На смерть тебе делали...
Это началось однажды ясной звездной ночью. Было полнолуние и мы с мужем, зачарованные теплым летним вечером, засиделись на веранде допоздна: разговаривали, смеялись, пили ароматный чай... Муж у меня замечательный, любящий, заботливый, дай Бог такого каждому. Наконец он сказал: "Ну, пора и честь знать! Пойдем-ка спать" и ушел в дом. А я еще осталась посидеть, подышать воздухом, напоенным ароматом луговых трав. Прямо надо мной висел огромный, совершенно круглый лунный диск. Я никогда в жизни не видела такой бесконечно прекрасной полной Луны. Словно завороженная, я смотрела и смотрела на неё, чувствуя, что словно погружаюсь в какой-то транс. И где-то глубоко вдруг стало расти смутное беспокойство, какое-то тревожное предчувствие беды. Отчего-то вспомнились слова прабабки: "Никогда, внученька, не смотри долго на полную Луну. Не к добру это". Наконец я стряхнула с себя это наваждение, отогнала непрошенные мысли и, решительно встав со ступенек, пошла в дом...
Была глубокая ночь, когда я проснулась от жуткого ощущения, будто на меня кто-то смотрит тяжелым, сверлящим взглядом. Я открыла глаза, было темно, муж крепко спал, по полу бежала лунная дорожка... Я проследила по ней взглядом и увидела его...
Была глубокая ночь, когда я проснулась от жуткого ощущения, будто на меня кто-то смотрит тяжелым, сверлящим взглядом. Я открыла глаза, было темно, муж крепко спал, по полу бежала лунная дорожка... Я проследила по ней взглядом и увидела его...
Он... Оно.. не знаю, кто это был... Он стоял в дверном проеме и смотрел на меня странным каким-то безразлично пустым и оттого особенно жутким взглядом. Это был не человек... не зверь... нечто среднее, как большая обезьяна или... не знаю, весь покрытый шерстью, но лицо почти человечье.
Онемев от ужаса, я не могла оторвать от него взгляда, не могла пошевелиться, только чувствовала, как холодная волна какого-то смертельного тоскливого страха подползает к сердцу и наконец, зажмурив глаза, закричала.
Вспыхнул свет ночника, ошалевший спросонья, муж тряс меня, спрашивая, что случилось. Я, захлебываясь слезами и заикаясь, рассказывала, что только что видела, муж на это успокаивающе уверял: "Это тебе приснилось, просто кошмар, успокойся". Наконец я успокоилась и заснула.
Утром все это и вправду показалось кошмаром, я выбросила все из головы. А следующей ночью снова проснулась от нечеловеческого взгляда. Зверь был там, у двери, стоял на краю лунной дорожки и смотрел, только теперь в его взгляде было что-то еще, кроме пустоты, словно он видел во мне какого-то червя. И снова я долго не могла пошевелиться от липкого животного страха, глядя в пусто-презирающие глаза Его, пока еще больший ужас перед ледяной волной, подкатывающей к сердцу, не заставил меня закричать. Снова свет, обеспокоенный и наконец проснувшийся муж, слезы, уверения, что это всего лишь кошмар...
Но я знала, что это не просто кошмар. Зверь появлялся каждую ночь, я просыпалась от его взгляда. И с каждым разом его взгляд становился все более опасным, словно в нем раз за разом разгоралась непонятная и невиданная ненависть ко мне.
Я стала нервной, не высыпалась, плакала и умирала от ужаса. Муж ничего не мог понять, кроме того, что эти мои ночные кошмары стали проблемой. Он не очень-то верил в то, что я рассказывала, и я предложила ему не поспать одну ночь и самому убедиться. Но когда ночь стала сгущаться, он заснул мертвым сном и я так и не смогла его разбудить, и снова появился зверь, с еще большей яростью в глазах.
Я стала совсем больная от всего этого, муж водил меня по врачам, но те лишь разводили руками и выписывали снотворные и антидепрессанты. Снотворное мне не помогало, каждую ночь в назначенный час я все равно просыпалась. Просыпалась, чтобы увидеть его взгляд. И в один из его визитов я вдруг совершенно отчетливо поняла, что однажды этот зверь прыгнет, и стала объяснима ледяная волна, подкатывающая к сердцу: утром меня найдут уже похолодевшую, все объяснят инфарктом или инсультом. Я только не могла понять: за что? Почему я?
В этот раз муж снова попытался "подежурить", чтобы увидеть наконец то, что вижу я. Он долго сидел с включенным ночником и читал книгу, пока его, как и обычно, не сморил неестественно крепкий сон, ночник мигнул и погас. Я повернула голову, чувствуя уже привычный мерзкий страх и взгляд, который сегодня светился красной яростью. Значит, сегодня.
Он смотрел мне в глаза, а я ждала, когда он наконец сделает первое движение, чувствуя как холодеют ноги и руки, как свинцовой тяжестью наливается тело и сердце словно замедляет свой ритм. И вот, как в замедленном кино, я увидела, как ненавидяще прищурились ненавистные глаза, взмах волосатых лап... сейчас он прыгнет и...
Одна лапа задела вазу, стоящую на маленьком столике у двери, я почему-то перевела взгляд на вазу, которая медленно стала падать на пол, и закричала... Закричала так, что муж свалился с кровати, и кричала, кричала, забившись в истерике, а муж изумленно смотрел на разбитую вазу и все повторял:
- Почему она упала? Почему же она упала?
