Страшилка

Танцем кровавым прервём обряд плети... Слушайте, слушайте, мрачные дети!
Ночь в мире смертных скоро настанет, алое око Луны с неба глянет.

Вы же, исчадья, смотрите на это! Страх их объял. Зрите дрожь жалких смертных!
Дети, танцуйте, бейтесь в экстазе! Близится наша Луна к третьей фазе.

Больше не стихнуть Неба набату. Чёрное солнце ведёт нас к закату...
Пойте, кричите, войте, как ветер! Солнце людей не взойдёт на рассвете!

Звёзды проснулись - вот наше время! Пробил наш час, Первозданной Тьмы племя!
С логовом тёмным сравняем мир старый, станем для смертных бессмертным кошмаром!

Их слишком много... Не всех убьем сразу. Дети, отравим оставшимся разум!
Скажем "спасибо", милые детки! Смертные сами ломают нам клетки.

На часах за полночь, на лицо Анны падает серебристый лунный свет. В дрожащей руке - треснутая чашка с кофе, она не должна спать. По коридору разлился ядовитый белый свет, слышны торопливые шаги. Детские стоны и плач до сих пор стоят в ушах. Со сломанного душа без остановки течет вода. На дворе зима, а в школе все еще нет отопления. Из-за этого ее слабые детки- Мариночка и Сашенька сейчас легли в больницу с пневмонией. Сама Анна была здорова и вынослива от рождения, никогда не болела ничем серьезным, в пять лет ее отдали на спортивную гимнастику, в десять папа подарил горный велосипед, в пятнадцать Анечка уже участвовала в некоторых соревнованиях и занимала призовые места. Но жизнь повернулась так, что сейчас она всего лишь библиотекарь, а ее дети цепляют на себя любую заразу. В 19 лет ее изнасиловали сзади школы. Сильная на первый взгляд девушка сломалась как тростинка на ветру. Беременность девушка заметила поздно. Ложиться под нож на аборт было страшно, Аня натянула время и срок аборта истек. Родился Сашенька. Первый раз малыш загремел в больницу в шесть месяцев. С тех пор и начались мучения молодой мамы и ее нежеланного сыночка. Спустя три года Анна вышла замуж и родила Мариночку, но во время беременности случилась беда - Анна упала на лестнице. После рождения такой же нездоровой девочки муж Ани умер - попал под машину. Сейчас ей 32 года, жить не хочется. В палате помимо ее детей лежат еще трое незнакомых малышей. Анна тихо поднялась с табуретки и наклонилась над девятилетней Мариной. Мать ощущала на себе горячее дыхание дочери и дрожь ее тела. Анна подошла к кровати Саши. Он укутался с головой в одеяло и крепко спал. Анна побежала за медсестрами.
- У моей дочери сильный жар и она вся дрожит! Помогите! - глаза женщины наполнились кровью, она еле сдерживала слезы. Медсестры разбудили девочку и дали несколько таблеток.

Одна моя подруга, окончив медучилище, попала по распределению работать в известный детский лагерь "Артек" в Крыму. Лето прошло весело, много детей, много работы, сопровождение экскурсий и т.д.
По договору Лена должна была оставаться до конца октября. Начиная с начала октября, многие дети уехали из лагеря, осталось лишь несколько групп. Так же разъехался и медперсонал, остался самый минимум врачей и медсестёр. Лагерь опустел. Моя подруга и её напарница Аня остались жить сами в одном из небольших домиков-корпусов. Занимали они одну общую комнату, остальное здание было пустым. Девочкам было немного страшновато, до главного корпуса, где жили другие люди, было далековато, территория лагеря огромна.
Сначала боялись простых грабителей, всегда запирали корпус и свою комнату на ключ и щеколду, но потом они поняли, что бояться нужно не только людей. По ночам обе начали слышать странные звуки: шаги в коридоре, журчание воды (хотя все краны закрыты - проверено), кто-то в 2 часа ночи дергает ручку их запертой двери и всё в таком духе. Ночью дикий страх, а днём убеждаешь себя, что всё привиделось, почудилось и новая ночь страха. Бывало, что проснувшись, девочки в ужасе обнаруживали, что их дверь открыта, хотя они точно ее закрывали! Или с тумбочек ночью скинуты книги, которые перед сном читали. На одной из книг даже стоял стакан с водой - стакан на тумбочке - книга на полу. Но вдвоём им все равно было не так страшно.

Ночью. Ночью
Страшно очень.
Кладбище стоит во тьме.
Под землёю шум грохочет.
Над землёю крест в луне.
Роют. Роют,
Черти роют.
Роют под могилу ход.
Не за духом, не за кровью.
Вырывают снизу гроб.
Тело. Тело
Не истлело.
Погребли ещё вчера.
По приказу Люцифера
Вырывают те тела.

