Страшилка

Есть у меня друг. Назовем, скажем, Валерой. Славный парень, надежный, ответственный, не жмот, последнюю рубаху отдаст. Но водится за ним одна странность - он никогда никого не подвозит на своей машине. Даже если очень надо. Что другое - пожалуйста! Приютит, накормит, напоит, выслушает, денег даст на такси. Но сам никого никогда не подвозит. И даже если с семьей куда-нибудь едет - за рулём всегда жена. Если знакомые его просили, он всегда отшучивался: "Вот на барбухайке (он работал водителем на Скорой) - не вопрос! Куда угодно!".

Друзья к его странности давно привыкли. Женщины полагали, что всё дело в ревности его жены. Смешно, по-моему. К кому могла ревновать зеленоглазая красавица Марина с осанкой королевы и пятым размером бюста, работавшая акушером в одном из столичных роддомов? Мужская же часть компании объяснений не искала: почти все были из медицинской среды, у каждого - свои суеверия, приметы, поэтому странность Валеры они воспринимали как должное.

Я тоже долгое время вопросов не задавала. Но как-то раз, что называется, "сошлись звёзды", был выходной день, собрались тесным кругом, пожарили во дворе на мангале шашлыки, потом поднялись в квартиру. На кухне пели под гитару - Визбора, Высоцкого и своё, с уклоном в медицинскую тематику. В комнате велись неспешные беседы, а мы с Валерой оказались на балконе. Разговор был то, что называется, задушевный, с откровенностями, но не пьяный. И вот, сочтя, что лучшего момента не представится, я спросила:
- Валер, а почему ты никогда на машине своей никого не возишь?
Он посмотрел на меня оценивающе, словно прикидывал: стоит мне открыть тайну или нет. Но недолго - секунд пять.
- Хочешь узнать? Только учти, ответ будет странный.
Я кивнула.
- Я хочу, чтобы ты была готова поверить! Никаких "Да ладно!", "Не заливай!".
- Обещаю не сомневаться.
- И никому не говори!
- Могила!

Я сидел на твердом неудобном стуле, в лицо мне бил яркий свет. Голова болела так, будто бы ее с двух сторон сжимали тисками.
- Алекс, слушай, ты же умный парень, для нас лишь вопрос времени собрать все факты и улики и доказать...
- Так какого дьявола вы тут играете в хорошего и плохого копа?! Собирайте! Я битый час вам твержу, я не убивал Колина! - сказал я, держась за раскалывающуюся голову.
- Значит, по хорошему не получится?!
Детектив Сейлас и детектив Бонер - так звали двух дегенератов, которые вот уже два часа тянули из меня признательные показания. Детектив Сейлас-сороколетний худощавый очкарик с гладко уложенными волосами, он играл хорошего копа. Если честно, я не уважал людей в форме, особенно тех, у кого на лбу крупными буквами было написано: "Я пошел в полицию, потому что до окончания старшей школы моей башкой мыли сортиры. Я потерял девственность в тридцать лет и путем шантажа женился на шлюхе. Теперь у меня есть власть и я могу все!" Этот наивный придурок скорее внушал отвращение, нежели уважение. Второй - детектив Бонер, также был тем еще отбросом общества: бородатый худой урод, без малейшего намека на мускулатуру. Кроме того, он нацепил дурацкие очки - авиаторы и выглядел как живая пародия на все стереотипы о тупых копах.
Сейлас встал и вышел из кабинета, на его место сел Бонер и прикурил сигарету.
- Значит так, у нас показания двух свидетелей, которые утверждают что это сделал ты! Не хочешь смягчать себе участь - твое право, мне плевать. - Бонер затянулся и закинул грязные ноги на стол. На его лице красными буквами мигало: "Дай бабки - замнем как несчастный случай".
Я просто поверить не мог! Либо он просто берет меня на понт, либо Кэт тоже дала против меня показания... Да что не так с этим долбанным миром?!
И тут я сорвался.

