Насмешка судьбы. Глава 12
Вернувшись в корпус, меня ждало ещё одно плохое известие. В полнолуние, день нападения сумрака, дежурным в оружейном ангаре был назначен Глен, а это значило, что мой друг в опасности и нужно придумать, как его спасти.
В день дежурства Глена, я подсыпал ему поносного и сам вызвался дежурить вместо него, пока тот корчился в туалете. Да простит меня Глен, но диарея куда лучше смерти. Вооружившись фонариком, зажигалкой и спичками, я отправился на дежурство. Мой боевой комплект у самого вызывал смех, но, что поделаешь, если это единственные методы борьбы с сумраком.
Убедившись, что по близости никого нет, я заперся изнутри, дабы не подвергнуть опасности какого-то любопытного зеваку, который решит меня посетить. Как в случае с Лойдом. А потом, я и сам услышал, как меня заперли снаружи. Видать, офицеры боялись, что чудовище может выйти из ангара и продолжить поиски пищи уже в корпусе.
Время тянулось мучительно медленно. Я ждал полночь, как ребёнок рождества, только моим подарком должно было стать окончательное истребление сумрака, либо же, смерть. Второй вариант мне нравился куда меньше. И тут я вспомнил о Мелиссе. Вернее, я вспомнил её слова по поводу того, что я могу погибнуть или стать инвалидом. Да я через час могу погибнуть в старом оружейном ангаре, поглощенный неизвестным сумраком, а не на войне, как герой, защищая свою родину и честь.
В день дежурства Глена, я подсыпал ему поносного и сам вызвался дежурить вместо него, пока тот корчился в туалете. Да простит меня Глен, но диарея куда лучше смерти. Вооружившись фонариком, зажигалкой и спичками, я отправился на дежурство. Мой боевой комплект у самого вызывал смех, но, что поделаешь, если это единственные методы борьбы с сумраком.
Убедившись, что по близости никого нет, я заперся изнутри, дабы не подвергнуть опасности какого-то любопытного зеваку, который решит меня посетить. Как в случае с Лойдом. А потом, я и сам услышал, как меня заперли снаружи. Видать, офицеры боялись, что чудовище может выйти из ангара и продолжить поиски пищи уже в корпусе.
Время тянулось мучительно медленно. Я ждал полночь, как ребёнок рождества, только моим подарком должно было стать окончательное истребление сумрака, либо же, смерть. Второй вариант мне нравился куда меньше. И тут я вспомнил о Мелиссе. Вернее, я вспомнил её слова по поводу того, что я могу погибнуть или стать инвалидом. Да я через час могу погибнуть в старом оружейном ангаре, поглощенный неизвестным сумраком, а не на войне, как герой, защищая свою родину и честь.
На войне с нечистью не может быть героев или медалей. Наградой является спасённая жизнь человека, а то и собственная. И благодарность за это отсутствует, потому что нельзя ничем измерить цену человеческой жизни.
Размышляя и философствуя на данную тему, я не заметил, как наступила полночь. Как и рассказывал Крейг, сначала, свет стал мерцать, а потом и вовсе погас. Я держал руку в кармане, где лежало моё оружие. Словно в вестернах, я был готов выхватить его и выстрелить в противника. Только, это был не дикий запад, а противник не был из плоти и крови.
Лёгкое дуновение ветра и я ощутил невесомость, словно падал в какую-то пропасть. Решив, что пора действовать, я выхватил из кармана фонарик и зажигалку и одновременно воспользовался ими. Услышав страшный ор, который издавал сумрак, я плюхнулся на землю. Свет снова зажегся в ангаре и я понял, что выиграл битву, но выиграл ли я войну? Мне ещё предстояло выяснить, исчез ли сумрак навсегда или лишь притаился на месяц, в ожидании следующего полнолуния.
Но сейчас, я радовался своей победе и ликовал как сумасшедший. Радость, гордость и безграничное счастье переполняли меня. Возможно, я спас жизни ещё десяткам парней, которым предстояли дежурства в этом ангаре. Уснуть я уже не мог, поэтому достал припрятанную под мундиром книгу и читал до утра. Сумрак больше не появлялся, а утром, когда пришел сержант-майор, то был поражен, увидев меня целым и невредимым. По его выражению лица я понял, что увидеть меня живым, он никак не ожидал. Он только открывал, как рыба, рот, словно собирался мне что-то сказать или спросить, но никак не мог подобрать слова.
Отрапортовав как положено, я оставил ошеломлённого старшего офицера в ангаре, а сам отправился в корпус, отсыпаться, как и положено после ночной вахты.
Через несколько часов меня разбудил рядовой и доложил, что полковник вызывает меня к себе в кабинет. Поднявшись, ещё сонный, я отправился в кабинет полковника, мысленно догадываясь, о чём он хочет поговорить.
- Младший капрал Дрейк Хантер по вашему приказу прибыл. - отчеканил я в кабинете.
