Страшилка

Я - душевнобольной. Мне очень страшно. Я наедине со своим Страхом. Вон он сидит в углу и улыбается всеми своими зубами. Я будто в склепе. Пришел врач... укол делает. А я боюсь шевельнуться ведь мой Страх уже совсем рядом. Я уже начинаю немного бить безумным. Оно подходит... В палате есть только я и мой Страх. Он уже близко.

Хочу спать, но нельзя. Иначе мне будет крышка. Оно медленно ходит кругами вокруг моей койки. Знаю, хочет, чтоб я уснул. Но я держусь как могу, стараюсь не уснуть. Стены давят на меня и я засыпаю, но нет, оно уже близко.

Медленно подходит ко мне. Я со всех сил стараюсь, но это конец. Так со всеми. В каждой палате пациент наедине со своим Страхом... как и я. Больно, оно начинает трапезу... мной. Нет!!! Время остановилось. Нет, нет... Не хочу. Трапезничать начинает с моих ног. За, что мне всё это? Держусь, не выдавая себя. Но Страх овладевает мной. Прощаться с жизнью пора. Но я не хочу умирать... не хочу... Адская боль не оставит меня. Все это конец.

Что происходит с нами в момент клинической смерти? Этот вопрос мучает многих живущих на Земле. Одни люди, пережившие клиническую смерть, рассказывают о тоннелях, темных или со светом в конце, другие видят себя парящими над собственным телом, третьих окружают ангелы и давно ушедшие родственники, а четвертые ничего не видят. Хочу поделиться историей, которую рассказал мне мой друг Павел, переживший клиническую смерть (есть медицинское документальное подтверждение). Так как событие происходило не со мной, продолжу от первого лица.

Ты же знаешь, что я вырос, как и ты, в Советском Союзе, воспитывался в духе атеизма, да и родители были далеки от сверхъестественного. Сам я не верил ни в Бога, ни в черта, считал, что человек венец природы и рассчитывал только на свои силы. Но... Случилось это со мной в конце мая 2005 г. Ночью я плохо спал, мозг воспроизводил обрывки из моего детства и юности. Это были приятные воспоминания, но они почему-то заставляли меня просыпаться в холодном поту, с учащенным сердцебиением. Грудь давило, руки наливались свинцом, а внутри появлялся сковывающий животный страх. Только ближе к утру удалось забыться и погрузиться в глубокий сон.

- Димаааааааааааа! Наконец-то, я так рада, что ты наконец приехал, Дим! Ты не поверишь, тут такие вещи происходят! Я сама не очень верю! Это же ужасно! - всё это обрушилось на моего друга, как только он вошёл в дверь. Диму я не стеснялась, мы давно дружим, и поэтому я бросилась к нему в объятия. - В общем, слушай...
- Ну и? - спросил мой друг, когда я закончила рассказ. - Те веришь в Это?! - он указал на дневник. - Ясно же, что это шутка. Как мог дневник оказаться в доме твоей подруги?! Ясно же, что никак.
- Да, я тоже раньше так думала. И если честно, я до сих пор не очень то в это верю. Но в больницу-то мы сходим? - с надеждой спросила я.
- Конечно сходим. Что тут ещё делать?
Я повела Димку к Полине. Саша уже была там. Она сладко потянулась, было видно, что не доспала. Конечно, 9 утра! Девочкам Дима понравился. Высокий, красивый, умный и веселый. Когда он отошёл, Саша сказала, что он может стать моим парнем. Я скептически посмотрела на неё и отмахнулась. Саша - безнадёжный романтик. Ей не по больницам бегать, а на звёзды смотреть. Но мы, как самые "добрые" друзья везде таскаем её с собой.

