Страшилка

- Кхе-кхе, я вам не мешаю? - точно, Кристоф же здесь. И как я только забыла о нём?
- Твой парень, Кайли? - ехидная улыбка появилась на лице Цербера. Всё-таки за то время, что я его не видела, он сильно изменился.
- Её парень я, Кристоф наш друг, - теперь уже за спиной я слышала знакомый голос.
Обернувшись, увидела приближающегося Жака.
- Теперь понятно, почему о моей сестре отзываются хорошо, но с презрением.
- Замолчи, тебе, полукровка, не давали слова.
- О, а она не знает? Да ладно, ты ей не сказал?
- Не вмешивай её в то, что ей не следует знать.
- А ты уже за неё решил? - по ходу мы с Кристофом единственные, кто ничего не понимает, и недоуменно смотрим на двоих.

Машина медленно приближалась к нам. Ясное дело, дорога, по которой мы шли, была полностью в кочках. Проехать машине по такой дороге невозможно. Но упорство водителя не знало границ. Из-за тёмных, тонированных стёкол лица водителя не было видно. Машина остановилась в нескольких метрах. Дверь открылась.
- Ты?! - только и вырвалось у меня. Я не могла поверить. Передо мной стоял тот человек, который был в моём детстве. Тот, кто защищал меня раньше от мальчишек и тот, кому я доверяла все свои секреты, пока он не уехал далеко, забыв про меня. Это мой брат. Брат незаконно рождённый.
- Привет, сестрёнка. Не ожидала? - на его лице была самодовольная улыбка, от которой становилось противно.
- Что ты тут забыл? - сквозь зубы прошипела я.
- Я в курсе всех планов вьюнов. У меня свои связи и люди, - он довольно хмыкает, - ты не представляешь моё удивление, когда узнал, то наследница ты. Я со стула чуть не упал.
- Помочь решил?

Сижу в раздумьях на койке, возле окна, пытаясь забыть те ужасные события, что произошли со мной приблизительно год назад. Может раньше, а может позже. Находясь постоянно в замкнутом пространстве, тесной палаты психиатрической больницы, начинаешь терять счёт времени. Но не суть, я хочу вам поведать историю о том страшнейшем происшествие, когда доверие и наивность привели к ужасающим последствиям.
Совсем и не нужно быть Магом, чтобы иметь силу.

Глава I - Новенький и загадочная книга.

Итак, я - студент колледжа, зовут Алексей Родин. Ученик третьего курса, мне 18. В нашей группе очень много народу, но мы постоянно держимся одной компанией из 12-ти человек: Я, Андрюха Рябов - мой лучший друг, Катя Маслова - моя девушка, Пашка Свиридов - любитель тратить всё своё время на компьютерные игры, Колька Романов - споцмен, Диман Зорин - душа компании, Денис Васильев - бабник, Валя Сизова - лучшая подруга Кати, Анжела Иванова - девушка Коли, Эдик Белов - мажор, и Сашка Дмитриева - девушка Андрея.

В следующую минуту он подхватил меня на руки и начал кружить. Я звонко смеялась и понимала, я нужна ему. Мой малыш нужен ему. Наш малыш.
От одного упоминания про-то, что мой ребёнок пострадал от рук Силин, мне стало плохо. Смех резко пропал и сейчас слёзы подступали к мои глазам. Заметив это, Жак остановился.
- Что случилось, Кайли?
- А что, если...
- Не говори загадками.
- А что, если малыш пострадал в тот момент, когда Силин протыкала меня ножом? Что, если она ранила и его, но его раны зажили? - с этими словами мой голос оборвался. Я наблюдала за лицом Жака.
В его глазах появилось чувство страха. Зрачки расширились. Сложно сказать о чём он думал, но его лицо чётко выражало душевное состояние. Я заметила это давно.
- Если это так, то... - я чувствовала, что Жак сжимает кулаки. Страх менялся на гнев, - ей не жить! - с этим криком он развернулся и разбил мирно стоящую вазу в углу кухни. Сейчас он злился, злился не на шутку.

В палату входит мужчина пятидесяти лет. На нём белый халат и улыбка до ушей. Волосы зачёсаны назад. У него приятный парфюм. Такое сложно не учуять, учитывая моё происхождение, и мои способности.

- Больная очнулась.
- Здравствуйте, доктор... - шепчу я, так как говорить мне очень и очень тяжело. Его добрый взгляд переменяется в грозный.
- Лучше тебе сейчас не говорить, не вставать. Полностью постельный режим. Я знаю, что твои раны уже скоро затянутся. Она вколола большую дозу, но её действие уже прошло. Так что, скоро пойдёшь на поправку, - я ошеломлённо смотрю на него. Дозу? Откуда он знает кто я?
- Кайли, он один из верховного суда. Он работает тут, чтоб подстраховать, - он смотрит на меня смущённо. Ясно, меня опекает мой же, так сказать босс. Нет, круто, что ещё сказать.
- Я...

Теперь мы лежим на диване и смотрим фильм. После того, как кое-кто порвал мою майку, мне потом пришлось в одном лифчике ходить по дому. Уже час ночи, а мы лежим и смотрим фильм.

- Спать может, пойдём?
- Я устала... а ты?
- Я тоже, завтра меня ждёт трудный день. Пошли в кровать.
- Опять работу будешь искать?
- Я же говорю, что мне надо копить на наш дом. Понимаешь?
- Понимаю, пошли спать.