- Проходите, капрал, присаживайтесь.
- Спасибо, сэр.
- Как мне известно, вы вчера несли ночную вахту на старом оружейном складе вместо Глена Эдвардса.
- Так точно, сэр.
- Скажите, а вы ничего странного не заметили во время своего дежурства? Возможно, слышали что-то подозрительное или видели? - заискивающе начал полковник.
- Нет, сэр. Во время прохождения мною боевого дежурства на объекте 102ОС25 никаких происшествий не произошло. - повторил я тот же рапорт, что и сержант-майору.
- Ладно, ступайте. - задумчиво произнёс полковник.
Уже будучи около двери, я обернулся и тихо произнёс.
- Можете не боятся, оно вас больше не потревожит. - и наблюдая, как вытянулось лицо полковника, я покинул кабинет.
После того визита к полковнику, меня перевели из Хендерсон Холла в Арлингтоне во вторую дивизию, в Северную Каролину, а Глена забросило в Калифорнию. Мы не виделись с ним все те два года, что служили с миротворными миссиями по миру. И лишь встретились за месяц до истечения контракта, в Ливии, при выполнении миссии "Рассвет Одиссея". Я был безумно рад его видеть в этом Богом забытом месте. С Мелиссой мне снова удалось восстановить связь, уже после перевода в дивизию Северной Каролины, но, нас перебрасывало с места на место и иногда мы задерживались в одной точки всего на несколько дней, а иногда и на несколько месяцев. Находясь в Ливии, наша связь резко оборвалась, вернее, я писал ей письма, но ответа так и не приходило. И тогда мне пришло предложение от военного руководства продлить контракт ещё на год и продолжить военные действия в Ливии.
Это могло послужить для меня отличным прыжком моей военной карьеры. На то время, я уже носил звание капитана и старшего уорент-офицера третьего класса. Хоть и военная карьера и не была приделом моих мечтаний но, возможность чего-то достичь, помочь людям и вернуться героем стала сильнее любых амбиций. И я решил остаться. Мне снова дали положенных две недели отпуска и я отправился домой, но, так и не доехал.
Машину, которая должна была доправить нас до аэродрома взорвали. Я и ещё один пассажир были ранены, а три пассажира погибло. Я провалялся на больничной койке около двух месяцев. У меня было переломаны обе ноги и местами, ожоги кожи. Но, огромное желание скорее поправится быстро поставило меня на ноги, даже на сломанные.
В связи с таким не приятным стечением обстоятельств и моим длительным пребыванием в больничном гарнизоне, о моём отпуске не могло уже быть и речи. Глен отправился домой ещё до принятия мной решения о продолжении контракта, а так же случае с подорванной машиной. Так что, я не мог его предупредить о том, что я остаюсь. Он уехал, будучи уверен, что я скоро вернусь домой. Я отсылал стопки писем, но ответа так и не приходило не только от Мелиссы, но и от Грегори.
Лишь потом я узнал причину, по которой ни письма от меня, ни ко мне не доходили. Спустя 10 месяцев моей службы на новом контракте, я только получил письмо от Грегори. Он поведал мне о том, что уже и не надеялся получить от меня весть. Когда я не вернулся домой после истечения положенного строка службы, он запаниковал. Звонил во все ведомства и инстанции, но, там сказали, что я подорвался на мине, но, забыли уточнить, что я жив и нахожусь в лазарете. Спустя полгода, как они похоронили пустой гроб с моим именем, к ним пришло письмо от меня. Грегори подумал, что это чья-то злая шутка и просто выбросил письмо, но когда они стали приходить каждую неделю, но с больше чем полугодовой датой, он понял, что произошла какая-то ошибка.
Как я потом узнал, от других офицеров, которые уже вернулись, мой случай с письмами домой был не единственным. Офицеры, которые справно несли службу и числились на хорошем счету, были просто не заменимы в этой войне. А что бы скорее подтолкнуть их к принятию "правильного" для ведомства решения, их письма перехватывались, дабы у солдата не было ностальгии по дому и прочих "не нужных" мыслей. Мы были рабами, заложниками жестокой системы, которая действовала годами.
Я вернулся домой 23 мая 2009 года, всего за два года до окончания военных действий в Ливии, в звании майора и с военно-морским крестом - второй по старшинству в общей системе старшинства военных наград США. В 21 год, я прошел не только военную школу, но и отличную школу жизни.
Когда я вошел в дом, на меня нахлынули воспоминание. Я не был тут три года, но в доме ничего не изменилось. Всё, как и прежде, было на своих местах. Только дома, к сожалению, никого не было. Как и три года назад, я поставил сумку и принялся снимать ботинки, ожидая прицела ружья мне в затылок. Я улыбнулся, вспоминая тот случай, когда неожиданно, дверь открылась и в дом вошла молодая и красивая девушка.
