Страшилка

Утро. Туман завис в ожидании худшего.
Тихо. Серое небо давит снаружи.
Холод. Может подарит надежду на лучшее.
Нет. Она придет вечером.
И не скрыться. Не помогут мне крики о помощи.
Каждую ночь.
Появление неожиданно.
Уход ожидаемый.
На часах 23:48. Осталось немного.
Ну что ж я готова. Я слышу.
Пронзающий скрежет не дает мне покоя.
Я вижу. Движенья скользящие.
Она близко. Закрою глаза.
Утро. Я в ожидании худшего.

Она была молода и неистово красива,
Локон светло-золотой поясницу закрывал.
Ничего она для жизни у Исуса не просила,
Потому что для нее он лишь в мифах прибывал.
И в глазах ее печальных, небо темно-голубое,
Мысли черные как ночь без луны и фонарей.
Полюбила персонажа и почуяла родное,
В нем, таком жестоком и ужасным для людей.
И сама не понимала от чего в ее душе,
Появилась эта нежность, что кипела словно кровь.
Почему она так резко воспылала к Сатане,
Что за странная в сердечке ее маленьком любовь?
Сколько дней, ночей желала она встретить его лик,
И однажды так случилось, он поднялся из земли.
Он поднялся, статно, гордо, заглушая ее крик,

Это не о любви, а о страхе,
О темной России рассказ.
Как тонет она в неистовом мраке,
Мрак по углам и в каждом из нас.

Я помню леса и прозрачные реки,
В, которых то леший, то русалка глядят,
Они, ходят слухи, по целому свету,
Пугают старух и юных ребят.

В зловонных домах ведьмы жаждут расправы,
Уготовлено зелье для нудных людей,
А в за брошенных хатах живут каннибалы,
И где-то там рядом дряхлый Кощей.

Черти ползут из земли как трава,
Фантомы летают по свету как тени.
Лежит на могиле мертвеца голова
И хохот ее раздается во тьме.

Моя смерть уже близко, я знаю,
Но зачем-то, я все же борюсь.
Я в мученьях предсмертных сгораю,
Но и даже сейчас не сдаюсь.

Все в тумане, все страшно, размыто.
Замирает мой крик на губах...
Вот агония - жутко и тихо,
И слеза застывает в глазах.

Очень грустно, обидно и больно,
Вся душа моя словно в огне.
Тишину стон нарушил невольно,
Ведь последний мой час на земле.

Что ни вечер - то утренним светом.
Что ни завтра - и снова сегодня.
Далеко, где-то час от рассвета
Луна белая в небе восходит.

Облака серым дымом и смогом
Отправляются в путь недалекий.
Лунный лик осеняет дорогу,
Повезет в картах мне - будет джокер.

Если будет удача - то с радостью,
Если вихрь черных снов - туман стелется.
Пусть мне горечь покажется сладостью,
Скрип колес будет шорохом мельницы.

Тихо в келии святой.
Поп могилу крестит.
Сверчок просит на постой,
Полуночи вестник.

Тихо тикают часы,
Замер крест дрожащий.
Бесы - дьявола послы
В склеп беду потащат.

Гулким эхом от стены
Отдает молитве.
Очи мертвого грустны,
А оскал - ехиден.

Бесы пляшут хоровод,
Точат злые лясы.
Вместо елки ждет их гроб.
Поп поправил рясу.

Ночью в церкви слышен смех
Злобный и противный
Совершается там грех,
Ритуал призывный.

Призывает саму смерть
Проклятый монах
Держит он своих руках,
Черный альманах.

И раздался крик во мгле
"Приходи ко мне,
Я к тебе взываю
В ночной тишине!"

Если двойку получил
Не такой уж ты дебил,
Просто твой учитель лох
И ты хочешь чтоб он сдох
Чтоб споткнулся он на кочке,
Чтоб отбил себе все почки,
Чтобы сбил его КАМАЗ,
Чтобы вытек правый глаз,
И чтоб улетели ноги,
На другой конец дороги,
Чтоб наехала братва,
Чтоб он знал как ставить два!

Ты дома,
Вот уже тёмно.
Ложишься спать
И вдруг звонок!

Сам нервно смотришь на часы
12:50 и ты
Хватаешь трубку.
Тишина...

Душа твоя в миг цепенеет
И холодно вокруг теперь,
И голоса сейчас гуляют
В бездумной голове твоей.

Я супер-композитор!
Музыки король.
Диктует мне сонаты
Мой идол и герой!

Он в темноте приходит,
И до утра сидит.
Моей рукой он водит,
И на ухо твердит.

Мне говорит он,
Нужно, для музыки моей
Добавить ритма скорби
И парочку смертей.