Страшилка

Выйдя, наконец, из душного давящего подземными сводами метрополитена, я окуналась в теплые ласковые лучи весеннего солнца. Люди и машины необычайно яркие, среди пробуждающейся природы удивляли обилием красок под майским солнцем, после затянувшейся зимы. Два квартала, поворот в старый микрорайон, изобилующий старыми сталинскими пятиэтажками. Отгремел праздничным салютом праздник победы, парад немногочисленных ветеранов.

Говорят, память о событиях Великой Отечественной остается в памяти трех поколений, а потом наступает парад псевдооправданного пьянства по поводу праздника черно-оранжевой ленточки, которую повяжут все: от последнего нищеброда на лацкане затрапезного пиджака, до пижона на Майбахе, не совсем точно осознавая неподдельную важность не праздника, но памяти. Тошно смотреть на лицемерных патриотов, напивающихся под березами, которые, возможно, сажали их деды в честь действительно знаменательной даты в истории.

Набрав код домофона подруги, я наткнулась на молчание, странно, подумала я, ведь мы договорились, что я к ней зайду. В колодце двора приветливо светило солнце и я присела на лавочку около подъезда. Тихий двор не тиранил слух звуками играющих крикливых детей и их нервных мам, машины, припаркованные во дворе не двигаясь чинно стояли усыпанные липовыми почками и тишина нарушалась лишь щебетом птиц.

Я смотрю в зеркало и не могу отвести взгляд. Нет больше глади стекла, есть лишь вязкая чернота, чуть подсвеченная рядом трепетных светлячков, застывших ровным строем. Как на параде, а может на похоронах. До боли вглядываюсь туда, куда сама протянула дорожку, чувствуя, как сердце пропускает шаги, будто готовится и вовсе встать. Вдруг накатывает страх. Что там за спиной? Всего лишь повернуться, всего лишь посмотреть, но коридор огней уже не отпускает, затягивает взгляд все дальше, увлекает в самую глубину бесконечных залов. А в затылок кто-то дышит, влажно и тепло, будто страшный зверь придвинулся самой пастью, готовясь одним укусом отхватить голову. Ну же, повернуться! Нет, еще страшнее оторваться от дрожания свечей, ведь там что-то мелькнуло, будто белое пятно проскользнуло, спряталось за очередным танцующим фонариком. Ведь уже давно нет свечей, горят яркие фонарики из пестрой бумаги, освещая мрак небытия. Звучит неумолчный смех, дрожит зеркальным хрусталем и музыка... Дивный вальс кружится меж огней, заставляя качаться пламенные лепестки, плясать по воле неведомого дирижера, то склоняясь, то вновь устремляясь ввысь.

Женщина в белом, легкая, как невесомая былинка, кружится, больше не таясь. Она послушна мелодии, как слабый стебель ветру, сгибается, бросается из стороны в сторону. Я не могу оторваться, а за спиною из темноты выросло что-то огромное, заполнило всю комнату, заползло в каждый уголок, свернув громадный хвост кольцом под кроватью. Я знаю это, слышу, как капает тяжелая слюна на паркет, но не могу повернуться.

Музыка становится быстрее, срывается на визг скрипка, флейта охрипла и начала басить, как габой. Пламя удлиняется, истекая воском, опадают вниз свечи. Но почему же не видно лица чудной танцовщицы? Она так близко, потеряв пластику, корчится у самой кромки зеркала. Но даже в этих ломанных, полных боли движениях есть красота, которая сжимает сердце, заставляет смотреть неотрывно, не обращая внимания больше ни на что.

Танцем кровавым прервём обряд плети... Слушайте, слушайте, мрачные дети!
Ночь в мире смертных скоро настанет, алое око Луны с неба глянет.

Вы же, исчадья, смотрите на это! Страх их объял. Зрите дрожь жалких смертных!
Дети, танцуйте, бейтесь в экстазе! Близится наша Луна к третьей фазе.

Больше не стихнуть Неба набату. Чёрное солнце ведёт нас к закату...
Пойте, кричите, войте, как ветер! Солнце людей не взойдёт на рассвете!