Я не сразу узнал в ней свою сестрёнку - подростка Вики. Только, когда она, спустя несколько мгновений немого ступора, бросилась ко мне на шею, я понял, что это она. Слёзы градом текли из её глаз и падали мне на мундир.
- Всё уже позади. Как видишь, я живой.
- Дрейк, ты даже не представляешь, что я чувствовала, когда Грегори сказал, что ваша машина подорвалась на мине. Каково это было хоронить пустой гроб и тайно надеяться, что ты всё же жив. Но, с каждым днём надежда угасала, а потом, словно привет с того света, пришло твоё письмо. От этого Грегори просто был вне себя. Он подумал, что кто-то просто издевается, насмехается над нашим горем. Но потом мы стали получать их просто пачками, за весь тот период, что от тебя не было вестей.
- Это было просто недоразумение, которое изрядно потрепало вам нервы. Наша машина действительно подорвалась на мине. Трое парней погибло, а я отделался лишь переломами ног и ожогами. Вики, а где Грегори?
- Он отправился в магазин за покупками. Знаешь, твоя фальшивая смерть сильно подкосила его.
- Ну, ты хоть не вредничаешь, как раньше? - щелкнул я заплаканную сестрёнку по носу.
- Нет, что ты. Меня тоже этот случай изменил. Ах, Дрейк, как хорошо, что ты жив. - и Вики снова обняла меня.
- Вики, а Мелисса знает?
- Знает что? Что ты жив? - в голосе Вики появились стальные нотки. - Она узнала, когда уже было поздно. Дрейк, за месяц до того, как мы получили от тебя первое письмо после твоей, якобы, смерти, она вышла замуж за Рони Арнольдса.
- Ты лжешь. - отодвинул я от себя Вики и вышел из дома.
- Дрейк, постой, остановись. - кричала сестра мне вслед, но я не слышал.
Приехав к дому Торенс, я стал барабанить в дверь. Как и когда-то, мне открыла Маргарет. Увидев меня на пороге, женщина упала в обморок. Мне пришлось приводить её в чувства.
- Дрейк?
- Да, миссис Торенс, это я.
- Грегори говорил, что ты вернёшься и даже показывал письма, которые получил после твоей смерти, но мы не верили.
- Как видите, моя смерть была лишь роковой ошибкой. Простите, но мне нужно поговорить с Мелиссой.
- Дрейк, не стоит... Она переехала после замужества. Не трави ты ей душу.
- Маргарет, адрес.
И женщина подчинилась моему командному тону, написав новый адрес Мелиссы на листке.
- Спасибо, миссис Торенс. До свидания. - и покинув дом своей бывшей возлюбленной, я помчался к её новому дому, где она уже не просто невеста, а жена. Не моя... Чужая жена.
Притормозив по указанному адресу, я запаниковал.
"А что я ей скажу? Как появлюсь перед ней? Восставший из ада? Как себя вести? Черт, что же делать?". Я опустил голову на руль, не решаясь даже выйти из машины. Всё кончено. Пока я воевал за мир, то проиграл самую главную битву - за любовь.
- Дрейк? - слышал я голос над своим ухом. Подняв голову, я увидел Мелиссу, которая склонилась над окном моей машины.
- Привет, Мел. - устало ответил я, подняв голову.
- Что ты... Как ты? - не зная как закончить фразы, заикалась Мелисса.
- Маргарет дала мне адрес. Я знаю, что ты замужем. Не переживай, я не собираюсь рушить твою семью. Просто хотел тебя увидеть. Я вышел из машины и хотел обнять Мелиссу, но она меня остановила.
- Дрейк, это лишнее... - из глаз Мелиссы покатились слёзы. - Я рада, что ты вернулся живой.
- Сейчас больше всего мне хотелось бы умереть. - промолвил я с ухмылкой. - Не долго же ты по мне горевала.
- Я ждала тебя, три года. Я ждала тебя всю жизнь. Ты ушел на войну, а потом мне сообщили о твоей смерти. Что мне оставалось делать? Я каждый день тебя оплакивала и всё это время Рони был рядом со мной. Он поддерживал меня и помогал во всем, ничего не требуя взамен. Жизнь продолжалась, несмотря на траур, который обосновался в наших семьях. Рони сделал мне предложение и мы поженились. А потом, я узнала, что всё это время, что я тебя оплакивала, ты был жив.
- Ну, да, прости, что я не умер, как все думали.
- Не будь эгоистом. Не ты один страдал. Грегори за это время почти весь поседел. Вики замкнулась в себе, я была на грани суицида, так что не нужно вести себя так, будто тебе одному плохо.
- Ты его любишь?
- При чём тут это? Он очень хороший и я безумно благодарна ему за всё, что он для меня сделал.
