Ведьма
Жил он в детстве в таёжной деревне. Вокруг - один лес, до ближайшего города - 200 км. Воспитывала его мать, отец на войне пропал. Была в деревне одна бабка, такая древняя, что, говорят, ещё царя застала. Дом у неё был на самой окраине деревни, почти в лесу. Много про неё разного говорили. И то, что ещё девкой она приворожила к себе гадючьим заговором пятерых парней, да так их извела, что они сгорели сами по себе - не осталось ни кожи, ни костей, прах один. И то, что ночью у её дома видели всяких существ. Бывало, покажется из темноты свиная харя на паучьих лапках и уползёт обратно в лес. Бывало, стая каких-то маленьких волчат, размером с крыс, безглазые и на длинных тонких ножках, шныряли вокруг её домика. Иногда по ночам дед с матерью слышали, как в сарае что-то скребётся. Дед однажды сходил проверить и пальнул из старого отцовского ружья по тому, что копошилось в сарае.
Наутро многих свиней они нашли мёртвыми, лежащими в своей крови и кишках, а посреди тушек лежала дохлая тварь, которую описать было трудно. Тело у неё было кошачье, около метра в длину, но резко переходящее в покрытую хитином заднюю часть, напоминавшее тело медведки или крота. Хвост у твари был длинный, покрытый тем же хитином и заканчивался как у стрекоз. "Кошачья" же часть была сгорбленной, с двумя парами передних лап, которые оканчивались тёмными и острыми, как у богомола, крючьями. Голова у твари была человеческая, белая, безносая, с сотней мелких острых зубов во рту. Труп показали местному егерю, а тот, видимо, позвонил куда нужно. Приехали на военном грузовике какие-то люди в форме и труп этот увезли.
Наутро многих свиней они нашли мёртвыми, лежащими в своей крови и кишках, а посреди тушек лежала дохлая тварь, которую описать было трудно. Тело у неё было кошачье, около метра в длину, но резко переходящее в покрытую хитином заднюю часть, напоминавшее тело медведки или крота. Хвост у твари был длинный, покрытый тем же хитином и заканчивался как у стрекоз. "Кошачья" же часть была сгорбленной, с двумя парами передних лап, которые оканчивались тёмными и острыми, как у богомола, крючьями. Голова у твари была человеческая, белая, безносая, с сотней мелких острых зубов во рту. Труп показали местному егерю, а тот, видимо, позвонил куда нужно. Приехали на военном грузовике какие-то люди в форме и труп этот увезли.
Потом оказалось, что старуха долго кого-то кликала в лесу, звала родную кровиночку, страшным взглядом обводя древние тёмные деревья. Дед рассказывал, как старуха явилась к нему во сне и стала душить, сидя на нём. Тот повалил её с кровати на пол и стал бить, пока не понял, что бьёт пустоту.
Наутро дед всё рассказал матери. Старуху же мало кто теперь видел, но говорили, что в окнах её дома что-то ярко светится. А в грозу слышали, как она что-то кричала из окна, и голос её изменился, стал похожим на какой-то звериный - безумный и тяжёлый. И видели одной ночью, как с грозового неба снизошло какое-то сияние, шар огня, ещё ярче, чем было свечение в доме старухи, и влетело в окно её дома. И там, на ветхой крыше её дома, из которой исходило адское зелёное пламя, сидели рогатые и уродливые чудовища, сверкавшие глазами в ночи, на своих крыльях летавшие в грозовом небе. Что-то дьявольское творилось в доме старухи.
А потом - тишина. Будто и не было той ночи, когда дьявольское воинство явилось к ведьминому дому. Год все жили спокойно, забыв про чёрное колдовство и ночных тварей. А потом оно снова вернулось. В лесу нашли двух парней, которые ушли рубить дрова. Один висел на своих же внутренностях, подвешенный на осину, а от другого не осталось ничего, кроме кровавых ошмётков да руки, обглоданной до кости.
Посреди ночи раздался мощный гул из-под земли, а потом рёв, по сравнению, с которым рёв медведя был птичьим пением. За окнами не было видно ничего. А потом один из домов просто взорвался, разлетелся в куски. Семью, что там жила, так и не нашли.
*****
Оно не показывалось, не было слышно его шагов, не было видно его тени. То, что родилось в доме старухи, было её триумфом, вершиной всей дьявольщины, что творилась ранее. Саму старуху нашли в её лачуге. Она была там, стояла на пороге дома перед дверью. Едва дверь отворили, она упала за порог. Безголовое тело с вырванными кишками. Сердце и печень съедены, внутри уже расплодились черви-трупоеды. Труп сожгли всей деревней, хотя огонь долго не принимал эту погань, которая осквернила себя соитием с нечистой силой.
А то, что уродилось, показалось снова посреди ночи. Люди вновь взялись за спрятанные от большевиков иконы, достали родовые кресты, собираясь спасти себя от порождения старухи. Помогли и вещи ведьмы. В её доме нашли чёрные книги, различные заговоры и, наконец, знающие люди нашли способ избавления от мерзкой твари. Развели костёр, стали петь заговоры из книги. Огонь поднимался всё выше и выше. И тут земля загудела. Раздался рёв твари. Её привлекла жертвенная свинья, брошенная в огонь, начинённая ядом из белены, змеиного масла и красавки. Костёр вспыхнул ещё раз и потух. Дым овеял вначале толпу, а потом рассеялся и показал черты того, что явилось.
