибшего была дома. Она и вызвала полицию.
Канал был настроен на «мёртвый эфир» — серый рябящий экран, производящий шум белого спектра. Тот самый, что напоминает хруст снега под ногами или гул в ушах перед обмороком.
Причиной смерти оказался удар в висок тяжёлой стеклянной пепельницей. Орудие лежало рядом. Следов борьбы не было. Квартира не взломана. Жена погибшего была дома. Она и вызвала полицию.
Её зовут Варвара. Тридцать лет. Худощавая. Домохозяйка. Первые слова, которые она произнесла при задержании:
— Он не понимал, как звучит холодильник.
Следствие зашло в тупик сразу.
Мотив? Его не было. Варвара не испытывала ни страха, ни раскаяния. Она отвечала чётко, с паузами, иногда с выражением облегчения.
— Я не хотела убивать. Я просто хотела тишины.
— Он был агрессивен?
— Нет. Он храпел. Он говорил фразами из рекламы. Он читал новости вслух.
— Он вас обижал?
— Только звуками. Он звенел ложкой о край миски. Он крутил пальцем пульт. Он щёлкал суставами. Это пытка. Пытка звуком.
Следователи вначале подумали, что она — психически нездорова. Но психиатры вынесли другое заключение: полностью вменяема, просто с атипичной реакцией на окружающую среду.
Вот что стало известно.
Варвара с детства страдала гиперакузией — расстройством, при котором обычные звуки воспринимаются болезненно громко. Стук капель в ванной мог свести её с ума. Шорох упаковки от печенья вызывал раздражение. Она с этим жила, адаптировалась — беруши, наушники, шепот.
Когда познакомилась с Артёмом, тот казался ей «на удивление тихим». Но после свадьбы что-то поменялось. Возможно, не он — а она перестала притворяться.
— Он был шумом. Он постоянно существовал в диапазоне раздражения. Он дышал через рот. Он скрипел креслом. Он говорил. Всё время говорил.
Она не злилась. Она уставала.
— Он не был плохим. Он просто был слишком слышимым.
Накануне убийства.
Артём включил видео на YouTube. Интервью с бывшим тренером по боксу. Варвара в этот момент мыла полы. Она попросила сделать потише. Он сделал. Потом опять прибавил. Потом пошёл в душ и пел. Варвара сидела в наушниках. Но батарея разрядилась.
— В какой-то момент, — сказала она, — я поняла, что звуки важнее его самого. Он был не личностью. Он был раздражителем. И если я выключу раздражитель, исчезнут звуки.
Она подошла. Взяла пепельницу. Ударила. Один раз. Молча. Этого хватило, чтобы убить.
Потом включила телевизор. Не чтобы отвлечься. А чтобы разрядить абсолютную тишину белым шумом.
Суд, приговор, последствия.
Суд дал ей восемь лет по статье «Убийство без отягчающих обстоятельств». В зале суда Варвара держалась спокойно. Не плакала. Только однажды сказала:
— Люди не понимают, как шум разрушает. Он подкрадывается не с ножом. А с чайником, который ты не выключил и он свистит. С шариковой ручкой. С откашливанием. С каплей в раковине.
Заключение.
Эта история не о том, как женщину довели до безумия. И не о семейной драме. Это история о невидимом терроре звуков, который невозможно объяснить тому, кто его не слышит.
Варвара не хотела убивать. Она хотела выключить звук.
И — в каком-то смысле — она это сделала. Но какие звуки? Будут в тюрьме?
— Он не понимал, как звучит холодильник.
Следствие зашло в тупик сразу.
Мотив? Его не было. Варвара не испытывала ни страха, ни раскаяния. Она отвечала чётко, с паузами, иногда с выражением облегчения.
— Я не хотела убивать. Я просто хотела тишины.
— Он был агрессивен?
— Нет. Он храпел. Он говорил фразами из рекламы. Он читал новости вслух.
— Он вас обижал?
— Только звуками. Он звенел ложкой о край миски. Он крутил пальцем пульт. Он щёлкал суставами. Это пытка. Пытка звуком.
Следователи вначале подумали, что она — психически нездорова. Но психиатры вынесли другое заключение: полностью вменяема, просто с атипичной реакцией на окружающую среду.
Вот что стало известно.
Варвара с детства страдала гиперакузией — расстройством, при котором обычные звуки воспринимаются болезненно громко. Стук капель в ванной мог свести её с ума. Шорох упаковки от печенья вызывал раздражение. Она с этим жила, адаптировалась — беруши, наушники, шепот.
Когда познакомилась с Артёмом, тот казался ей «на удивление тихим». Но после свадьбы что-то поменялось. Возможно, не он — а она перестала притворяться.
— Он был шумом. Он постоянно существовал в диапазоне раздражения. Он дышал через рот. Он скрипел креслом. Он говорил. Всё время говорил.
Она не злилась. Она уставала.
— Он не был плохим. Он просто был слишком слышимым.
Накануне убийства.
Артём включил видео на YouTube. Интервью с бывшим тренером по боксу. Варвара в этот момент мыла полы. Она попросила сделать потише. Он сделал. Потом опять прибавил. Потом пошёл в душ и пел. Варвара сидела в наушниках. Но батарея разрядилась.
— В какой-то момент, — сказала она, — я поняла, что звуки важнее его самого. Он был не личностью. Он был раздражителем. И если я выключу раздражитель, исчезнут звуки.
Она подошла. Взяла пепельницу. Ударила. Один раз. Молча. Этого хватило, чтобы убить.
Потом включила телевизор. Не чтобы отвлечься. А чтобы разрядить абсолютную тишину белым шумом.
Суд, приговор, последствия.
Суд дал ей восемь лет по статье «Убийство без отягчающих обстоятельств». В зале суда Варвара держалась спокойно. Не плакала. Только однажды сказала:
— Люди не понимают, как шум разрушает. Он подкрадывается не с ножом. А с чайником, который ты не выключил и он свистит. С шариковой ручкой. С откашливанием. С каплей в раковине.
Заключение.
Эта история не о том, как женщину довели до безумия. И не о семейной драме. Это история о невидимом терроре звуков, который невозможно объяснить тому, кто его не слышит.
Варвара не хотела убивать. Она хотела выключить звук.
И — в каком-то смысле — она это сделала. Но какие звуки? Будут в тюрьме?
(голосов: 4)
Категория: Страшные рассказы