Город. Шумный, громкий и тут никогда не соскучишься. Хочешь - иди в торговый центр, хочешь - гони на трассу... Ну, а на крайняк есть парк. Но вы не думайте, что там вы обретёте покой. То ли дело деревня. Полная противоположность тому. Тихая, маленькая, неприметная. Бабушки сидят на лавочках, просёлочная дорога не покрыта бетоном. Везде можно вляпаться в... эм... ну вы поняли. Лишь скрип колодца нарушает полную тишину... Ну ладно, я наверное отошла от темы. Меня зовут Аня и я еду в деревню. Именно такие мысли наполняют меня в данный момент. Я в деревне в первый раз и меня пугают маленькие домики и огороды за маленькими шаткими заборчиками, через которые даже ребёнок может перелезть. А я не ребёнок. Мне 18 лет. И я привыкла к трассам и торговым центрам, но ни к такому. Я не хотела уезжать из города, у меня друзья, тусовки... А родители не понимают! Они в последнее время вообще меня не понимают! Все говорят, что я уже не ребёнок...

В деревне меня всё бесило. У нас был вполне приличный коттедж и хороший участок. Но за каменным забором были маленькие домишки, без балконов и нормального забора. Эх, скучно тут. Но сегодня ночью я вспомнила, что родители рассказывали про заброшенную больницу в этой деревни. Схожу туда, что ли!

Недавно моя подруга Полина пригласила меня в новый загородный дом. Дом был очень большой и мне захотелось исследовать его вместе с приятельницей. Но Полина придерживалась другой точки зрения:
- У нас очень много времени. Ты же приехала на все летние каникулы! Успеем ещё дом посмотреть. Идём лучше по деревне гулять!
Мы направились к двери, но я, по лучшей традиции, споткнулась и упала. Я встала и недовольно произнесла:
- Ну, что тут ещё?!
Я нагнулась и подняла старую книжку.
- Это твоё? - спросила я у Полины.
- Нет, тут же написано "дневник Каролины". Я думаю, это книжка прежней хозяйки дома. Будем читать?
- Ну, давай, мне тоже интересно.

Я не совсем обычный человек. Я не боюсь темноты, пауков, и всякой нечести, я очень боюсь болеть, ну к примеру, гриппом. Особенно свинным. Как только я не предохранялась от него, ведь заболеть им - дать себе шанс на смерть. Заболею я, к примеру, обыкновенной ничем не предвещающей простудой, так у меня и начинается паранойа. Что, там, к примеру, осложнения смертельные пойдут или что по хлеще. В школе меня дразнили "грипповкой", я то, больно, и не обижалась. Я вообще не обидчивый человек, но злопамятный, за что меня в школе и не любили. К примеру, толкнут меня, а через неделю, я поставлю подножку. Вернёмся к моим страхам. Кроме болезней я боялась собак, ужасно. Например идём мы с моей лучшей подругой Машей, а навстречу нам бежит стая собак. Да ещё и лаят. Я сразу начинаю трястись, меняюсь в настроение, и пытаюсь убежать, а как известно, если ты начнешь бежать, собака подумает что ты боишся и по гонится за тобой.

Вернёмся к болезни. Был солнечный, нечем не примечательный день. Я шла в школу, не подозревая ничего. Кроме того, со мной шла Маша, и моя сестренка Диана. Идём, мы, значит, разговариваем, и вот перед нами уже храм знаний. Заходим, раздеваемся, в общем, все как обычно. Сестра идёт на 2 этаж здания, а мы с Марией идём в свой класс.

Меня зовут Андрей, мне 17 лет. И вот уже месяц я боюсь выходить на улицу, так как в нашем городе завелся маньяк, за месяц он убил десять человек. Как-то раз я гулял с друзьями по улице и увидел труп, тогда еще вторую его жертву. Я посмотрел на него и меня сразу же вырвало, горло у этого бедняги было перерезано, а кишки вытянуты наружу. Я не спал несколько дней, не как не мог забыть этого, как потом выяснилось, у всех, кого он убил, еще было и вырезано сердце. После шестого убийства в городе объявили комендантский час, но он начал убивать днем. В связи с этим занятия в школе отменили и я решил сидеть дома, так как боялся выходить на улицу, мои родители были на работе, а я, как обычно, смотрел телек.

