Страшилка

- Ухты, как быстро... Я хотела еще чуть-чуть помучать ваши нервы, а да ладно. Итак, ты сейчас посмотришь видео Mereana Mordegard Glesgorv. - надменно сказала Лили.
- Эту 20-секундную версию я смотрела 5 раз. - хмыкнула я.
- У меня есть полная версия. - сказала она, после чего уже какой раз злобно улыбнулась за вечер.
Помните тот страх, о котором я вам говорила в начале истории? Так вот, тогда он увеличился в 10 раз...
- Ну и че ты молчишь?! Идиотка! - крикнула она, после чего дала мне такую пощечину, что у меня помутнело в глазах.
- За что-о-о...
- Ты в детстве, когда отходила от меня, начинала раскаркивать "Лили - псих, бойтесь Лили!" Я не могла ни с кем дружить из-за тебя! Все меня боялись из-за тебя! Сегодня я отомщу вам всем! А в основном тебе! - кричала она, захлебываясь слезами.
Тогда я вспомнила все. Как говорила на Лили, что она сумасшедшая. Мне было бешено жалко ее, я хотела извиниться. Но только смогла выдавить:
- Бегите, ребята, я ее остановлю... Бегите-е-е...
- Какая же ты идиотка... Они бы уже сбежали, если бы могли, раз 5. Я им дала такие же "вкусняшки"как и тебе. Вкусный последний в жизни ужин? - рассмеялась она, конечно, злорадно.
- Я тебя ненавижу!!! - крикнула в слезах я, жалость к ней тут же пропала.
- Как мы можем... Ладно, ты мне надоела, давай заканчивать, - говорила она, поспешно заламывая мне руки до боли. - а вы, валите за мной!
Ребята тут же встали и пошли за ней. Она меня долго тащила до какой-то комнаты, затем открыла дверь в нее и кинула меня туда.

Перед Мелиссой был лес.
Яркий дневной свет заставил ее зажмуриться. Густой туман поглощал все на своем пути, проникал сквозь листья деревьев. Казалось, можно было прыгнуть и утонуть в нем.
Девочка решилась сделать шаг навстречу неизвестности. Под ногами шелестела протоптанная трава. Вдоль этой тропы тянулась дорожка из капель крови. Часто она прерывалась, будто у человека останавливалась течь кровь. Пройдя немного дальше, Мелисса увидела, что в кустах неподалеку валяется оторванная рука. Обрывок мышцы тянулся из нее. Можно предположить, что она была перерезана лежащим неподалеку лезвием. Девочка не стала тут долго останавливаться и пошла дальше.
Ее ноги ступали уже по дощечкам. Впереди показались очертания моста, было слышно журчание. Очень скоро она подошла к речке и в недоумении остановилась. Ее выражение лица тут же переменилось. Перед Мелиссой было не что иное, как река... Река из крови. Изредка мимо проплывал бледный труп, забавно ударяясь об торчащие острые камни. Мелисса провожала глазами каждого проплывающего мертвеца и ей нравилось это занятие. Она побежала на мост, намереваясь поглядеть на все это вблизи, но нечаянно царапнулась о колючую решетку, торчащую из кустов. Это была первая часть кожи, которую пришлось пожертвовать девочке. Но далеко не последняя.
Мелисса зашла на мост. Сверху вид был гораздо лучше. В одном трупе она даже различила развороченное сердце, что ни за что бы не заметила издалека. Расстояние между мостом и кровяной рекой было невелико, поэтому девочка перегнулась через ограждение. Вид оголенных артерий не давал ей покоя. Мелисса протягивала руку все ниже и ниже и вот, она уже почти дотронулась до мягкого сердца... Но вдруг, веревка на мосту лопнула. Мелисса инстинктивно выпрямилась и бросилась бежать с этого злополучного моста. Только она успела спрыгнуть на землю, как последняя деревянная доска утонула в кровавой реке.

Похоже этот смазливый гаденыш не пошутил. И тут ты наконец задумываешься: "А ведь в чем-то этот упырь прав, я ведь действительно не ценила жизнь и не брала от нее все что мне было нужно, я просто погрязла в пучине обид и страданий и никак не могла их отпустить и начать жизнь с чистого листа..." Ты заходишь в свою квартиру, странно ничего не изменилось, хотя в принципе чего ты ожидала, что твоя квартира превратится в логово самого дьявола и тебя будут жарить на костре ежедневно? Смешно, не правда ли? Ты заходишь в свою комнату и валишься на кровать, пытаясь привести мысли в порядок. Ты размышляешь обо всем услышанном и завтрашнем дне, однако долго и рассудительно подумать ты не успеваешь, потому как проваливаешься в глубокий, беспокойный сон.