Ой, ух ты!!! Как мне весело! Моя жизнь стала очень весёлой потому что ко мне пришла Улыбашка. Как, вы не знаете Улыбашку? Она красивая. У неё две тоненькие косички, маленькие глаза и очень большая улыбка. Улыбашка всегда улыбается. У неё длинная широкая улыбка с большими зубками. У неё красное платье с опечатками детских ручек. Мы с ней очень любим играть! Один раз она попросила меня сочинить сказку и попросить мамочку записать её. Я позвала мамочку и сказала, что сочинила сказку. Мама стала записывать то, что Улыбашка шептала мне на ухо из-за дивана. Маме сказка не понравилась! Мама сказала, что я должна отдохнуть. А мне сказка понравилась, сказка была про Улыбашку. Тогда я пошла в свою комнату и попросила Улыбашку прочитать мне ещё раз эту сказку. Улыбашка сбегала в другую комнату и принесла листок, который мамочка забыла. И стала читать...

Жили-были хорошие детки, а у этих деток были глупенькие родители. Родители запрещали ходить деткам в лес. Однажды Улыбашка пришла к деткам и стала с ними играть. Потом отвела их в лес и они стали там веселится. Потом Улыбашка отвела деток домой и попросила их, чтобы они не рассказывали родителям, куда все ходили веселиться. Детки пообещали, а потом одна плохая девочка проболталась и мама запретила ей ходить в лес. Тогда Улыбашка ночью пришла к девочке и наказала её. А потом отвела в лес и посадила в яму. На следующий день Улыбаша отвела деток в лес и показала им маленький мир Радуги. Но деткам там не понравилось. Детки закричали и заплакали. Улыбашке стало обидно и она наказала деток. А они опять плакали и Улыбашка снова их наказала. И потом она взяла пилу и сильно-сильно наказала деток. Теперь Улыбаше нужна хорошая подружка, чтобы с нею играть, потому что детки оказались плохие.

Тамара заглушила двигатель и достала потрепанную газету с объявлениями. Она открыла нужную страницу, на которой, обведенная красным маркером, находилась уже в сотни раз перечитанная заметка: "Многодетной семье требуется помощница по дому. Зарплата..." далее сумма, увидев которую, Тамара без долгих раздумий набрала указанный номер телефона.
Она помнила, как с замиранием сердца слушала гудки в трубке и наконец, женский голос:
- Слушаю вас.
- Добрый день. Я звоню вам по объявлению... надеюсь, вакансия еще свободна?
- Конечно. - Голос принадлежал женщине, неопределенного возраста и как-то сразу не понравился Тамаре. Говорившая с ней особа явно привыкла отдавать приказы. - Скажите, что вы умеете делать?
- Стирать, гладить, готовить, убирать. Я была старшей в семье, поэтому в основном на меня ложились домашние обязанности. - С готовностью ответила Тамара.
- Нам нужна домработница, которая сможет проживать в нашем доме постоянно. Это условие. - Заметила женщина.
- О, для меня это будет не трудно. - Тамара с тоской оглядела свою малогабаритную, старую квартиру. Несмотря на довольно потрепанный вид, жилище находилось в безукоризненной чистоте.
- А как же ваш муж? - Удивленно поинтересовалась женщина на том конце провода.
- Что? - Тамара не сразу поняла вопрос.
- Я спрашиваю, ваш муж не будет против того, что вы семь дней в неделю будете проживать в другом доме? - Терпеливо повторила нанимательница.
- Ох... - Тамара смущенно закусила губу, ей почему-то было стыдно признаться, что в тридцать шесть лет у нее никого нет. - Вы знаете, я не замужем.
- Что ж, вы нам подходите. - Далее, женщина продиктовала Тамаре адрес, по, которому она должна подъехать и на этом они распрощались.
И вот теперь, она сидела в своей старенькой "девятке" и снова перечитывала, обведенное красным маркером объявление, боясь поверить в собственную удачу.

Алеша.