Через несколько часов мне позвонили друзья и позвали на улицу, типа "Что ты дома сидишь? Пойдем погуляем". Им было пофиг, что где-то по городу может бродить маньяк, ну, а хотя, втроем же будем, не по одному. Мы договорились встретиться около заброшенной больницы, которую закрыли из-за нехватки средств на её содержание, так мне рассказывал отец.

Как и большинство молодых людей, я долго не мог определиться с профессией. В детстве я хотел стать пожарным, затем полицейским, потом космонавтам, но это были всего лишь несбывшиеся мечты маленького мальчика. Одно дело - мечтать, а другое дело - здесь и сейчас определяться со своим будущим. Мне хотелось помогать людям, меня начала интересовать медицина, так я стал врачом. Я отучился в институте и поступил в интернатуру. Если бы мне кто-нибудь сказал тогда, что такое быть врачом, я бы никогда не сделал такой выбор!

В первый же год в интернатуре я насмотрелся такого, что хватило бы на всю жизнь. Я каждый день видел кровь, слёзы и отчаяние на лицах родственников, тех несчастных, что лежали в своих холодных постелях и отчаянно боролись за свою жизнь. Нет ничего ужасней - смотреть в глаза пациенту, зная, что, в лучшем случае, он доживёт до утра...

Он не помнил, чтобы когда-нибудь было так холодно. Сделал попытку открыть глаза. Не получилось. Ему даже подумалось, что это от ледяной корки, намертво сковавшей веки. Сделал еще одну попытку. На этот раз глаза раскрылись, взгляд бездумно уставился в пустоту. Комната как всегда была погружена в абсолютный мрак. Настенные часы глупо и монотонно тикали, нарушая ночную тишину. Во рту пересохло, а тело тряслось от беспричинной дрожи. Нужен стакан воды. Нужно встать и налить себе стакан воды. Он с трудом поднял голову и тут же уронил ее обратно на подушку. Руки и ноги не хотели подчиняться. Он тихо застонал от раздражения. Кровь заледенела? Почему нельзя просто и встать и налить себе жалкий стакан воды? Кто, черт побери, открыл окно в середине января? Он рывком сел. От окоченения не осталось и следа. Вскочил с кровати и чуть ли не бегом подошел к окну, сбив при этом что-то со стола. Послышался всплеск, грохот и шум катящегося куда-то предмета. Это был стакан с водой, который он поставил с вечера на случай ночной жажды. Как же все раздражало! Он схватился за ручку окна, намереваясь закрыть его, но оно оказалось уже закрытым. Тогда он с яростью распахнул окно, нащупал стакан и кинул его в темноту заснеженного двора. Повеяло холодом. Кто-то заворочался в углу комнаты. Опять эти странные звуки! Вечно дурацкие посторонние звуки в его комнате. Иногда не просто звуки. Силуэты, голоса, прикосновения. Как же все это раздражает!

Саша внимательно вглядывалась в тёмноту окна. Она ждала его. Ждала уже несколько часов. Но её единственный друг не приходил. Для молодой девушки, наблюдавшей гибель семьи от рук маньяка, доверия к людям уже просто не существовало. Окружающие превратились в сплошную угрозу. И только он пришёл к ней на помощь, освободил от оков собственной паранойи.

Заметив движение за окном, Александра приоткрыла створку.
- Ты пришёл! - радостно крикнула девушка, кинувшись на шею вошедшему.
Как же это приятно: его тепло, его защита, даже его молчание: всё было ей знакомо до мельчайших деталей.

Они сели на мягкий диван; Саша говорила о том, как она по нему скучала, о том, что каждая секунда без него тянулась час. Он молча улыбался, беззвучно смеялся и гладил её по волосам. Обнявшись, они сидели ещё час. Саша все больше успокаивалась, но тут он встал, нехотя оторвавшись от девушки. Александра знала, что он не хочет уходить, но так надо. Слеза скатилась по бледной щеке, но она постаралась улыбнуться. Её друг должен знать, что он не зря к ней приходит, и она любит его.