Страшилка

Часть первая: Прибытие

Автобус, дребезжа, тащился по просёлочной дороге, подпрыгивая на каждом ухабе. За окнами проплывал унылый осенний пейзаж: голые деревья, чьи скрюченные ветви напоминали костлявые пальцы, серое небо, затянутое низкими тучами, и бесконечные поля, уходящие в туманную дымку. Где-то вдалеке, на вершине холма, чернел силуэт — острый, угловатый, врезающийся в небо, как сломанный зуб.

Особняк д’Эглемон.

Профессор Артур Корвин сидел в первом ряду, отдельно от студентов. Сухой, темноволосый мужчина лет пятидесяти с резкими чертами лица и глубоко посаженными тёмными глазами. Его длинные пальцы, унизанные серебряными перстнями с тёмными камнями, неподвижно лежали на коленях. Кожаный портфель, старый, потёртый, с монограммой «A.K.», стоял у его ног. За всю дорогу он не проронил ни слова — только смотрел в окно, и тонкие губы его были плотно сжаты, словно он знал что-то, чего не знали остальные.

Верили люди в старину, что земля наша полна нечисти и бок о бок с нами мир иной существует. Боялись той силы, да деваться некуда, соседствовать как-то надо было. Потому и жили в каждой почти деревне бабки-знахарки, ворожеи да колдуны, что с той силой знались и работать умели. И доселе слышно, как шли к ним за помощью: кто недуг излечить, а кто и порчу лихую на соседа навести. Всякие мастера бывали: иные на звезды молились, иные древним богам требы на алтарь подносили, а были и такие, что на погостах черными иконами работали. Цели у всех разные, да и дар неодинаков. Старики сказывали, что не всякий, кто словом владеет, от Бога его принял.

Считалось в народе, что бывают знающие от природы и бывают наученные. Природный мастер, что с даром на свет явился, ведет себя тише: он вину свою перед Творцом чует. Хоть и понимает, что дело его, может, и пустое, а все одно - лечит, отмаливает. Дара он не просил, но и отказаться не хочет, вот и пользуется якобы во благо. А колдун наученный - тот самый лютый. Он нечистому в кабалу по своей воле сдался, а черти, в нем сидящие, работы постоянно требуют. Вот он и поганит все без разбору, лишь бы самому от мук бесовских не корчиться. Да хоть какой мастер, все одно - бесей призыв, за связь греховная.

Диану привело в сознание ощущение стремительного погружения в холодную воду. Почувствовав сомкнувшиеся над её головой воды, девушка инстинктивно задержала дыхание, чтобы не захлебнуться. Открыв глаза, она увидела кружащиеся около неё пузырьки воздуха, хаотичные блики и просвечивающее сквозь толщу воды солнце. Всё вокруг было зелёное и голубое, постоянно меняющееся. Умеющая хорошо плавать, Диана изо всех сил рванулась вверх и с глубоким вдохом вынырнула на поверхность воды. Впереди, невдалеке, виднелся окутанный призрачной пеленой тумана берег реки, где прохладный ветер слегка покачивал стебли тростника и шевелил свисающие к воде ветви плакучих ив. Собравшись с силами, девушка поплыла в том направлении. Диана не знала, сколько времени ей пришлось плыть, но, уже выбившись из сил, она наконец почувствовала под ногами дно реки. Увязая во влажном речном песке, девушка вышла из воды. Диана сделала ещё несколько шагов и, выбившись из сил, упала на спину и растянулась на мокрой траве, давая отдых уставшему телу.
Это была миниатюрная девушка пятнадцати лет с изящной фигурой, одетая в тёмные джинсы и чёрную кожаную куртку. Чёрные с лёгкой синевой волосы мокрыми прядями падали на фарфорово-белое лицо с льдисто-голубыми глазами и высокими скулами. Глядя на ясное вечернее небо, она пыталась вспомнить, что с ней случилось, но в памяти всплывали лишь какие-то смутные ощущения и неясные образы, маячившие где-то на границе сознания. Вновь и вновь Диана спрашивала себя: "Что это за место? Как я здесь очутилась? И как мне теперь выбраться отсюда?". Ответа на эти вопросы девушка не находила.

Это случилось в прошлом, XVIII веке, в царствование Екатерины II. В большом великорусском селе скончался скоропостижно зажиточный, одинокий крестьянин, слывший за знахаря и упыря. «Беда, - стали толковать крестьяне, - при жизни поедом всех ел; не даст покоя и после смерти». Его положили в гроб, вынесли на ночь в церковь и выкопали для него яму на кладбище. Похороны ожидались «постные»: не только соседи жутко посматривали на опустевшую избу покойника, даже более храбрый церковный причт почесывался, собираясь его отпевать. А тут еще подошла непогода, затрещал мороз, загудела метель по задворкам и в соседнем дремучем лесу.

Первый из причта не выдержал, очевидно струсил, дьякон. Пришел к священнику, стал проситься накануне похорон в дальнее село, навестить умирающую тещу. «Как же ты едешь? - уперся поп. - Кто же будет помогать при отпевании? Нешто не знаешь, какая мошна? Родичи, чай, вот как отблагодарят», - «Не могу, отче, ради Господа, отпусти».

