Страшилка

"Что будет если я умру? Кто будет помнить обо мне? Кто будет по мне плакать?" - Красивым почерком выведено в чёрной тетради с розовым черепом на обложке. Каролина очень дорожила этой тетрадью. Тут все её мысли, все переживания. Она не называла свою тетрадь "личным дневником", это название немного раздражало её.
Девушка отложила ручку в сторону и захлопнула книжицу. Руки её сомкнулись вокруг мягкого плюшевого тельца любимой игрушки. Медвежонок. Обычный? Нет. Родителям девушки он ужасно не нравился.
"Выбрось эту дрянь! Ты маленькая что ли?! Он страшный! Он меня раздражает!" - Подобные крики от матери Каролина слышала регулярно. Медвежонок был действительно жутковат... Раньше он был самым обыкновенным представителем расы плюшевых игрушек, но Каролине захотелось сделать его оригинальнее. Она пришила к нему заплатки в виде грубо пришитых розовых и чёрных сердечек. Кажется, что это вполне безобидно выглядит. Да, если бы медведь подвергся только обшиванию заплатками. Так ему ещё и рот зашили! Ну и повязку на один глаз напялили.
Каролина очень любила этого медвежонка. Он был её другом. "Странная девочка", - с опаской подумают многие. Возможно. Возможно, она странновата. Но как бы поступили вы, не выходя на улицу неделями и ни с кем не общаясь?
Медвежонок, куча чистых и уже разрисованных листов, та самая тетрадка, электро - гитара в левом углу около окна (Каролина сама каким-то чудом научилась на ней играть), музыка - вот единственные её "друзья".

- Я ухожу! - из-за двери слышится немного писклявый крик Мери, старшей сестры Каролины.
- Куда ты так поздно, - медленно, будто разговаривая с больным Синдромом Дауна человеком спросила Каролина.
- Бесишь, - коротко прошипела Мери, скрываясь за входной дверью.
Такое от сестры Каролина слышала не редко... Мери раздражало в Каролине... Да всё! Всё её раздражало! Неторопливым шагом, шаркая бледно-розовыми тапочками по полу Каролина направилась к ванной комнате.
Деревянная дверь за девушкой с шумом захлопнулась.

Что такое смерть? Смерть довольно-таки странная штука: вот ты был, а вот тебя уже и нет. Вокруг темно, положат в деревянный гроб, заколотят его гвоздями, как будто ты сможешь выбраться из него. Этот звук напоминает дождь. Капельки тёплого осеннего дождя падают на крышу. Но ты это больше не увидишь. Никогда.
Ты не ценил то что у тебя было, не радовался каждому дню, что ты проснулся, что ты жив и здоров. Но уже поздно. Теперь ты не проснёшься, не откроешь глаза. Не увидишь небо, солнце, облака. Не услышишь как поют птицы. Теперь ты на едине самим собой.
Твои родственники будут сидеть в чёрных платьях, в чёрных костюмах. Плачут. Почему они плачут? Потому, что они больше не увидят тебя. Не увидят твои ясные любящие глаза. Не услышат твой голос и громкий задорный смех. Как будто тебя и не было. Пройдёт много лет и как печально это бы не звучало люди, которые тебя любили всем сердцем тоже умрут. Тогда от твоего существования не останется ничего. Зачем рождаться, если потом всё равно наступит СМЕРТЬ?
Сейчас идёт осенний дождик. Может дождь это не просто маленькие капли воды, а слёзы тех людей, которые тебя потеряли? Они пришли. В тех же чёрных одеяниях. У маленькой рыжей девочки с веснушками в руках несколько цветочков. Она кладёт их около твоей могилы. По её светлой щечке медленно стекает слеза, как капли дождя по твоему надгробию. Он больше не может терпеть. Девочка, похожая на маленькое солнышко начинает рыдать на всё кладбище.

Я занимаюсь бегом, тяжелой атлетикой и рукопашным боем. Не сказать, что я фанат спорта, но в городке, где я вырос, больше нечем заняться. Или пить или качаться. В перерывах между тренировками я читаю. Я перечитал все, что было в городской библиотеке, по два раза, в книжном новой продукции не было, а тут как назло отключили интернет. Чтобы спастись от скуки, я решил навестить бабушку, живущую в селе Ивантеевка за триста километров от нас. Думал, поживу недельку - все равно каникулы. В деревне свежее молочко, чистый воздух, чудесные виды - просто благодать.

Первые два дня я даже забыл про тренировки. Ходил, любовался, сходил на покос, помахал косой. Вечером я сидел с местными, мы играли на гитаре и обменивались новостями.