Малейшее движение отдавалось сумасшедшей болью во всем теле. Слабые руки, упираясь в холодные каменные ступени, дрожали под напором тощего окровавленного тела. Выпирающие бедра столкнулись со ступенью, руки онемев, согнулись и тельце распласталось на лестнице.
- Молодец, Мия, гораздо быстрее, - произнес парень, остановившись рядом, - Холодную воду я отключил, сегодня только горячий душ. - С этими словами парень поднялся в свою спальню, намереваясь, как следует выспаться, эта девчонка его изрядно вымотала.
Каштановые, твердые от запекшейся крови волосы на голове девушки дрогнули, когда та с трудом подняла опухшее от побоев лицо. С тихим хрипением она снова поползла вниз по ступеням. Выпирающие кости бились об камень, девушка скулила, по ее лицу текли слезы, но вовсе не от боли, она боялась этих звуков, как будто умирала собака. Она чувствовала себя собакой. Шавкой, зависящей от хозяина и подчиняющейся его прихотям. Локти резко согнулись и Мия упала подбородком на ступень, зубы клацнули, а в висках словно раздался звон десятков колоколен. Девушка открыла рот в немом крике и вдруг, на весь просторный светлый холл раздался громкий всхлип. С распахнутыми от смертельного ужаса глазами, девушка глубоко вздохнула, борясь со страхом и истерикой, он точно ее услышал. Дверь наверху скрипнула.
- Я тебя предупреждал, никаких истерик.
Она чувствовала, он стоял прямо позади нее. Но повернуться не было сил.
- Прими уже чертов душ.
Ее взяли за лодыжки, поняв, что последует, холл снова огласил дикий животный всхлип ужаса.
- Я говорил, без истерик.

Горы Сан-Бернардино содержат много пустынных регионов, куда не ступала нога человека более ста лет. Здесь работали шахтеры и лесорубы, которые обеспечивали Лос-Анджелес необходимыми материалами. Но, как и в большинстве других отраслей промышленности того времени, всё делалось ради наживы и рабочие жизни не ценились так, как в ниши дни.

Однажды, один из тоннелей обрушил и много рабочих оказались запертыми внутри шахты. Им удалось выжить, благодаря воде, которая просачивалась в тоннель, они крыс, грибы и своих мёртвых товарищей. Они рыли тоннель изнутри, уверенные в том, что с другой стороны их пытаются откопать, но горнодобывающая компания даже не вспомнила о пропавших шахтёров.

Что же, им потребовалось некоторое время, но им, наконец, удалось выкопать себя. Затем, их ждало два неприятных сюрприза. Во-первых, так как они долгое время жили в темноте, они уже не могли стоять на солнце и их глаза стали белыми - бесцветными, за исключением зрачков, которые расширились. Во-вторых, горнодобывающая компания не удосужилась попытаться раскопать их.

Затем они заключили между собой договор, что отомстят тем, кто наплевал на их жизни.

Наверное, мне не суждено узнать,
Какого это - верных друзей и любящую семью иметь,
По ночам слезы не глотать,
И в тяжкие моменты родную душу обнимать.
Наверное, мне не суждено узнать,
Какого это - без страха, в школу идти.
Я со стоном в груди продолжаю свой ржавый крест нести.
Наверное, мне не суждено этот мир понять,
Зато я знаю, какого это - шрамы скрывать.
Наверное, мне не суждено узнать,
Какого это - короткие рукава носить,
И я не знаю, когда меня перестанут гнобить.
Наверное, мне не суждено понять,
Какого это - маме о накопившейся боли рассказать.
Наверное, я всю жизнь буду потеряна и всеми забыта,
Своей горькой болью по горло забита.