Звёзды проснулись - вот наше время! Пробил наш час, Первозданной Тьмы племя!
С логовом тёмным сравняем мир старый, станем для смертных бессмертным кошмаром!

Их слишком много... Не всех убьем сразу. Дети, отравим оставшимся разум!
Скажем "спасибо", милые детки! Смертные сами ломают нам клетки.

Этот стишок навеян всем известной сказкой. Но смысл и концовка немножко отличаются от первоисточника...
К стиху добавлен ролик (танцевально-музыкальный), в который я старался включить множество движений рук. В общем, чудовище
танцует руками, а кукла импровизирует со светящимся алым цветком.

На свете есть цветок чудесный,
Что счастье вечное несёт.
Его выращивал кудесник,
А монстр нынче стережёт.

Станислав был самым красивым парнем в школе. У него были хорошие друзья и с девушками никогда не было проблем. Он перешел в 11 класс и всерьез взялся за учебу. Отец хотел отправить его учиться в Англию при условии, что тот успешно сдаст все экзамены, поэтому с самых первых учебных дней Стас стал сидеть за учебниками и ходить по репетиторам.
Несколько человек в классе были новенькими и парень еще не успел с ними познакомиться. В один день к нему подсела Маша, новенькая, она сразу положила на Стаса глаз. С ней никто не общался из-за её ужасной внешности: у девушки были кривые зубы, неухоженные волосы, от неё пахло чем-то тошнотворным и одета она была нелепо. Машу прозвали чучелом за её омерзительную внешность. Парень старался не общаться с ней, но она назойливо отрывала его от решения задач и пробных сочинений, пытаясь завести разговор. Стас объяснил ей по-хорошему, чтобы она отстала от него и на некоторое время это помогло.
В конце первой четверти Стас стал лучшим учеником в классе. В преддверии первых каникул в школе проходил осенний бал, все парни были в костюмах, а девушки в платьях, но только не Маша. Она пришла в потертых джинсах и серой кофте - так она ходила в школу все последние 2 месяца. Стас решил пригласить свою подругу Марину на танец, но стоило ему сделать шаг к ней, как появилась Маша и насильно, схватив его за руку, повела на площадку танцевать медленный танец. Все одноклассники и другие ребята из параллельных классов смотрели на них и перешептывались. Стас заметил это, он знал, что после танца пойдут различные слухи и ему не нравилась такая перспектива. Дождавшись конца танца, он быстро вышел из актового зала покурить в туалет. Вдыхая табачный дым, он смог успокоиться. Тут зашел его лучший друг Гриша и, достав сигарету, тоже закурил.

Однажды на ферме произошёл несчастный случай: одного молодого электрика убило током... С тех пор всякий раз во время грозы мертвец выходит из могилы, а его тело искрится и светится молнией изнутри. Он блуждает по улицам, стучится в дома и протягивает руку случайным прохожим, нанося смертельный ущерб своим прикосновением...
К стиху добавлено видео со страшной маской, световыми эффектами, динамичной музыкой и элементами танца "электрик буги".

Это история о юной прекрасной девушке. Имя её было Агата. Агата была очень застенчивой и шикарной девушкой! Училась она в 9 классе, №3 школе, все парни в школе мечтали о ней! Но она отвергала их, Агата ждала загадочного, красивого парня! Агата любила мистику. Она много читала о вампирах и знала о них всё!

Как-то раз она шла утром в школу, её внимание привлёк таинственный незнакомец, стоящий подле входа в школу, он как бы не хотел пускать её. Агата остановилась и стала смотреть на него своими карими глазами! С её стороны это было очень неприлично, но она как будто была под гипнозом. Агата не могла оторвать глаз от его лица!!! Оно было немного вытянутое, с острым подбородком, На губах было ухмылка, а глаза... Они сверкали, они наливались её взглядом, его красные глаза как будто забирали её кровь и краснели! Он повлёк её к себе! Агата без сомнения подошла к нему. Незнакомец представился Калебом. Агате понравилось его имя. Он сказал ей что после школы покажет ей свой дом! Агата была рада. А время шло вот-вот начнётся урок, но Агата как будто забыла про всех в этом мире, ей нужен был его взгляд! О да, взгляд и в правду был потрясающий!

