Страшилка

Слоган: «Неподдатчивость станет спасением, один глоток гибелью».

Тогда

Солнце пробивалось сквозь листву, раскрашивая поляну для пикника пятнами золотого света. Марк подошёл к Зои, его лицо было искажено тревогой, словно он только что увидел призрака.
— Они ведут себя странно, Зои. Очень странно.
Зои, удобно устроившаяся на клетчатом пледе, отложила недоеденный сэндвич.
— Кто? О чём ты говоришь?
Марк нервно перебирал пальцами, его взгляд метался по сторонам.
— Дилан, Мартин, Элис... Все они. Помнишь, когда мы шли по лесу? Я был впереди, а они за мной. — Он замолчал, собираясь с мыслями, словно ему нужно было убедить не только Зои, но и самого себя в реальности происходящего. — Дилан достал бутылку воды. Просто так. И предложил мне. — В его голосе звучало недоверие, как будто предложение воды было самым невероятным событием в мире.

Есть в нашем городе два небольших лесных массива: Русский лес и Татарский лес. Я заядлый грибник и, соответственно, излазил эти два леса вдоль и поперек, знаю каждую тропинку и даже (как мне кажется) с закрытыми глазами могу найти дорогу домой. Но...

Но есть в Русском лесу непонятное для меня место. Когда бы я туда ни попал - обязательно теряю обратную дорогу, начинаю блуждать... И захожу-то в лес всего на метров двести-триста, и место знаю прекрасно, и заблудиться там вроде бы невозможно в принципе (иду вниз по ручью, обратная дорога - вверх по ручью - чего сложного?). Но каждый раз, как только я попадаю на это место, почему-то оказываюсь на противоположном краю оврага, по которому течет ручей. Хотя прекрасно помню, что ручей не пересекал. Как будто кто-то или что-то шутит надо мной.

В одном городе каждую весну на одном и том же месте гибнут маленькие дети. Они гуляют себе, гуляют. Потом наступают в одно место. Там снег, а под снегом бежит мощный такой ручей. Он такой мощный, что сбивает ребёнка с ног и тащит к трубе, которая лежит под дорогой. Там ребёнок застревает в трубе, после чего захлёбывается под водой.

И каждую весну гибнет ровно один ребёнок. Потому что, когда один ребёнок проваливается, то прибегают специальные работники и расчищают это место от снега и льда. После этого никто уже не гибнет. Зато к следующему году про это забывают и там опять гибнет ровно один ребёнок.

Поблизости нет внимательных бабушек, которые бы заметили, что каждый год в одном и том же месте погибает ребёнок. Дворников там нет. Специальным работникам всё равно, да и при том они часто меняются. Гибнут в основном четырёх-пятилетние мальчики, которые ещё не учатся в школе, а многие и в садик даже не ходят. Поэтому просто некому заметить закономерность, что уже лет двадцать на одном и том же месте погибают маленькие дети.

Не грусти ты, девушка,
В поле у ручья.
Ты была невестою,
А теперь ничья.

Слёзы горемычные
По щекам бегут -
Платье подвенечное
Из савана шьют.

Мрак от свечек тает,
Ложиться по углам.
Измены не прощают -
Не простят и нам.

Это жуткий рассказ о лесорубе, который стал жертвой ужасного речного монстра.

Когда он оставил свое племя и стал работать с белыми лесорубами, он сменил имя на Уильям Облако, а лесорубы стали звать его "Облачный". Им нравилось слушать истории Облачного о призраке, который жил в ручье и пугал местных жителей. Это был злой дух, создание, которое жаждало лишь одного, обвиться своими длинными руками вокруг шеи человека или животного и утащить свою жертву под воду.

Той весной начался сильный, беспрерывный дождь и ручей почти вышел из берегов. Одной ветреной ночью, лесорубам дали задание: опустить ворота шлюза и направить лесосплавный поток к мельнице. Никому не хотелось выходить на улицу в такую бурную ночь и мужчины стали тащить жребий. Облачный вытащил короткую соломинку.

Он плотнее натянул плащ, вышел в кромешную тьму и направился к желобу для спуска брёвен. Когда Облачный опустил первый шлюз, он услышал странный, шипящий звук, исходящий от плывущих брёвен. Облачный обернулся и увидел уродливое создание, выходящее из стремительного потока. Его лицо было усыпано мокрыми водорослями и тёмные, слизистые массы покрывали его тело.