Проснувшись утром, я понял, что не стоило так много "обмениваться". Сельский самогон не пошел на пользу самочувствию. Часа три я лежал, вставая только за тем, чтобы выпить молока. Ближе к полудню меня отпустило. Я вышел во двор, сделал несколько отжиманий, за неимением штанги взял топор-колун и начал разминаться с дровами. Часам к пяти я переколол всю кучу и решил сделать пробежку по пересеченной местности. В качестве маршрута я выбрал дорогу, уходящую в лес. Десять километров в одну сторону, небольшой отдых, прогулка по лесу, потом обратно. Летний лес был просто прекрасен, вот только бы еще все владельцы покосов скашивали траву вовремя, а то бежать по пояс в траве - никакого удовольствия.

Пробежал я больше десяти километров, немного увлекся, но от планов совершить пешую прогулку с плеером и фотокамерой я не отказался. Шел я долго, постепенно стали пропадать дубы и осины, начался ельник. Я вышел на берег незнакомой речушки, от души напился и прилег отдохнуть.

Я закрыл Колину глаза ладонью, по щеке ползла скупая слеза. Меня всего трясло, в голове роем летали мысли... Вдруг в голове буквально что-то щелкнуло, во мне проснулась ярость, ярость, которая так долго рвалась на ружу... Я бежал через лес, пытаясь найти Стива и Кэт. Я не слышал ничего вокруг, кроме собственного сердцебиения. И, если честно, я мало что понимал.
Через буквально минуту, которая тянулась словно час, я вышел к дороге и увидел полицейскую машину.
Стив что-то говорил копу, а тот что-то записывал в блокнот.
Тут в моей голове пронеслось: "Он не скажет правду! Нет, эта крыса никогда не признается!.. Ты ведь хочешь этого Коннорс, ты хочешь убить его?.. Иди, он этого заслуживает!" В следующий момент в глазах потемнело... Я отрывками помню как подбежал к Стиву, схватил его за шкирку и стал бить головой о полицейскую машину. Я что-то кричал и бил его, бил... я не мог остановится. Оказалось, что полицейский пытался меня оттащить и, когда у него не получилось, стал бить меня дубинкой по голове. Удар за ударом, темнота накрывала меня все сильнее... я не мог больше ей сопротивляться... в глазах потемнело, я чувствовал что падаю...

Громко зарычав, тень быстро направилась в мою сторону, я кинул лук на землю и, быстро как мог, достал пистолет. Я и понять ничего не успел, как мое лицо окатило чем-то теплым, а тварь рухнула к моим ногам с арбалетным болтом между глаз.
- Алекс, ты как? Ты в порядке? Тебя не укусили? - Софи подбежала ко мне и стала осматривать меня на предмет повреждений - Коннорс, какого черта, ты блин стрелять разучился? Если бы меня рядом не было? Он мог тебя убить! Ты хоть понимаешь это своей дурной башкой?!..
Немного придя в себя, я сел на пол и прикурив сигарету стал вытирать лицо от крови.
- И все-таки ты меня любишь. - ехидно хихикнув сказал я.
- Не городи ерунды! Размечтался! - даже в еле освещенной комнате можно было заметить как Софи покраснела. - Тебе просто повезло что Герк заметил выживших на улице и послал меня за тобой.

Ответа не последовало... Героиня взглянула на картину: лица двух "главарей" изображения, расплылись в улыбке. Их глаза, будто, молвили о мести. О жестокой и беспощадной мести. Девушка выкинула предмет из рук и побежала в сторону, где исчезла в темноте подруга. Слышались писки, скрёб. Приблизившись, увидела страшную ситуацию. Кролик висел в метре от земли, а поводок держит нечто. Телефон разрядился и фонарик вырубился. У Фени пропал дар речи, выхватив Тисо и отстегнув поводок, прицепила его вместе с попугаем. Уже всё равно, что, буквально, минут двадцать назад была на стороне науки, стыдно перед Ксюшей, которая находилась неизвестно где. Слёзы хлынули рекой из глаз, руки и ноги затряслись. Вдруг, сзади, послышался хрип и рука схватила Екатерину за ногу. Визг раздался на весь особняк, но что-то снизу прохрипело: "Фень, помоги встать, бежим отсюда!" Девушка охая и ахая, помогла встать подруге и они бегом направились к выходу.
Разговор возобновился, как только оказались через дорогу от дома:
- Чёрт! Дождь так и не закончился. - Выругалась Катя.
- Я, по-моему, окончательно охрипла...
- Ничего, главное, что выбрались. А для голоса у меня есть бабушкин рецепт.
- Это поможет?! - Удивилась Окс.
- Всем помогло и тебе поможет. - Уверила подруга.
- Я могу закончить историю?
- Да, конечно, - С пониманием отнеслась Катерина, - продолжай.
- После того, как увидела сгоревший дом, я понеслась к себе. Пришла, положила сумку и прошла в комнату. Там ожидал сущий бардак. Компьютер разбит, кровать перевёрнута, постельное бельё висит на окне, разорванное, два пятна. Одно жёлтое, а другое - зелёно-карие. С кухни донёсся звук бьющегося стекла, в зале детский плач, как будто плакал тот парнишка. Я забежала в ванную, чтоб умыться, но в зеркале увидела его, он держал листочек с надписью "Non operae est, pater te quaerit. Et mater mea me ad vos vult". В коридоре послышались шаги, зеркало треснуло и листик выпал из стекла. Вот он! Нужно перевести...
- Так! - Перебила собеседница. - На пары не идём, сейчас заварю тебе отвар и постараемся перевести это. Уже не до шуток... Я верю тебе...
- Гроза усиливается, нужно поспешить.
И одногруппницы быстро направились к Екатерине.