Я... Я не знаю что происходит с моей жизнью, Только церковь спасает мою гиблую душу.
Все началось с того что у моего друга Сереги было день рождения. Мы взяли три бутылки коньяка и распили на четверых: Я, Серега, Макс и Ваня. Был не очень-то богатый стол, только немного закуски и коньяк.
Мы принялись распивать коньяк. Первая пошла плохо, меня аж передернуло.
- Плохая примета - сказал Макс
- Да ладно тебе с приметами - сказал Ваня.
Ваня был человеком верующим, православным и не верил в приметы.
Я тоже был верующим, но только никак Ваня. Ваня ходит в церковь каждые будни и выходные, соблюдает посты и т.д.
Когда мы уже допили первый бутыль, перекурили и принялись за второй. Когда мы с Серегой выходили на балкон подышать воздухом за нами завязался диалог:
- Вот суеверные - сказал Я.
- Не скажи - говорит Серега.
Однажды когда мы с тобой еще не дружили - начал свой рассказ Серега, нам было лет по 15 с Ваней. Он уговаривал меня сходить с ним в Церковь, а я отнекивался говорил мол: "Времени нет". И вот с того времени начали со мной интересные, но странные вещи приключаться. Началось все с тарелки упавшей с середины стола и заканчивалось какими-то тенями, исходящими от лунного света. И когда я начал засыпать, увидел тень, нависшую над собой, нет, ну ты представляешь мои ощущения, на тот момент я вспомнил Ваню с его словами: "Пошлет к тебе когда-нибудь Христос посланника страшного как беса и тогда вспонишь про церковь". На следующий день я с самого утра пошел в церковь и исповедовался. И тогда это все прекратилось.

Лето. Каникулы. Чего еще нужно для полного счастья? Мне нужно было лишь забыть ту ночь, но я буду помнить её вечно. Тогда мама и бабушка ушли в гости к тёте Нике. Я остался один, в общем-то я уже достаточно взрослый мальчик, чтобы не писаться в кроватку.
Я досмотрел фильм "Голова-ластик", так себе если честно.
Услышал стук в окно в соседней комнате, списал всё на котейку.
А дальше я сделал себе бутерброд, устало зевунл и пошел в свою комнату. Когда я окончательно улегся и выключил свет, ко мне пришел тот самый котейка и под его мурчание я не заметил как заснул.
Меня разбудил свет в коридоре, не сказать, что у меня очень чуткий сон, я не чувствую взгляд во сне и вообще сплю как сурок. В коридоре горел не яркий свет от энерго-сберегающей лампы, причем никакого щелчка выключателя я не услышал. Послышались шаги. Тихие, медленные, но очень уверенные шаги. Они направлялись в мою комнату. Моя дверь со скрипом приоткрылась и я увидел это сказочное существо.
Маленькие, лаковые ботиночки с небольшим каблучком, какие часто используют художники в детских книжках, при описании гномов. Старый, махровый пиджачок зеленого цвета и такие же брюки. Колпак, темно-зеленый колпачок, напоминающий цилиндр, длинные ногти. А самое главное - лицо. Это было лицо старика, морщинистое и очень злое. Седые волосы торчащие из-под колпака, он был похож на персонажа из сказки.

Человек в чёрном проскользнул в комнату и останавился возле кровати. Спящая на ней девушка выглядит расслабленно и умиротворённо. Мужчина легко коснулся её щеки острым ножом, от чего спящая недовольно повернулась, едва не задев отточенное лезвие.
Убийца усмехнулся. Кто знал, что очередной подозрительный субъект, назначивший встречу в киллерском ресторане и пришедший в тёмном капюшоне, даст ему задание покончить с жизнью этой девушки. Впрочем, этим странностям мужчина уже давно не удивлялся, слишком незаметно он стал из человека, убившего друга за огромную плату, обычным киллером. Хотя он и отличался от своих коллег разборчивостью в жертвах, предпочитая убивать взрослых людей, в тот момент он не раздумывая согласился на сделку, слишком велик был соблазн предлагаемой суммы.
Сейчас мужчина был зол и на человека, с которым он договорился и уже получил задаток и на себя.
Он уже почти решил отменить сделку, но мысль о потерянной репутации киллера, который берётся не за любую работу, но выполняет с блеском то, что взял заставила его не менять решения.
Убийца взглянул на девушку. Волосы цвета шотландского виски, закрытые глаза, тонкий нос и приоткрытые во сне губы. Спящая дышала ровно и спокойно. На вид ей было не больше шестнадцати. "И кому такое создание могло перейти дорогу", - усмехнулся мужчина, поддевая кончиком длинного ножа прядь волос и вертя её на лезвии.