Утром муж сел обзванивать друзей, спрашивая о том, нет ли у кого "знакомой ведьмы". Мне все еще было нехорошо, но как-то спокойней, по крайней мере, я знала, что муж мне теперь поверил. Наконец он записал продиктованный кем-то адрес, и мы поехали к той самой "знакомой ведьме". Оказалась она древней бабулькой с проницательным цепким взглядом и с порога заявила: "Повезло тебе, девонька. Душа у тебя чистая, а то бы не проснулась ты сегодня. На смерть тебе делали. Да только ты зверя-то к ним самим прогнала". Потом она что-то делала, какие-то заговоры, давала воды попить, обносила свечкой... И я чувствовала, как ко мне возвращается покой, уходит страх, я точно знала – зверь больше не вернется.
Вечером нам позвонили из другого города, сообщили, что умерла моя свекровь. Ночью случился во сне инфаркт...
Онемев от ужаса, я не могла оторвать от него взгляда, не могла пошевелиться, только чувствовала, как холодная волна какого-то смертельного тоскливого страха подползает к сердцу и наконец, зажмурив глаза, закричала.
Вспыхнул свет ночника, ошалевший спросонья, муж тряс меня, спрашивая, что случилось. Я, захлебываясь слезами и заикаясь, рассказывала, что только что видела, муж на это успокаивающе уверял: "Это тебе приснилось, просто кошмар, успокойся". Наконец я успокоилась и заснула.
Утром все это и вправду показалось кошмаром, я выбросила все из головы. А следующей ночью снова проснулась от нечеловеческого взгляда. Зверь был там, у двери, стоял на краю лунной дорожки и смотрел, только теперь в его взгляде было что-то еще, кроме пустоты, словно он видел во мне какого-то червя. И снова я долго не могла пошевелиться от липкого животного страха, глядя в пусто-презирающие глаза Его, пока еще больший ужас перед ледяной волной, подкатывающей к сердцу, не заставил меня закричать. Снова свет, обеспокоенный и наконец проснувшийся муж, слезы, уверения, что это всего лишь кошмар...
Но я знала, что это не просто кошмар. Зверь появлялся каждую ночь, я просыпалась от его взгляда. И с каждым разом его взгляд становился все более опасным, словно в нем раз за разом разгоралась непонятная и невиданная ненависть ко мне.
Я стала нервной, не высыпалась, плакала и умирала от ужаса. Муж ничего не мог понять, кроме того, что эти мои ночные кошмары стали проблемой. Он не очень-то верил в то, что я рассказывала, и я предложила ему не поспать одну ночь и самому убедиться. Но когда ночь стала сгущаться, он заснул мертвым сном и я так и не смогла его разбудить, и снова появился зверь, с еще большей яростью в глазах.
Я стала совсем больная от всего этого, муж водил меня по врачам, но те лишь разводили руками и выписывали снотворные и антидепрессанты. Снотворное мне не помогало, каждую ночь в назначенный час я все равно просыпалась. Просыпалась, чтобы увидеть его взгляд. И в один из его визитов я вдруг совершенно отчетливо поняла, что однажды этот зверь прыгнет, и стала объяснима ледяная волна, подкатывающая к сердцу: утром меня найдут уже похолодевшую, все объяснят инфарктом или инсультом. Я только не могла понять: за что? Почему я?
В этот раз муж снова попытался "подежурить", чтобы увидеть наконец то, что вижу я. Он долго сидел с включенным ночником и читал книгу, пока его, как и обычно, не сморил неестественно крепкий сон, ночник мигнул и погас. Я повернула голову, чувствуя уже привычный мерзкий страх и взгляд, который сегодня светился красной яростью. Значит, сегодня.
Он смотрел мне в глаза, а я ждала, когда он наконец сделает первое движение, чувствуя как холодеют ноги и руки, как свинцовой тяжестью наливается тело и сердце словно замедляет свой ритм. И вот, как в замедленном кино, я увидела, как ненавидяще прищурились ненавистные глаза, взмах волосатых лап... сейчас он прыгнет и...
Одна лапа задела вазу, стоящую на маленьком столике у двери, я почему-то перевела взгляд на вазу, которая медленно стала падать на пол, и закричала... Закричала так, что муж свалился с кровати, и кричала, кричала, забившись в истерике, а муж изумленно смотрел на разбитую вазу и все повторял:
- Почему она упала? Почему же она упала?
Утром муж сел обзванивать друзей, спрашивая о том, нет ли у кого "знакомой ведьмы". Мне все еще было нехорошо, но как-то спокойней, по крайней мере, я знала, что муж мне теперь поверил. Наконец он записал продиктованный кем-то адрес, и мы поехали к той самой "знакомой ведьме". Оказалась она древней бабулькой с проницательным цепким взглядом и с порога заявила: "Повезло тебе, девонька. Душа у тебя чистая, а то бы не проснулась ты сегодня. На смерть тебе делали. Да только ты зверя-то к ним самим прогнала". Потом она что-то делала, какие-то заговоры, давала воды попить, обносила свечкой... И я чувствовала, как ко мне возвращается покой, уходит страх, я точно знала – зверь больше не вернется.
Вечером нам позвонили из другого города, сообщили, что умерла моя свекровь. Ночью случился во сне инфаркт...
(голосов: 4)
Категория: Ведьмы и колдуны
Немного смешно даже