- За то, что вовремя заменил меня в твоей постели? - звонкая пощёчина отпечаталась на моей щеке. - Прости, Мел. Я не хотел тебя обидеть. Просто, всё это время, которое я провёл в Ливии, я жил лишь надеждой, что вернусь и мы поженимся. У нас будет собственный дом и целая куча детей, которые будут нас доставать. Каждую ночь я мечтал, как мы состаримся вместе, как будем нянчить внуков и играть в бридж по четвергам. А теперь, все мои мечты и планы рухнули в один миг. Знаешь, мне кажется, что лучше бы я и правда умер тогда, что бы не чувствовать той боли, которая сейчас разрывает моё сердце.
- На этом жизнь не закончилась. Ты молод и ещё встретишь свою судьбу и будешь счастлив.
- А я уже встретил свою судьбу и был счастлив. Но всё рухнуло в одночасье.
- Ты сам тогда предпочел остаться ещё на год. Ты всё решил за нас и видишь, чем это обернулось.
- Ты права. Я сам виноват во всём. Извини, что потревожил и нарушил твой покой. Прощай, Мел, и будь счастлива. Пусть не со мной, так с другим. - я сел в машину и завёл мотор.
Мелисса продолжала стоять на обочине, вытирая слёзы ладошкой. Сейчас она была похожа на ту девочку, которую я любил всю свою жизнь. Хрупкую, мягкую, беззащитную и ранимую. Сердце сжалось ещё сильней и я ударил по газам, что бы поскорее убраться отсюда, подальше от своей мечты, которая теперь принадлежит другому.
Мчась по дороге, я снова осознал, как мало значат наши жизни в руках опытных кукловодов. Одно решение может перечеркнуть разом все мечты и надежды. Сколько же боли и горя это решение принесло моим близким? Я мог только догадываться, так как теперь пришла моя очередь испить свою чашу страданий за свой поступок. Мелисса была права - я сам принял решение и сам должен нести за него ответственность. Только, мне невыносимо думать, что из-за моей глупой самоуверенности пострадали дорогие мне люди. Вики, Грегори, Мелисса... Всё это время они жили, оплакивая меня, а я просто гнался за призрачной идеей, пытался что-то кому-то доказать и в этой погоне потерял самое главное.
Появилось острое желание напиться. Как говорят "напиться и забыться". Только нужно было заехать домой, переодеться. Негоже шататься пьяным в форме, позоря честь мундира.
Вернувшись домой, я увидел Грегори и понял, о чём говорила Мелисса. Казалось, скорбь отпечаталась в каждой морщинке на его лице. Он подошел ко мне, крепко обнял и я впервые в жизни увидел слёзы на его глазах. Это были слёзы отца, которому снова пришлось хоронить своего ребёнка. Он быстро смахнул их рукой.
- Дрейк, ты даже не...
- Представляю. Очень даже представляю. - перебил его я и снова обнял.
- Мужчины, прошу к столу. А слёзы теперь приберегите только для радостных моментов. - из гостиной вышла Вики.
- Ты заметил, какой красавицей она стала? - тихонько шепнул мне Грегори, когда Вики отправилась на кухню за десертом.
- Но всё такая же заноза? - спросил я с ухмылкой.
- Я всё слышу. - вернулась Вики с пирогом.
Мы продолжили ужин молча. Никто не решался подымать больную тему и нарушить давящую тишину.
- Вики, огромное спасибо за ужин. Всё было просто изумительно. А теперь, с вашего позволения я хотел бы немного прогуляться. - и не дожидаясь ответа, я поднялся за стола.
- Будь осторожен, сынок. - только и смог сказать Грегори.
Находиться дома было невыносимо. Я видел, как изменились Грегори и Вики и как они смотрели на меня, как будто, всё время ждали, что я растворюсь, исчезну, словно призрак. Сначала им было тяжело смириться с моей смертью, а теперь им придётся заново привыкать к мысли, что я жив.
Ноги сами привели меня к местному бару. Бармен охотно наливал мне рюмку за рюмкой. Алкоголь гонял кровь, но не смог прогнать всех мыслей из моей головы. От бессилия хотелось выть. Я потерял столько времени и возможностей быть счастливым, что теперь мне оставалось лишь упиваться своим несчастьем. Боль не проходила и даже не притуплялась и я решил заменить душевную боль физической.
Пошатываясь, выйдя из этого проклятого заведения, я отправился на поиски приключений. Я чувствовал острую необходимость найти смерть, но, тогда я не знал, что она сама меня ищет...
Я отправился в самое отвратное место в нашем городе - в притон, надеясь, что там мне повезёт и я ввяжусь в драку с наркодилерами, которые двумя выстрелами или точным ударом ножа избавят меня от страданий. Это было весьма эгоистично и самонадеянно с моей стороны, но я не хотел больше всего этого. Мне осточертела борьба за жизнь, за своё место в этой жизни. И если судьбе так угодно ставить меня на колени, то я помогу ей и сделаю последний самостоятельный выбор - выбор смерти. Пусть, я выиграл битву и вырвал свою жизнь из лап судьбы, но я проиграл бой, загнав своим выбором себя в тески.