Сегодняшний день был, не скажу, что ужасный, но до ужаса однообразный и серый, этот белый цвет... Он режет мне глаза... Надоело, но все же это лучше, чем вновь встретиться с ним! Итак, на чем я остановился, ах да, совсем забыл, а вот сейчас будет самое интересное...
Вечер с Михой прошел мягко говоря, не весело. Он постоянно ныл, о том, что это существо может последовать за ним в мою квартиру, я же в свою очередь только отмахивался, говоря, что Миша становится параноиком. Вот наступил уже глубокий вечер, посмотрев пару фильмов, прогулявшись по городу, мы все же решили пойти спать, не буду останавливаться на подробностях нашего спора с Мишой, о том, кто где будет спать и будет ли спать вообще. В конце концов, я лег спать в своей законной кровати, в спальне, а Мише достался диван в гостиной.
Ночь. Я уже проваливался в царство Морфея и мое сознание находилось на границах между царством снов и реальностью, как вдруг, сквозь пелену сна, я почувствовал, как кто-то трясет меня за плечо, я с трудом открыл отяжелевшие веки, повернулся в сторону того, кто меня потревожил и в непроглядной темноте спальни (через шторы, которыми я занавешивал окно в комнате, практически не пробивался свет), я разглядел темный силуэт, затем я стал протирать слипшиеся глаза, хм, странно, из состояния полусна выйти тяжелее, чем из состояния полного погружения в сон, но приглядевшись, я никого и ничего не увидел. Сказать, что я был удивлен, значит ничего не сказать. Я прошел из спальни в гостиную, Миши на диване не наблюдалось, я пошел на кухню, все так же, не включая свет. Страха я на тот момент не испытывал, только любопытство, зачем другу понадобилось меня будить, по крайней мере, я думал, что это был Миша...
Когда я зашел на кухню, Миха стоял прислонившись к окну и вглядывался в ночную тьму города. Я подошел к нему и посмотрел с нескрываемым любопытством. В свете уличных фонарей и бледной луны, я увидел его лицо... Такое же, как и утром, искривленное гримасой ужаса, настоящего ужаса, широко раскрытые глаза, которые на что-то пристально смотрели, полуоткрытый рот и дрожащие руки, отпечатки, которых до сих пор не стерты со стекла.

Как-то я шёл домой. На одной тёмной улице кто-то окликнул меня. Я переспросил. Это вы мне? Хотя я прекрасно понимал, что вокруг никого кроме меня не было. Я оглянулся. Передо мной стоял человек в строгом костюме. Он спросил что я буду делать после окончания института. Я сказал, что это не его дело. Он сказал, что может обеспечит меня деньгами на всю жизнь, но мне нужно нажать эту кнопку. Он протянул мне пульт. На нём была лишь одна красная кнопка. А в чём подвох? Он сказал, что всё же есть нюанс. Если я нажму кнопку, то в мире умрёт один незнакомый мне человек. Я уже думал уйти, но он сказал, что я могу оставить на время кнопку у себя. Решишься - нажмёшь.

Вскоре я узнал что с пороком сердца загремел в больницу мой отец. Денег на лекарства не было. И тут я вспомнил про кнопку. Подумал и... Нажал! Ничего не происходило последние пять минут. Я почувствовал себя дураком. Но через 15 мин. я увидел этого человека. Он протянул мне чемодан, сказав что там 100 тыс. долларов. И этого хватит мне на всю жизнь! И из-за этого умрёт человек?! Вполне. Уже умер. Ответил он на мои вопросы.

А что с кнопкой? Она перейдёт другому владельцу. И возможно, ты будешь с ним не знаком...