Ты просыпаешься, как от толчка, а прямо напротив тебя сидит тот самый Вильгельм.
- Что не ждала? Дай угадать, ты до последней минуты считала, что это шутка или сон? А ты оказывается еще более наивная, чем я думал. - насмехаясь, говорит он.
- Скажи на милость, ты всегда теперь будешь заявляться самым наглым и неожиданным образом? А что, если я буду в ванной или скажем... хм... в туалете? - кричишь ты.
- Тебе не понадобится не ванная и уж тем более туалет, потому что сейчас ты не человек - ты фантом. И у тебя нет естественных потребностей, как у обычных людей. Ладно хорош болтать, перейдем к делу.
- То есть? - не поняла ты.
- Кровь Христова! И откуда вообще берутся такие глупые, как ты? Ну впрочем неважно, тем лучше для меня. Итак, с сегодняшнего дня начинаются твои испытания. Всего их пять и это: Боль, Разочарование, Утрата, Предательство и напоследок Отчаянье. Да-да, твои самые сильные страхи. Ты должна преодолеть их и не сдаться, не расклеиться, а осознать и отпустить их, все ясно?
- Но как именно они будут проходить?
- Сегодня тебя ждет Боль, не физическая, а душевная. Та, с которой в свое время ты не сумела справиться. Как только ты выйдешь за дверь у тебя начнется новый день - этот день и будет испытанием, в течение всего дня ты будешь ощущать Боль и твоя задача справиться с нею. Ну все удачи, увидимся завтра. - сказал он и исчез.

Когда сердце рвется на куски, а душа от ран уже как будто не существует, никто, никто не придет тебе на помощь. И ты просто сидишь уткнувшись, в телефон и думаешь кому позвонить, кому рассказать. И тут ты понимаешь, что кому бы не рассказала - не поймут, не услышат. Люди стали черствыми, никому нет дела до твоих страданий. Твою боль никто не разделит с тобой, кроме тебя самой. А те, кто гордо именует себя твоим "другом" не поможет, нет. Помочь может лишь тот, кто причинил эту боль. Непрошеные слезы льются размазывая косметику по лицу и ты бьешь кулаками в стену, чтобы тебя раздирала боль снаружи, а не изнутри. Орешь, стонешь, мечешься от безысходности. Боль беспощадна. От нее нет спасения.
И в эти моменты ты начинаешь задумываться о бесполезности твоего существования. Да именно существования, ведь жизнью назвать это просто невозможно считаешь ты. Твои родители давно смирились с твоим состоянием, ведь раньше они пробовали тебя как-то приободрить и поддержать, но в конце концов бросили это неблагодарное занятие. Друзья думают, что у тебя депрессия и она пройдет со временем. И только ты понимаешь, что это не депрессия и не горькое разочарование - это твоя новая форма жизни, к которой ты привыкла.
И в один из таких скучных серых будней твой давно молчавший телефон, который ты давно считаешь mp3-плеером и куском бесполезного железа, раздирает телефонный звонок.

Вымысел или бред?

Я говорила, я восклицала им, но они мне не верили.
Вот уже, которую ночь напротив моего дома стоит человек и смотрит в моё окно. Он одет во всё чёрное.
Чёрная лёгкая куртка с капюшоном полностью скрывающее его лицо. Тёмные джинсы, чёрные кожаные перчатки и лишь белые кроссовки.
Каждую ночь он стоит напротив моего окна и просто смотрит в него. Пока в один прекрасный момент я не поняла, что он смотрит не в него, а на меня...
Я не вижу его лица, оно полностью скрыто тёмным капюшоном на его голове.
Этот парень очень странный. Каждую ночь, начиная с девяти часов вечера, он просто стоит напротив и смотрит в моё окно. И так каждую ночь.
Но я знаю, что он смотрит на меня. Своим "безликим" взглядом он смотрит сквозь меня...
Его безликий взгляд освящён гнетущей тьмой, я чувствую это...
Мне холодно и страшно одновременно. Страшно - потому что я не знаю зачем он приходит каждую ночь и смотрит в моё окно, зачем он это делает? Когда я смотрю в окно, он уже стоит там и неведомо, словно зачаровано и столь "неотразимо" просто смотрит на меня.
Зачем он это делает? Что ему нужно?..
Холодно - потому что он веет холод за собой...
Я знаю, что он смотрит на меня... Но зачем?
Зачем он это делает? Зачем приходит сюда, стоит и просто смотрит на меня? Что ему нужно?!.. И почему он скрывает своё лицо под невидящим капюшоном? Что он прячет? Что скрывает?..
И так каждую ночь.
Я смотрю на него, а он на меня. Я чувствую его проницательный взгляд на себе...
Так пусть родители не удивляются, когда говорят, что не видят его.