Плохие парни не заставили себя долго ждать. Они были уже под кайфом, но, им требовалась новая доза, а денег не было, зато, они были у меня. Увидев меня чертовски пьяного, они сами попытались завязать разговор, а когда я им здорово нахамил, последовал первый удар под дых. Я скрутился и не дожидаясь, пока я поднимусь, они поволокли меня в подворотню, где последовали новые удары. Я даже не пытался сопротивляться, а только иногда выплёвывал кровь. Дальше бороться за свою шкуру не было смысла. Они били и били меня, а я ничего не чувствовал. Абсолютно. Словно мозг блокировал эти сигналы. Инстинкт самосохранения и прочая чушь просто отключились. Мысленно, я возвращался в детство, в день, когда убили мою семью. Тогда-то я понял, что это был не подарок судьбы, а её насмешка, что бы я, спустя годы, прочувствовал всю силу её юмора. Сейчас, как никогда, я жалел, что отправился тогда к Говарду Лебсу, а не остался дома с родными и не разделил их трагическую участь. Я слышал, как хрустели мои рёбра, как ломалась переносица и каждая косточка, но это была словно музыка для моих ушей. Каждый подобный звук, приближал меня к развязке.
Я лежал и ждал, когда за мной придёт чёрная дама с косой, но вместо неё появилась другая дама. Рассекая туман, в подворотне появилась она... Девушка, которая в корне изменила моё будущее и всю жизнь.
Размышляя и философствуя на данную тему, я не заметил, как наступила полночь. Как и рассказывал Крейг, сначала, свет стал мерцать, а потом и вовсе погас. Я держал руку в кармане, где лежало моё оружие. Словно в вестернах, я был готов выхватить его и выстрелить в противника. Только, это был не дикий запад, а противник не был из плоти и крови.
Лёгкое дуновение ветра и я ощутил невесомость, словно падал в какую-то пропасть. Решив, что пора действовать, я выхватил из кармана фонарик и зажигалку и одновременно воспользовался ими. Услышав страшный ор, который издавал сумрак, я плюхнулся на землю. Свет снова зажегся в ангаре и я понял, что выиграл битву, но выиграл ли я войну? Мне ещё предстояло выяснить, исчез ли сумрак навсегда или лишь притаился на месяц, в ожидании следующего полнолуния.
Но сейчас, я радовался своей победе и ликовал как сумасшедший. Радость, гордость и безграничное счастье переполняли меня. Возможно, я спас жизни ещё десяткам парней, которым предстояли дежурства в этом ангаре. Уснуть я уже не мог, поэтому достал припрятанную под мундиром книгу и читал до утра. Сумрак больше не появлялся, а утром, когда пришел сержант-майор, то был поражен, увидев меня целым и невредимым. По его выражению лица я понял, что увидеть меня живым, он никак не ожидал. Он только открывал, как рыба, рот, словно собирался мне что-то сказать или спросить, но никак не мог подобрать слова.
Отрапортовав как положено, я оставил ошеломлённого старшего офицера в ангаре, а сам отправился в корпус, отсыпаться, как и положено после ночной вахты.
Через несколько часов меня разбудил рядовой и доложил, что полковник вызывает меня к себе в кабинет. Поднявшись, ещё сонный, я отправился в кабинет полковника, мысленно догадываясь, о чём он хочет поговорить.
- Младший капрал Дрейк Хантер по вашему приказу прибыл. - отчеканил я в кабинете.
- Проходите, капрал, присаживайтесь.
- Спасибо, сэр.
- Как мне известно, вы вчера несли ночную вахту на старом оружейном складе вместо Глена Эдвардса.
- Так точно, сэр.
- Скажите, а вы ничего странного не заметили во время своего дежурства? Возможно, слышали что-то подозрительное или видели? - заискивающе начал полковник.
- Нет, сэр. Во время прохождения мною боевого дежурства на объекте 102ОС25 никаких происшествий не произошло. - повторил я тот же рапорт, что и сержант-майору.
- Ладно, ступайте. - задумчиво произнёс полковник.
Уже будучи около двери, я обернулся и тихо произнёс.
- Можете не боятся, оно вас больше не потревожит. - и наблюдая, как вытянулось лицо полковника, я покинул кабинет.
После того визита к полковнику, меня перевели из Хендерсон Холла в Арлингтоне во вторую дивизию, в Северную Каролину, а Глена забросило в Калифорнию. Мы не виделись с ним все те два года, что служили с миротворными миссиями по миру. И лишь встретились за месяц до истечения контракта, в Ливии, при выполнении миссии "Рассвет Одиссея". Я был безумно рад его видеть в этом Богом забытом месте. С Мелиссой мне снова удалось восстановить связь, уже после перевода в дивизию Северной Каролины, но, нас перебрасывало с места на место и иногда мы задерживались в одной точки всего на несколько дней, а иногда и на несколько месяцев. Находясь в Ливии, наша связь резко оборвалась, вернее, я писал ей письма, но ответа так и не приходило. И тогда мне пришло предложение от военного руководства продлить контракт ещё на год и продолжить военные действия в Ливии.