Конец учебного дня. Агата самая первая выбежала из класса и помчалась в гардеробную за курткой! Она вышла из школы, он стоял с огромным букетом кроваво-красных роз! Агата обрадовалась, её чувства невозможно было передать словами... Тем временем Калеб взял Агату за руку и повёл за пределы школы! За оградой он сказал её покрепче обнять его и закрыть глаза! Агата так и сделала, ей даже было приятно обнимать его!

Заиграла медленная музыка. Я уныло вздохнула и с ненавистью посмотрела на Фриду, которая танцевала в обнимку с рыжеволосым Колином. Обнявшись, они медленно шли по кругу в такт музыке. Нежно-розовый шелк платья Фриды странно гармонировал с рыжими вихрами ее парня.
Я отвернулась и поднялась на второй этаж. Могу поклясться, что Фрида злорадно хмыкнула мне в спину. Зайдя в первый попавшийся туалет, я захлопнула за собой дверь кабинки, чтобы заглушить музыку.
Ненавижу школьные танцы. Особенно медленную музыку. Потому что всегда я остаюсь одна. Всех девчонок приглашают на танцы парни из параллельных классов, а меня нет. Никто даже не смотрит в мою сторону, будто кто-то наложил заклинание для отвода глаз.
Заклинания... Как же я сразу не догадалась? Танцы еще можно спасти, если приложить некоторые усилия.
Подобрав пышный подол платья из персикового шелка, я вышла из туалета. Почти все девочки, которых я встречала, говорили, что этот цвет не идет к моим черным волосам. Но платье выбрала мама, а пойти против ее мнения равносильно смерти.
Спустившись по другой лестнице, я открыла заднюю дверь и вышла на парковку. Она пустовала - у большинства одноклассников еще не было своих машин. Только старенькая "Ауди" Дэна и серебристый "Мерседес" Колина стояли друг напротив друга.

Эта история произошла в обычном ничем не примечательном городе. Единственной особенностью была поляна в заброшенном лесу. Где пропадали люди, без следа и слышали пугающие звуки. Никто, уже не знал с каких пор стали пропаодать люди.

Однажды, одна девочка поругалась с родителями и убежала из дома. И решила бежать туда, куда глаза глядят. Девочка бежала, плакала и падала, опять поднималась и бежала. Слезы застилали глаза девочки, боль и обида больно кололи в груди. Родители сказали что разводятся, она не могла смириться, по ее мнению, с предательством родных и близких.

Пока лес не закончился и девочка не выбежала на странную поляну. Она когда-то слышала что-то о поляне в лесу, но быстро забыла истории соседских старух. Которые не сильно ее жаловали и ее семью. Девочка, упала закрыв глаза стала плакать, споткнувшись. Боль стала накрывать снова и снова. Ей стало невыносимо больно, от того ее семья распадается. От всех переживаний и горя заснула прямо на траве. Проснулась девочка, от того что кто коснулся ее плеча. Вокруг было темно, завывали волки и светила убывающая луна.

Что-то мелькнуло сзади, сначала одна тень, потом больше и больше, пока на поляне не стало много теней. Тени танцевали жуткий зачарованный танец, следуя неизвестному ритуалу. Они тянули руки к девочке, приближаясь и снова отдалялись. Окружая они пели все больше завывая, пугая девочку, но им казалось мало. Они показывали жутких монстров, ее мертвых родителей, друзей, соседей. Она видела как пытали ее знакомых: выкалывая глаза, вырывая конечности, разрывая плоть также легко как нож разрезает мягкое масло. Они поглощали ее страх, касаясь ее кожи, пугали ее до немоты.

Танцую я на лезвии ножа,
В груди трепещет девичья душа.
Шаг вправо - смерть, шаг влево - жуть,
Обратно мне не повернуть.

Сквозь грань миров иду я вечно,
Я знаю, путь мой бесконечен.
Но повернуть назад нельзя,
И я танцую, чуть скользя.

А за плечами сзади - Смерь,
Всё громче за спиной хохочет.
И я боюсь, наступит тот момент,
Когда Она косу свою заточит.