Утром, 6-го июня 2000 какого-то там года, (скорее всего 6-го, а то и в девяностых) бабка Авдотья, лежа на растопленной Русской печи, вдруг проснулась на рассвете, ровно в 06:00. Неясно, что именно ее разбудило, крик выскочки - петуха, который вдруг раскукарекался или то, что печь ни с того, ни с сего вдруг так растопилась, что ее нижнее белье обгорело в области пятой точки, в форме сердечка. Здравый смысл подсказывает мне, что Авдотья Парменовна проснулась именно по второй причине, так как петушок тот орал 24 часа в сутки, 7 дней в неделю (с небольшими перерывами конечно, надо - же брейк сделать, пару яиц глотнуть, чтоб голос операльный сохранить?!). А орал бедолага потому, что его курица - телка сначала втихоря ему рожки со вторым наставляла, а после уж так обнаглела, что даже скрывать свои темные дела перестала и на перекладину любовника переселилась. Вот он и орал от горя и аппатии 24 часа в день, 7 дней в неделю!

Бабка Авдотья сразу вскочила с постели, постригла ногти на ногах и пулеметом оделась. Ее муж, Викентий этому обстоятельству значения не придал, так как был в глубине души даже рад, что его жена куда-то собралась, хоть на рассвете он сможет заснуть на свой лад, только лишь под кокофонию петуха, уже без аккомпанимента баритонного храпа его соседки по печи! Однако, он заблуждался, этим утром его намерению сбыться было не суждено!

Авдотья Парменовна закрыла калитку двора и пошла на базар. Этот факт не остался обделен вниманием со стороны соседки - Генриеты Григорьевны, которая в свои 77, уже 18 лет была любовницей Викентия, которого соблазнила еще свои 17, когда тому было 15. Затем, когда ее любимый Кеша женился, их чувства вспыхнули вновь и к 50 годам они официально (хотя и втихоря не только от Авдотьи, но и от всех) стали любовниками!

В зубах гнилых поковырявшись,
Прищурив свой "орлиный" взор,
Анатом захотел увидеть,
Извилин мозговых узор.

Подвинув инструмент поближе,
Он взял пилу и молоток,
Пилил, стучал, что было силы,
Пошел по моргу костный смог.

Сочилась кровь на стол железный,
Мешал волосяной покров,
Но острой "цапой", очень нежно,
Оторван был он от мозгов.

Человек вздохнул и потянулся к халату. Сильно болела голова и ныло сердце - нестройный дуэт, где каждый солист пытается перекричать другого. Ночь? Поздний вечер? Человек тяжело сел на кровати и выпил таблетку, заранее зная, что не поможет. Её-высочество-белые-лапки была голодна, а еда дома закончилась еще вчера. Что ж, домашнюю зверушку нужно кормить вне зависимости от состояния хозяина. Человек помассировал висок и пошел одеваться.
На улице было неожиданно тепло и очень тихо.
- Наверняка в этом квартале отыщется хоть один ночной магазин, - подумал человек. - Одна польза с этих "понаехавших", им всем нужны деньги. Очень нужны деньги, чтоб застолбить тут место и притащить многочисленных родственников. Родственникам тоже нужны будут деньги. Поэтому пока ленивый и запуганный криминальной хроникой местный предприниматель будет сладко спать, наплевав на редких ночных покупателей, его жадный смуглый конкурент наверняка захочет их осчастливить - по тройной цене, разумеется. Неистребима жадность, ничем неистребима... И это очень на руку сейчас.
Человек остановился перед тусклой вывеской АМБРО_ИЯ. Погасшая "З" превратила помпезное и смешное название в уютное и домашнее - заходи, мол, тут нас только двое. Пожалуй, стоит принять приглашение.
Смуглолицый (надо же, угадал!) продавец сонно прищурился на потенциальный источник материальных благ, на миг замер и вылинял до мышино-серого цвета...