Это могло послужить для меня отличным прыжком моей военной карьеры. На то время, я уже носил звание капитана и старшего уорент-офицера третьего класса. Хоть и военная карьера и не была приделом моих мечтаний но, возможность чего-то достичь, помочь людям и вернуться героем стала сильнее любых амбиций. И я решил остаться. Мне снова дали положенных две недели отпуска и я отправился домой, но, так и не доехал.
Машину, которая должна была доправить нас до аэродрома взорвали. Я и ещё один пассажир были ранены, а три пассажира погибло. Я провалялся на больничной койке около двух месяцев. У меня было переломаны обе ноги и местами, ожоги кожи. Но, огромное желание скорее поправится быстро поставило меня на ноги, даже на сломанные.
В связи с таким не приятным стечением обстоятельств и моим длительным пребыванием в больничном гарнизоне, о моём отпуске не могло уже быть и речи. Глен отправился домой ещё до принятия мной решения о продолжении контракта, а так же случае с подорванной машиной. Так что, я не мог его предупредить о том, что я остаюсь. Он уехал, будучи уверен, что я скоро вернусь домой. Я отсылал стопки писем, но ответа так и не приходило не только от Мелиссы, но и от Грегори.
Лишь потом я узнал причину, по которой ни письма от меня, ни ко мне не доходили. Спустя 10 месяцев моей службы на новом контракте, я только получил письмо от Грегори. Он поведал мне о том, что уже и не надеялся получить от меня весть. Когда я не вернулся домой после истечения положенного строка службы, он запаниковал. Звонил во все ведомства и инстанции, но, там сказали, что я подорвался на мине, но, забыли уточнить, что я жив и нахожусь в лазарете. Спустя полгода, как они похоронили пустой гроб с моим именем, к ним пришло письмо от меня. Грегори подумал, что это чья-то злая шутка и просто выбросил письмо, но когда они стали приходить каждую неделю, но с больше чем полугодовой датой, он понял, что произошла какая-то ошибка.
Как я потом узнал, от других офицеров, которые уже вернулись, мой случай с письмами домой был не единственным. Офицеры, которые справно несли службу и числились на хорошем счету, были просто не заменимы в этой войне. А что бы скорее подтолкнуть их к принятию "правильного" для ведомства решения, их письма перехватывались, дабы у солдата не было ностальгии по дому и прочих "не нужных" мыслей. Мы были рабами, заложниками жестокой системы, которая действовала годами.
Я вернулся домой 23 мая 2009 года, всего за два года до окончания военных действий в Ливии, в звании майора и с военно-морским крестом - второй по старшинству в общей системе старшинства военных наград США. В 21 год, я прошел не только военную школу, но и отличную школу жизни.
Когда я вошел в дом, на меня нахлынули воспоминание. Я не был тут три года, но в доме ничего не изменилось. Всё, как и прежде, было на своих местах. Только дома, к сожалению, никого не было. Как и три года назад, я поставил сумку и принялся снимать ботинки, ожидая прицела ружья мне в затылок. Я улыбнулся, вспоминая тот случай, когда неожиданно, дверь открылась и в дом вошла молодая и красивая девушка.
Я не сразу узнал в ней свою сестрёнку - подростка Вики. Только, когда она, спустя несколько мгновений немого ступора, бросилась ко мне на шею, я понял, что это она. Слёзы градом текли из её глаз и падали мне на мундир.
- Всё уже позади. Как видишь, я живой.
- Дрейк, ты даже не представляешь, что я чувствовала, когда Грегори сказал, что ваша машина подорвалась на мине. Каково это было хоронить пустой гроб и тайно надеяться, что ты всё же жив. Но, с каждым днём надежда угасала, а потом, словно привет с того света, пришло твоё письмо. От этого Грегори просто был вне себя. Он подумал, что кто-то просто издевается, насмехается над нашим горем. Но потом мы стали получать их просто пачками, за весь тот период, что от тебя не было вестей.
- Это было просто недоразумение, которое изрядно потрепало вам нервы. Наша машина действительно подорвалась на мине. Трое парней погибло, а я отделался лишь переломами ног и ожогами. Вики, а где Грегори?
- Он отправился в магазин за покупками. Знаешь, твоя фальшивая смерть сильно подкосила его.
- Ну, ты хоть не вредничаешь, как раньше? - щелкнул я заплаканную сестрёнку по носу.
- Нет, что ты. Меня тоже этот случай изменил. Ах, Дрейк, как хорошо, что ты жив. - и Вики снова обняла меня.
- Вики, а Мелисса знает?
- Знает что? Что ты жив? - в голосе Вики появились стальные нотки. - Она узнала, когда уже было поздно. Дрейк, за месяц до того, как мы получили от тебя первое письмо после твоей, якобы, смерти, она вышла замуж за Рони Арнольдса.