Мы убираем тот беспорядок, что оставили в зале и идём в комнату. Я долго не могу заснуть, но слышу уже, как он сопит. Вампиры не спят, им это не надо. Но видимо ради меня он идёт на эти жертвы. Я ещё долго ворочаюсь и не могу заснуть. Но потом нахожу удобное положение. Я прижимаюсь к нему и утыкаюсь в грудь носом. Так я и засыпаю.

- Хорошо. Я пошёл в банк устраиваться. Ну, пришёл. Там директор женщина. Я рассказал ей, что, мол, хочу на работу. Все документы отдал. Она их не посмотрела. Начала говорить, что если я с ней пересплю, то она меня её замом сразу назначит, так как с моим резюме в замы самое место.
- А ты что? - меня берёт дрожь.
- А что я мог сделать, - он замолкает, от чего мне становится не по себе, - а я сделал вид, что не слышал её вопроса и спросил на счёт работы. Она подошла, села на колени и повторила своё предложение. Я попросил встать с коленей, но эта... эта... даже не знаю как назвать, потянулась к рубашке, хотела расстегнуть пуговицу, но я её столкнул. Сказал, что у меня есть невеста и что не потерплю домогательств. Что не изменю тебе. Она засмеялась. Назвала меня олухом и подкаблучником. Но ты же знаешь, я вспыльчив...
- И что ты сделал?
- Прижал её к стене и сказал, что если ещё раз назовёт меня так, то ей лучше собирать сразу вещи и уезжать отсюда, - волна облегчения. Я думала, что он поддастся ей, но он...
- Боже...

Прошла неделя с момента ссоры с Жаком и с того момента, как я убила двух невинных людей. С точки зрения Дмитрия, я утолила свой голод, и поэтому нет ничего такого. Это моя природа. Но каждый раз, находясь на улице, я не могу смотреть людям в глаза, смотреть на них. Они словно знают обо всём и своим взглядом говорят "Мы всё знаем и тебе от этого не уйти". Мне страшно, хоть понемногу я и пытаюсь успокоиться. Каждый раз, проходя мимо того дома, наплывают воспоминания, но я прогоняю их.

Сейчас второй месяц лета. За окном чудесная погода. Солнце светит, поют птицы, но я вынуждена сидеть в жаркой и душной квартире и слушать объяснения Дмитрия. Это скучно и нудно. Помногу я становлюсь обычным подростком этого мира. Вернее я не обычная, но стараюсь играть эту роль. Забавно получается.

После ссоры с Жаком, мы помирились, и он дал мне клятву, что будет исправляться. Теперь он где-то там, устраивается на работу. Признаться, я боюсь за него. А вдруг что? А вдруг, кто-то уведёт его у меня? Не представляю, его в рубашке и строгих штанах... Он идёт работать в банк. От этого смеяться хочется. Вампир в банке... подумать же...

22 декабря 1989 года, моему сыну Мите исполнилось бы 18 лет. Он не дожил до совершеннолетия каких-то два дня и в этом есть и моя большая вина, которую искупить я не смогу и на том свете. С тяжёлым сердцем я расскажу вам эту несчастную историю моей нелёгкой жизни. Вы даже не представляете насколько тяжело мне собраться с мыслями, даже спустя столько лет эти события до сих пор стоят у меня перед глазами, будто это случилось только вчера.
Когда мне исполнилось семнадцать лет я безнадёжно влюбилась в одного молодого человека, что неудивительно, кроме меня таких воздыхающих невест были ещё половина села. Женя был самый завидный жених в нашей небольшой деревушке: красивый, высокий, сильный да ещё и состоятельный. Жил то он сам в городе с матерью, а в село приезжал проведать свою бабку с отцом. Днём по хозяйству им помогал, а вечерами по селу гулял, девушек развлекал игрой на гитаре или по ночным сельским клубам с друзьями своими бегал. На что ему деревенские простушки? Когда в городе есть дамы и посимпатичнее, да и вообще, высшей касты. Мне с ними и не ровняться. Я была обычная, сельская девка, с длинной тугой косой до пояса. Застать меня можно было либо где-нибудь в поле пасущей коз, либо дома где я в огороде вся в земле вымазанная стою или ещё за какими-нибудь хозяйственными делами.

В юности меня жестоко предали и растоптали. Комплексы я прятала глубоко в себе, но все равно в любом обществе становилась изгоем. Я не переношу человеческое лицемерие, чувствую его за версту и очень от этого страдаю. Наверное, потому моя восприимчивость стала такой отточенной. Да, я борец за справедливость, осуждаю людей за малодушие, и если понадобится, могу целиком принести себя в жертву. (Ну, вот, например, 14 дней без еды и воды, просто чтобы понять, на что мое тело способно. Чем вам не жертва? Так же и душа). Но всю жизнь невозможно оставаться в недотрогах, наблюдая за страданиями души, поэтому другая часть меня продолжала приспосабливаться к окружающему миру, и превратилась в ведьму.

Я просто ведьма, из простых (черную магию не практикую). В подъезде все об этом знают и стараются быть со мной вежливыми, а то вдруг не так посмотрю, еще сглажу. Только мне от этого не легче. Все их мысли проходят сквозь меня, и я чувствую, как они смеются надо мной в своих квартирах или осуждают, но на словах - ни-ни, "уважаемая", "Ульяночка Сергеевна". Лицемеры. Ну и как я должна к ним относиться? Стараюсь всех великодушно прощать. Они еще дети, сколько бы им ни было лет.