Отпустил поп дьякона, остался с одним дьячком. Дьячок прозвонил до зари к заутренней, отпер церковь, вошел туда с попом и зажег свечи. Началась служба в пустой, холодной, старой церкви.

В Остине однажды вечернею порой
Бородатый рейнджер шел к себе домой.
Сегодня, как обычно, ловил плохих парней,
Направо и налево давал он им люлей.
Путь его далекий лежал через погост,
Он не ведал страха. Да, Уокер был не прост,
Ведь на всей планете нет круче мужика,
На всем белом свете нет крепче кулака.
На погосте этом жил старый вурдалак,
Вечером проснулся и злым был натощак.
Видит: идет путник с рыжей бородой
И в ковбойской шляпе с рейнджерской звездой.

Эту историю недавно рассказал мне мой брат. Конченый отморозок и садист, в кризисные годы не гнушающийся не только помоечными крысами и голубями, но и каннибализмом. Ведь, как известно, денег нет, мясо дорогое, а мяска-то хочется. Но не суть. Стучать на него ментам я не обязан, да и никто не поверит, так как он очень хитер и тщательно заметает следы. Но сейчас речь не о нем. А о том, как он сожрал упыря(!). Дело было так...

Познакомился он с девушкой наилегчайшего поведения (нет, но это не точно). Привёл её домой заняться сексом. Справедливости ради стоит отметить, что живой бы она, скорее всего, не ушла. Он бы её убил, расчленил и неделю бы кушал её мясо. Но у девушки были совсем другие планы.

Вот они уже почти разделись. Он стоит в одних трусах, она уже голая. И тут произошло следующее. Девушка внезапно открывает пасть с двумя рядами острых как бритва зубов и кидается на брата (не за сексом, а сожрать, ясен хрен).

Ночь. На небе ярко светит полная Луна. Это первое полнолуние лета. Довольно тепло. Группа из двух агентов тайного отдела ФСБ идёт в гражданском по обочине дороги между посёлками Чёртов лес и Безрыбное Гниловодского района Инцельской области. Лучи фонариков постоянно шарятся по придорожным кустам.
- Да, мы уже километров десять от Чёртового леса отошли, а вообще никого нет. Ни людей, но оно и понятно, ни зверей, ни упырей. Хоть бы какой кабан или на худой конец белка пробежала. Странно это как-то.
- Витёк, а как ты хотел? Последняя машина час назад где-то проехала. Ночью здесь никто почти не ездит. Разве что местные с пьянки в райцентре возвращаются, алкаши позорят честь нашей великой скопкомовской державы, то ли дело днём. Вот что зверей никаких нет, странно. Ну да и хрен с ними. Вообще, хрень какая-то с этим местом. Есть у меня одна мыслишка на этот счёт.
- Ну, Семён, давай, рассказывай.
- Ну так слушай, нет тут никаких упырей. Людей, скорее всего, русалки с Гнилого залива заманивают своим пением, да и жрут. Вот ничего и не находят. Или аномалия какая, типо портала в иные миры, как в Бермудском треугольнике.
- Ну, ты, Семён, даёшь. Портал, блин. А кто машины как консервные банки вскрывал? Явно не русалки. А вот парочка упырей вполне могла так дверь вырвать.
- Да разорванные машины пару раз только попадались. А так машина стоит, а владелец без вести пропал. Если это и упыри, то хитрые гады, следы заметают. Думают, нет тела - нет дела. Ну ничего, покажем мы им Кузькину мать.
- Вован, сколько сейчас времени?
- Без пятнадцати час. Ещё часик, и светать начнёт. А там уже и до Безрыбного рукой подать.
- Тихо, слушай!

"Злодеем стать порою случай
Обязывает и святых,
А голос совести могучий
Умрет под гнетом мыслей злых", -

Проговорил поп-прощелыга,
Снимая с мертвого кольцо.
И тут огромнейшая фига
Воткнулась толстому в лицо.

Но как мертвец восстал из гроба?
Он грозно глянул на попа,
В его глазах сверкала злоба,
И произнес мертвяк, хрипя:

- Дед Мить, а расскажи ещё что-нибудь.
Внук уселся на завалинку рядом с дедом и протянул ему бутылку холодной газировки.
Дед свернул самокрутку и посмотрел на внука.
Парень понял по взгляду деда, что рассказ будет невесёлый.
Дед много рассказывал разных историй: и про войну, про охоту, и рыбалку. Внук верил старику, ведь за его долгую жизнь могло произойти многое.

Сашка каждое лето приезжал в деревню на каникулы к деду с бабкой. Что делать 14-летнему пацану в городе? А в деревне друзья, речка. Походы с дедом за грибами да ягодами. Не благодать ли...

Луна светила над селом,
И все объято было сном.
Не спал в округе только Гришка:
Шел испытать себя парнишка.

Его был план предельно прост:
Явиться ночью на погост,
Тем и проверить свою смелость,
Отвагу, мужество и зрелость.

И вот - последний поворот,
Он у кладбищенских ворот,
Уже хотел шагнуть за них,
Но шум услышал и притих.