- Ты лжешь. - отодвинул я от себя Вики и вышел из дома.
- Дрейк, постой, остановись. - кричала сестра мне вслед, но я не слышал.
Приехав к дому Торенс, я стал барабанить в дверь. Как и когда-то, мне открыла Маргарет. Увидев меня на пороге, женщина упала в обморок. Мне пришлось приводить её в чувства.
- Дрейк?
- Да, миссис Торенс, это я.
- Грегори говорил, что ты вернёшься и даже показывал письма, которые получил после твоей смерти, но мы не верили.
- Как видите, моя смерть была лишь роковой ошибкой. Простите, но мне нужно поговорить с Мелиссой.
- Дрейк, не стоит... Она переехала после замужества. Не трави ты ей душу.
- Маргарет, адрес.
И женщина подчинилась моему командному тону, написав новый адрес Мелиссы на листке.
- Спасибо, миссис Торенс. До свидания. - и покинув дом своей бывшей возлюбленной, я помчался к её новому дому, где она уже не просто невеста, а жена. Не моя... Чужая жена.
Притормозив по указанному адресу, я запаниковал.
"А что я ей скажу? Как появлюсь перед ней? Восставший из ада? Как себя вести? Черт, что же делать?". Я опустил голову на руль, не решаясь даже выйти из машины. Всё кончено. Пока я воевал за мир, то проиграл самую главную битву - за любовь.
- Дрейк? - слышал я голос над своим ухом. Подняв голову, я увидел Мелиссу, которая склонилась над окном моей машины.
- Привет, Мел. - устало ответил я, подняв голову.
- Что ты... Как ты? - не зная как закончить фразы, заикалась Мелисса.
- Маргарет дала мне адрес. Я знаю, что ты замужем. Не переживай, я не собираюсь рушить твою семью. Просто хотел тебя увидеть. Я вышел из машины и хотел обнять Мелиссу, но она меня остановила.
- Дрейк, это лишнее... - из глаз Мелиссы покатились слёзы. - Я рада, что ты вернулся живой.
- Сейчас больше всего мне хотелось бы умереть. - промолвил я с ухмылкой. - Не долго же ты по мне горевала.
- Я ждала тебя, три года. Я ждала тебя всю жизнь. Ты ушел на войну, а потом мне сообщили о твоей смерти. Что мне оставалось делать? Я каждый день тебя оплакивала и всё это время Рони был рядом со мной. Он поддерживал меня и помогал во всем, ничего не требуя взамен. Жизнь продолжалась, несмотря на траур, который обосновался в наших семьях. Рони сделал мне предложение и мы поженились. А потом, я узнала, что всё это время, что я тебя оплакивала, ты был жив.
- Ну, да, прости, что я не умер, как все думали.
- Не будь эгоистом. Не ты один страдал. Грегори за это время почти весь поседел. Вики замкнулась в себе, я была на грани суицида, так что не нужно вести себя так, будто тебе одному плохо.
- Ты его любишь?
- При чём тут это? Он очень хороший и я безумно благодарна ему за всё, что он для меня сделал.
- За то, что вовремя заменил меня в твоей постели? - звонкая пощёчина отпечаталась на моей щеке. - Прости, Мел. Я не хотел тебя обидеть. Просто, всё это время, которое я провёл в Ливии, я жил лишь надеждой, что вернусь и мы поженимся. У нас будет собственный дом и целая куча детей, которые будут нас доставать. Каждую ночь я мечтал, как мы состаримся вместе, как будем нянчить внуков и играть в бридж по четвергам. А теперь, все мои мечты и планы рухнули в один миг. Знаешь, мне кажется, что лучше бы я и правда умер тогда, что бы не чувствовать той боли, которая сейчас разрывает моё сердце.
- На этом жизнь не закончилась. Ты молод и ещё встретишь свою судьбу и будешь счастлив.
- А я уже встретил свою судьбу и был счастлив. Но всё рухнуло в одночасье.
- Ты сам тогда предпочел остаться ещё на год. Ты всё решил за нас и видишь, чем это обернулось.
- Ты права. Я сам виноват во всём. Извини, что потревожил и нарушил твой покой. Прощай, Мел, и будь счастлива. Пусть не со мной, так с другим. - я сел в машину и завёл мотор.
Мелисса продолжала стоять на обочине, вытирая слёзы ладошкой. Сейчас она была похожа на ту девочку, которую я любил всю свою жизнь. Хрупкую, мягкую, беззащитную и ранимую. Сердце сжалось ещё сильней и я ударил по газам, что бы поскорее убраться отсюда, подальше от своей мечты, которая теперь принадлежит другому.