Ну вот и хорошо, Её - величество - черные - ушки сыта, еды хватит надолго, голова прошла. Только сердце ноет, ноет, но ничего - поспать нужно, несколько часов без просыпу и все пройдет. Поспать...

Всё началось так. Мы с моей подругой Сашей шли из школы к ней в гости. Я шла впереди, а у неё развязался шнурок не кроссах. Я этого не заметила и она отстала. Пройдя метра 3 я оглянулось но подруги не было!
- Саааш! Ты тут? - но в ответ мне была тишина.
- Саша! Не прикидывайся! Я знаю, что ты тут! - и снова молчание.
Я огляделась по сторонам. Место где я стояла было похоже на площадку, заброшенную площадку. Ко мне в голову пришла прекрасная мысль. Идти по следам подруги. Но следов на песке (он хорошо отпечатывает след) не было! Тут я испугалась не на шутку! Я побежала вперёд всё ближе и ближе к страшной площадке.
- Ну что же! Хочешь в прятки?! Окей! - я хотела верить, что подруга прикалывается.

Тут перед моими ногами упало дерево! И упало как-то странно... Прямо 1 см и меня бы не было! Тут откуда ни возьмись вышла собака и уставилась на меня в бешеном оскале. Она стояла и смотрела на меня, а я на неё. Её пасть была запачкана... нет! Измазана кровью! Так мы стояли секунд 5, но казалось, что секунда равна вечности... Тут собака прыгнула и повалила меня на землю. Я думала мне конец! Потом я потеряла сознание. С испугу наверное...

Когда я очнулась я лежала на столе, в полуразрушенном помещении без крыши. Я попыталась встать, но не было сил, точнее меня кто-то держал, но никого рядом не было. Повертев головёнкой я заметила символы на близкой ко мне стене и вроде они были нарисованы мелом. Мои первые мысли:
- Игра "кто дальше плюнет"! - и я плюнула, мел смылся и я смогла встать.
Недалеко я услышала вопль:
- Помогите!

Помню, одна знакомая, после отпуска в Южной Корее, рассказала мне, что корейцы почему-то боятся чаек. Даже бросаются бежать, когда стая этих птиц прилетает на пляж. Этот факт лишь вызвал у меня улыбку, ведь тогда я не подозревал, что чайка - это и вправду страшная птица. Убедился я в этом во время недельного журналистского форума в позапрошлом году, который проходил в пяти разных городах. Форум завершался в городе Коломна.
Так я и знал, что организаторы, на чем-нибудь да сэкономят... Разместили нас в гостинице "Советской", где кормят чуть лучше, чем в армии. Номера - тесные комнатушки с шероховатыми стенами, в добавок нет кондиционеров, а лето было в самом разгаре.
- Эта гостиница не "Советская", а "совковая", - сказал я Лизе за ужином.
Вообще-то я человек неприхотливый в вопросе комфорта, но за пять дней мероприятия нас сильно избаловали дорогущими отелями и ресторанами. Кстати, с Лизой мы там и познакомились. Красавица, умница, блондинка, к тому же телеведущая...
Благо свободного времени в этот вечер было много. Не желая киснуть в душном номере, мы отправились гулять по городу. Полюбовались местной архитектурой, прокатились на трамвае. Кстати, трамваи там достопримечательные. Не какие-нибудь современные московские с электронным табло, а настоящие трамваи, будто из старого советского фильма.
Ближе к закату мы зашли в магазин, взяли бутылку самого дорогого шампанского и отправились бродить по дворам в поисках свободной скамейки. Увы, места, куда приткнуться нам не встретилось. Везде всё одинаково - либо лавочка занята старушками, либо рядом играют дети...
- Может и не надо? - начала причитать Лиза. - Всё-таки сами рассказываем о распитии в общественных местах...
- Да уж... Журналистский цинизм какой-то, получается, - согласился я, отчаявшись, наконец, отметить повышение в приятной компании (накануне форума я получил ставку редактора).
И тут я поднял голову и меня осенила авантюрная мысль.
- Слушай, а давай на какую-нибудь крышу залезем!
К счастью эта мысль Лизе понравилось. Открытый чердак мы нашли быстро - повезло. Забрались на крышу одного старого четырехэтажного дома. Я отвязал рубашку, которой был подпоясан, расстелил, чтобы сидеть было не горячо и мы с Лизой устроились рядом.