Девятилетний Леша не спеша ехал на новом велосипеде и весело насвистывал незамысловатую мелодию.
- Здравствуйте дядя Жень! - выкрикнул мальчик, завидев высокого худого старика в мешковатых, потертых штанах. Тот приветливо улыбнулся и помахал сморщенной рукой:
- А! Привет, озорник! Далеко собрался?
Алеша притормозил:
- Просто катаюсь. Смотрите какой мне велик на день рождения подарили!
- Хороший. - Одобрительно кивнул дядя Женя. - Ну ладно, Леш, пойду я потихоньку.
- До свидания! - Мальчик вновь закрутил педали и поехал дальше. Настроение было отличное. Ему нравилось, как теплый летний ветерок, ласково трепал его чуть вьющиеся светлые волосы. Он радостно подставил лицо лучам вечернего солнышка.
Через час нужно возвращаться домой, а то мама будет ругаться. Алеша искренне не понимал, почему ему не разрешают гулять немножечко подольше, ведь с ним здесь ничего не случится. Он знал практически всех в маленьком поселке "Камыши", вон тетя Вера идет - вредная бабка с некрасивыми кустистыми бровями, которые срастались на переносице. А вон Дашка Мавлеткина из его класса:
- Эй Дашка! Даш! Привет!
- Ой! Привет Лешь! Какой у тебя велик классный! - девочка с восхищением рассматривал Алешин подарок.
- На день рождения подарили! - гордо похвастался мальчик. - Хочешь, я тебя на багажнике покатаю?
- Хочу! - радостно захлопала в ладоши Даша, но тут же сникла - Только не могу... мама попросила в магазин сходить.
- Ну так и сходи, а я тебя на пустыре подожду! - пообещал Алеша и одноклассница весело унеслась по направлению к магазину.

Ольга проснулась от шума капающей воды. Звук раздавался из сада. Она с мужем жила в своем доме. Женщина подошла к источнику шума. Из крана капала вода в небольшой пруд. Вот она наклонилась, чтобы закрыть воду... Вот из воды высунулась рука и схватила её. Вот она уже под водой...

Ольга открыла глаза. Всё это был очередной сон. Кошмары преследовали её как только она переехала в этот дом.
Но в последнее время ужасы стали преследовать её и в реальности... Вчера она видела двух близнецов, которые сидели рядом со своими мертвыми родителями. На прошлой недели девочку рядом с утопленной мамой. Ольга решила разузнать про этот дом и пошла к соседке. Та и рассказала, что в этом доме дети убивали родителей. Естественно женщина рассказала об этом своему мужу, но что он ответил, что им ничего бояться, ведь у них нет детей...

Своих детей. Но Ольга знала, что у её мужа есть сын от первого брака. Он уже давно вырос и живет отдельно. Она успокоилась... И была спокойна до тех пор, пока парень не решил навестить своего отца... В каждом действии юноши она видела угрозу...

Шел 42 год в деревне, где жили мои родственники, остались одни старики да бабы с детьми малыми. Всех мужиков на фронт согнали и моего деда в том числе. Остались его родители совсем одни, младшая дочь за месяц до описанных событий от пневмонии померла, Лиза - моя прабабка, сына тоже похоронила заочно, так как в их деревню пока с фронта никто живым не вернулся. Тужила она страшно, да вот появилась в жизни отрада. На краю их деревни было небольшое еврейское поселение (как они туда попали непонятно, но еще до войны пришли) и жила в этом поселении молодая женщина, вдова, с тремя совсем крохотными детишками. Жилось им, сами понимаете, как - вот Лиза и начала им помогать, то гостинцев занесет, то малышне с дочкиных платьев рубашечек нашьет. В общем, помогала как могла, детишки ей отрадой были да и мать их - добрейшая женщина, Лизу скоро матерью называть стала, а что еще женщине, потерявшей детей, надо, так они и жили почти год.

Однажды моя бабка, находясь дома, услышала возню на огороде. Выглянула из окна, а там стояли те самые детишки, чумазые и заплаканные. Она завела малышню в дом и начала думать: куда бы их спрятать - так как не трудно было догадаться, что и до них уже добрались немцы, Лиза прекрасно знала, что ей грозит, если в доме найдут еврейских детей, но ее это не остановило.

Я иду по лесу.
"Запомни", - раздаётся в моей голове.
Я слышу воробья.
"Несколько негласных правил", - раздаётся в моей голове.
Я начинаю петь песню.
Она известна нам всем. Она известна вам всем.
Я замечаю облака, заходящее солнце. Я чувствую ветерок, продувающий мои волосы.
Я открываю дверь, которая глухо скрипит и захожу.
- Принёс?
- Принёс, - я киваю.

Он скидывает с плеч свой плащ из человеческой кожи, крашеный чёрной смолой.
Он дотрагивается кончика своей шляпы из человеческой кожи, крашеной чёрной смолой.
Я дотрагиваюсь кончика своей шляпы из кожи какого-то лесного животного.
- Ты ходил в деревню? - спрашиваю я.
- Да.
- Навлечёшь инквизицию.
- Я знаю.
- Ничему тебя жизнь не учит.