Мчась по дороге, я снова осознал, как мало значат наши жизни в руках опытных кукловодов. Одно решение может перечеркнуть разом все мечты и надежды. Сколько же боли и горя это решение принесло моим близким? Я мог только догадываться, так как теперь пришла моя очередь испить свою чашу страданий за свой поступок. Мелисса была права - я сам принял решение и сам должен нести за него ответственность. Только, мне невыносимо думать, что из-за моей глупой самоуверенности пострадали дорогие мне люди. Вики, Грегори, Мелисса... Всё это время они жили, оплакивая меня, а я просто гнался за призрачной идеей, пытался что-то кому-то доказать и в этой погоне потерял самое главное.
Появилось острое желание напиться. Как говорят "напиться и забыться". Только нужно было заехать домой, переодеться. Негоже шататься пьяным в форме, позоря честь мундира.
Вернувшись домой, я увидел Грегори и понял, о чём говорила Мелисса. Казалось, скорбь отпечаталась в каждой морщинке на его лице. Он подошел ко мне, крепко обнял и я впервые в жизни увидел слёзы на его глазах. Это были слёзы отца, которому снова пришлось хоронить своего ребёнка. Он быстро смахнул их рукой.
- Дрейк, ты даже не...
- Представляю. Очень даже представляю. - перебил его я и снова обнял.
- Мужчины, прошу к столу. А слёзы теперь приберегите только для радостных моментов. - из гостиной вышла Вики.
- Ты заметил, какой красавицей она стала? - тихонько шепнул мне Грегори, когда Вики отправилась на кухню за десертом.
- Но всё такая же заноза? - спросил я с ухмылкой.
- Я всё слышу. - вернулась Вики с пирогом.
Мы продолжили ужин молча. Никто не решался подымать больную тему и нарушить давящую тишину.
- Вики, огромное спасибо за ужин. Всё было просто изумительно. А теперь, с вашего позволения я хотел бы немного прогуляться. - и не дожидаясь ответа, я поднялся за стола.
- Будь осторожен, сынок. - только и смог сказать Грегори.
Находиться дома было невыносимо. Я видел, как изменились Грегори и Вики и как они смотрели на меня, как будто, всё время ждали, что я растворюсь, исчезну, словно призрак. Сначала им было тяжело смириться с моей смертью, а теперь им придётся заново привыкать к мысли, что я жив.
Ноги сами привели меня к местному бару. Бармен охотно наливал мне рюмку за рюмкой. Алкоголь гонял кровь, но не смог прогнать всех мыслей из моей головы. От бессилия хотелось выть. Я потерял столько времени и возможностей быть счастливым, что теперь мне оставалось лишь упиваться своим несчастьем. Боль не проходила и даже не притуплялась и я решил заменить душевную боль физической.
Пошатываясь, выйдя из этого проклятого заведения, я отправился на поиски приключений. Я чувствовал острую необходимость найти смерть, но, тогда я не знал, что она сама меня ищет...
Я отправился в самое отвратное место в нашем городе - в притон, надеясь, что там мне повезёт и я ввяжусь в драку с наркодилерами, которые двумя выстрелами или точным ударом ножа избавят меня от страданий. Это было весьма эгоистично и самонадеянно с моей стороны, но я не хотел больше всего этого. Мне осточертела борьба за жизнь, за своё место в этой жизни. И если судьбе так угодно ставить меня на колени, то я помогу ей и сделаю последний самостоятельный выбор - выбор смерти. Пусть, я выиграл битву и вырвал свою жизнь из лап судьбы, но я проиграл бой, загнав своим выбором себя в тески.
Плохие парни не заставили себя долго ждать. Они были уже под кайфом, но, им требовалась новая доза, а денег не было, зато, они были у меня. Увидев меня чертовски пьяного, они сами попытались завязать разговор, а когда я им здорово нахамил, последовал первый удар под дых. Я скрутился и не дожидаясь, пока я поднимусь, они поволокли меня в подворотню, где последовали новые удары. Я даже не пытался сопротивляться, а только иногда выплёвывал кровь. Дальше бороться за свою шкуру не было смысла. Они били и били меня, а я ничего не чувствовал. Абсолютно. Словно мозг блокировал эти сигналы. Инстинкт самосохранения и прочая чушь просто отключились. Мысленно, я возвращался в детство, в день, когда убили мою семью. Тогда-то я понял, что это был не подарок судьбы, а её насмешка, что бы я, спустя годы, прочувствовал всю силу её юмора. Сейчас, как никогда, я жалел, что отправился тогда к Говарду Лебсу, а не остался дома с родными и не разделил их трагическую участь. Я слышал, как хрустели мои рёбра, как ломалась переносица и каждая косточка, но это была словно музыка для моих ушей. Каждый подобный звук, приближал меня к развязке.
Я лежал и ждал, когда за мной придёт чёрная дама с косой, но вместо неё появилась другая дама. Рассекая туман, в подворотне появилась она... Девушка, которая в корне изменила моё будущее и всю жизнь.
(голосов: 14)
Категория: Страшные рассказы
Долбаный т9