Страшилка

Тёмный лес, верхушки сосен.
Где тебя так поздно носит?
Старый дом, разбитый джип.
Будешь так же ты разбит.

Клок бумаги на сосне.
Забери его себе.
"Always watches. No eyes".
Всех он видит и без глаз.

Вот клочок: "Leave me alone!"
Ты услышал чей-то стон.
Стонущему не помочь.
Убегай-ка лучше прочь.

Ночь.
От стены к стене...
Я иду в забытом сне
Туда...
В поиске себя.
Где-то тут была...
Потеряла - не нашла,
Звала... всё звала.
В свете дня я закрашу черным зеркала
Все равно в них нет меня...
Так я буду верить, что жива

Ты думаешь, я монстр?
А, по-моему, монстры вы.
Я убиваю людей ради еды.
А вы убиваете друг друга с криками: Наша вера сильна! Наш Бог настоящий.
А в столице сидит священник и посылает людей на смерть. Словно товар не стоящий.
Я псих ненормальный?
Хе. Покажи эталон! Я не человек! Я адекватней тебя! Я - нейтральный!
Как люди ко мне, так я и к ним.
Поверь, люди не любят других! У меня много врагов! Я не останусь голодным!
Зачем я это всё говорю?
Я просто выговорится, хочу.
Вы мне надоели вламываться в мой дом!
А теперь вон! Бегом!

Стальная тишь. Холодные потоки
Внутри сознанья мертвой тенью;
Бессмысленность святых истоков,
Покрывших землю темной сенью.

Бессмысленность рассудка... мрак...
Отчаянье достигло высшей точки...
В золе - сокрытый светлый знак,
Что выжжен Кем-то в мыслях строчкой...

Бессмысленность души... Я слаб...
Упал на дно, где нет надежды,
На дне могилы стал я - раб,
Истерлись в прах мои одежды...

Блуждал тот юноша в лесу,
Лишь освещаемый луною,
Держал колчан, что на весу,
С одной единственной стрелою.

Оленем был он увлечен,
Что заманил его в чащобу,
Он понимал, что обречён,
Кричал во тьму, срывая злобу.

Вдруг долетели до него
Из чащи чёрной песни звуки,
Зовя, маня с собой его,
Лишь предвещая боль и муки.

Я кроткий, безропотный, я - местный ангел.
Мне крылья сломали - вот, посмотри.
Я - тень, но не призрак, привязанный к спальням,
Дракон, затаившийся где-то внутри.

Я вымету мусор, протезы одену,
Я сделаю кофе, но ты не смотри.
Не надо смотреть, как я лезу на стену
От счастья, тепла, что мне дарите вы.

Не надо смотреть, как я ночью, в потёмках,
В трубу отправляю ненужную боль.
Рюкзак мой - что ваша платочек-котомка.
Лежит там немного, вещей почти ноль.

Слепой, расскажи серых стен мне секреты.
Ты ведь всё знаешь, ты ведь вожак.
Слепой, мне не нужно подробных ответов,
Просто скажи мне, что здесь не так.

Ведь было же что-то, ведь были подсказки
О том, что случится с Лосём.
Ведь были же песни и были же сказки,
Чей смысл узнавали мы лишь вдвоём.

А Волк? Расскажи мне, Слепой, всё, что знаешь
О том, как он умер, как принял смерть
Рыцарь, чьи доспехи из гипса, как стали защищали,
На чьи фото мне всё ещё больно смотреть.

Давным-давно, в те времена лихие,
Когда кровь битв по всей земле текла,
Тогда печати были сорваны с той книги,
И четырех наездников судьба нам родила.

Один - болезни нес, и звался он Чумою,
Второй - худой, он Мор, он Голод был,
А третий нес раздор, и звался он Войною,
Четвертый же, сам все дела их завершил.

И у наездников был Предводитель,
В Египте знойном он родился, в темный час,
Он хаоса и страха повелитель,
В живых он не оставит, никого из нас.

Так тихо, что даже слышно
Как бежит по венам кровь,
Как бьётся сердце
И как мысли летают в темноте немой.

Как сильно давит тишина
Возможно нет страшней на свете,
Как быть закрытым здесь на веки,
Наедине с самим собой.

Ты вспоминаешь всё что было,
Но нет во всём том пониманья
Зачем на свете жить уныло,
Закутавшись в фальшивый фантик.

Простите все, кто не поймет,
Кто не простит, кто проклянет,
На ваш вопрос, скажу в ответ:
Есть только Дьявол, Бога нет.

Идут года, проходит время,
Меняется привычный мир,
Не встретишь каннибалов племя,
Не посетишь короны пир.

Мы демоны, мы неизменны,
И до своей работы верны,
Мы жизни молодые губим,
И кровь из жертвы очень любим.