Хрупкие снежинки нежно лежали на её волосах. Она пробежала долгий путь, несмотря на то, что у неё была лёгкая курточка. Ей было холодно. Её маленькие, хрупкие ручки, были в крови. Только - что, она смогла убежать, от холодных рук, злого убийцы. Она бежала, не оглядываясь назад. Мари знала, что если она остановится, то её хрупкое тельце станет холодным и безжизненным.
В глазах был страх. Она не чувствовала своих ножек, но бежала. Мари устала, остановилась и огляделась назад. Никого не было. Только пустой город с разбитыми, ночными фонарями. Она присела на ближайшую лавочку, открыла сумочку, достала телефон и позвонила ему.
- Алло - Сказал её парень.
- Миша, извини, я не смогу пойти с тобой в ресторан. Я совсем не знаю, где я и долго ли мне осталось жить... Помни, я тебя люблю...
- Она бросила трубку, положила телефон в сумку. Мари хотела позвонить родителям, чтобы они её забрали из неизвестного места. Нежный голос сказал как-то грубо, в сотый раз:
- Абонент недоступен.
Она села на лавочку, прижав к себе колени и уснула.

Сначала я ничего не понимал. Лужа крови растекалась и становилась все больше. Я смотрел на свое отражение в ней и пытался совладеть с нервами. Тут как будто давно забытый сон, перед моими глазами всплыло задумчивое лицо Саши. Она сказала: "Не восстают окровавленной кашей"... Я почувствовал, как к горлу подступает рвота. Что это значит? Она знала, что так будет? Не в силах больше смотреть, я убежал и в ближайшие кусты, где меня вырвало. В голове повторялись одни и те же слова "... окровавленная каша"... Я стучал по ушам, но ничего не выходило, звук становился все громче. В глазах появились пестрые точки, они сверкали и превращались в темноту. Я упал и забылся...
Я почувствовал, как что-то мокрое и слизкое тыкается в щеку. Это была обшарпанная дворняжка. Я протянул руку, сел и потрепал ее за ухом. Солнце уже зашло, а значит было больше полуночи. Фонари летом не включались, поэтому пришлось идти наугад. Пару раз споткнувшись о корни и ветки, я еле как выбрался из кустов и стал тихо пробираться домой, чтобы не попасться полицейским, которые до сих пор исследовали место преступления. Не хватало еще сидеть в обезьяннике и ждать, когда за мной придут родители. Так я добрался до своей квартиры, получил выговор от мамы, подзатыльник от папы и воинственный кулак сестренки и отправился спать. Как ни странно, заснул я быстро и проспал до обеда следующего дня...
Я продолжал жить обычной жизнью и ходить на сходки "баскетбольных". Саша не объявлялась. Так прошло недели две, как девочка с подругой пришли снова. Внутри меня что-то зашевелилось. Саша подходила ко мне и улыбалась.
- Спасибо тебе, - дружелюбно и уверенно сказала она.
- Да что ты, - я махнул рукой, - Как твоя нога?
- Отлично. Рана почти зажила и я спокойно могу бегать и играть.
- Это хорошо, - я старался вести себя более естественно, но внутри меня бушевал девятибалльный шторм.
Она улыбнулась и убежала к Ане искать третьего игрока для игры.

Наступила прохладная октябрьская ночь. Город пылал огнем тысяч неоновых ламп. В просторной комнате, на большом кресле сидел плотный коренастый мужчина, щелкая уже по третьему кругу телеканалы. На полу, на богатом золотистом коврике, сложив ноги в позе лотоса и расчесывая длинные пепельные волосы, сидела молодая голубоглазая девушка.
Раздался длинный протяжный вой - явление, ставшее для жителей старенькой пятиэтажки уже чем-то обыденным. Мужчина вскочил от неожиданности, процедив сквозь зубы:
- Опять этот чертов Фридман!
- Дорогой, - спокойно сказала девушка, казалось, вовсе не услышав этого звука. В окно лился мягкий неоновый свет, придавая ее белоснежной коже фиолетово-черный оттенок.
Мужчина взял со столика хрустальный бокал и, поболтав содержимое, опустился в кресло.
- Вот что у него, черт возьми, происходит?
- Не знаю, - девушка пожала плечами, - может, он держит дома какого-нибудь необычного зверька или птицу? Майкл, ты ведь с ним даже не здороваешься.
- А-а... - он махнул рукой. - Лучше скажи, что это за зверь такой? Клянусь, так выть может только упырь на кладбище! - мужчина сделал несколько глотков и добавил. - А ж кровь в жилах стынет.
- Может, экзотическая обезьянка, ну или тропическая птица. Фридман ведь много путешествует.
- Да хоть аллигатор в ванной, такое чувство, что все разом оглохли! Чертов Фридман, на два этажа выше живет, а беспокоит только меня! В следующий раз...
Она коснулась губами его щеки, потом шеи и прошептала:
- Дорогой, сегодня праздник, давай лучше выпьем.
- Давай, - выдохнул он, поднимая бокал.
Раздались громкие хлопки и небо озарили разноцветные фонтаны - праздничные фейерверки.

Эх, сколько путей, сколько дорог
Нам предстоит пройти?
Только - бы встретить верных друзей
Чтоб было легче идти...

Мда... А в Зоне друзей не должно быть. Могут быть товарищи, могут быть попутчики или случайные знакомые сталкеры, но никак не друзья. Могут быть стажёры, проводники, торговцы и т.д. С, которыми ты за одним столом глушил спиртное, в один голос распевал песни, бок-о-бок отстреливался от охреневших мутантов, которыми движет лишь одно желание: сожрать тебя побыстрее да половчее, все сталкеры, с которыми ты бил морду быковатому новичку - все они не имеют права называть кого-либо в Зоне своим другом, иначе... Да. Сожрёт тебя Зона вместе с потрохами и ботинками. Наглядных примеров можно привести десятки если не сотни. Финч и Бука, Шуруп и Боярин, Лыко и Игнаш, Чип и Дейл, Риша и Копыто - эти и ещё много сталкеров брали с собой в ходки или просто торчали в "Баре" с напарником, которого называли другом. А те в сою очередь отвечали им взаимностью. И что же стало с этими "друзьями"? Да гробились они в скором времени. Причём погибали они именно парами в одно время и неважно что они в это время находились в разных местах Зоны, а то и вообще один находился в Зоне, а другой на Большой Земле. Погибали оба. Одного сожрали слепые псы, другой в это время скончался от сердечного приступа, будучи находясь в Москве.

- Рита! - орал Макс, тщетно пытаясь ухватить решительно настроенную Риту за руку и образумить. - Умоляю, прошу тебя, не сходи с ума!
- Настя в опасности, - в очередной раз отрезала девушка, все так же идя в направлении дома.
- А твоя мать?! - заорал парень.
Брюнетка остановилась, как вкопанная, да так резко, что брюнет едва не врезался в синеглазую.
- Мама в безопасности и ей ничто не угрожает, - она снова сорвалась с места.

Макс, видя, что заставить Риту изменить свое решение ничто не сможет заставить, тяжело вздохнул и побрел за девушкой.
- А куда хоть идем? - с трудом нагоняя жертву Сатаны, спросил Макс.
- В гараж. Он около дома, - холодно ответила ему Рита.
Скосив глаза и заметив недоумение на лице спутника, она добавила:
- Там есть очень быстрый мотоцикл отца. Когда он вернется, а он в командировке, я все ему объясню. К тому времени все закончится, - произнесла брюнетка.
- Ты умеешь на нем ездить?! - чуть ли не на всю улицу закричал Максим, от чего на странную парочку стали оборачиваться прохожие.
- Эм... - девушка побледнела, уменьшила скорость шага и заметно растерялась. - Нет.
- А я умею, - ответом на слова парня послужил шок на лице Риты и окончательная остановка ее хода. - Что стоишь? - он схватил ее за руку и потащил в сторону ее дома - память Макса можно было называть феноменальной, хотя это было не лучшим ее примером, ведь работа мамы Риты была не очень далеко. - За мотоциклом, а потом поедем в одну заброшку. Там уж я, с помощью некоторых предметов и спрятанной старой книги, телепортирую нас в Ад к Насте, временно сделав невидимыми... - видя как шок на лице Риты заставляет ее чуть ли не терять сознание, он закатил глаза. - Боже, впервые обращаюсь к тебе: с кем я говорю?!