Люди стояли, наблюдая, как оно пожирает жертву, и как малы очертания того, что можно описать. Когда свинья была проглочена, тварь заревела вновь, но это был рёв боли, рёв ненависти. И тут люди побежали. Тварь взлетела, ухватила в воздухе старика и разорвала его на части, обрызгав кровью разбегавшихся людей. Она свалила своей тушей несколько хат, прежде чем окончательно упала и затихла...
Человек сам по себе - ничто, пыль на ветру, но он является проводником тех сил, что живут за пределами жизни и смерти. Он не понимает с чем он имеет дело, не понимает что он может освободить, что может призвать.
- А что ты видел, дед?
- Саму ведьму. Она освободилась, призвала сама себя и стала принадлежать не этому миру. Разорвала своё же тело, силясь забыть, что она была человеком. И это стремление изменило её до неузнаваемости, обратило в нечто ужасное. Огромные крылья, сотни щупалец, растущих из живота и груди, шестиглазая козлиная морда, а под ней лицо... её лицо, лишённое глаз. Лишь провал рта и чуткий нос. И это была лишь её часть, лишь часть того огромного чудища, в которое она превратилась. Она не погибла, отравленная ядовитой жертвой. Книги-то мы её спалили, но вот её детища остались в той заброшенной деревне. Они растут и всё чаще и громче зовут из чащи леса того, кто освободит их, кто вернёт им свободу, вернёт их туда, откуда они пришли.
Наутро дед всё рассказал матери. Старуху же мало кто теперь видел, но говорили, что в окнах её дома что-то ярко светится. А в грозу слышали, как она что-то кричала из окна, и голос её изменился, стал похожим на какой-то звериный - безумный и тяжёлый. И видели одной ночью, как с грозового неба снизошло какое-то сияние, шар огня, ещё ярче, чем было свечение в доме старухи, и влетело в окно её дома. И там, на ветхой крыше её дома, из которой исходило адское зелёное пламя, сидели рогатые и уродливые чудовища, сверкавшие глазами в ночи, на своих крыльях летавшие в грозовом небе. Что-то дьявольское творилось в доме старухи.
А потом - тишина. Будто и не было той ночи, когда дьявольское воинство явилось к ведьминому дому. Год все жили спокойно, забыв про чёрное колдовство и ночных тварей. А потом оно снова вернулось. В лесу нашли двух парней, которые ушли рубить дрова. Один висел на своих же внутренностях, подвешенный на осину, а от другого не осталось ничего, кроме кровавых ошмётков да руки, обглоданной до кости.
Посреди ночи раздался мощный гул из-под земли, а потом рёв, по сравнению, с которым рёв медведя был птичьим пением. За окнами не было видно ничего. А потом один из домов просто взорвался, разлетелся в куски. Семью, что там жила, так и не нашли.
*****
Оно не показывалось, не было слышно его шагов, не было видно его тени. То, что родилось в доме старухи, было её триумфом, вершиной всей дьявольщины, что творилась ранее. Саму старуху нашли в её лачуге. Она была там, стояла на пороге дома перед дверью. Едва дверь отворили, она упала за порог. Безголовое тело с вырванными кишками. Сердце и печень съедены, внутри уже расплодились черви-трупоеды. Труп сожгли всей деревней, хотя огонь долго не принимал эту погань, которая осквернила себя соитием с нечистой силой.
А то, что уродилось, показалось снова посреди ночи. Люди вновь взялись за спрятанные от большевиков иконы, достали родовые кресты, собираясь спасти себя от порождения старухи. Помогли и вещи ведьмы. В её доме нашли чёрные книги, различные заговоры и, наконец, знающие люди нашли способ избавления от мерзкой твари. Развели костёр, стали петь заговоры из книги. Огонь поднимался всё выше и выше. И тут земля загудела. Раздался рёв твари. Её привлекла жертвенная свинья, брошенная в огонь, начинённая ядом из белены, змеиного масла и красавки. Костёр вспыхнул ещё раз и потух. Дым овеял вначале толпу, а потом рассеялся и показал черты того, что явилось.
Люди стояли, наблюдая, как оно пожирает жертву, и как малы очертания того, что можно описать. Когда свинья была проглочена, тварь заревела вновь, но это был рёв боли, рёв ненависти. И тут люди побежали. Тварь взлетела, ухватила в воздухе старика и разорвала его на части, обрызгав кровью разбегавшихся людей. Она свалила своей тушей несколько хат, прежде чем окончательно упала и затихла...
Человек сам по себе - ничто, пыль на ветру, но он является проводником тех сил, что живут за пределами жизни и смерти. Он не понимает с чем он имеет дело, не понимает что он может освободить, что может призвать.
- А что ты видел, дед?
- Саму ведьму. Она освободилась, призвала сама себя и стала принадлежать не этому миру. Разорвала своё же тело, силясь забыть, что она была человеком. И это стремление изменило её до неузнаваемости, обратило в нечто ужасное. Огромные крылья, сотни щупалец, растущих из живота и груди, шестиглазая козлиная морда, а под ней лицо... её лицо, лишённое глаз. Лишь провал рта и чуткий нос. И это была лишь её часть, лишь часть того огромного чудища, в которое она превратилась. Она не погибла, отравленная ядовитой жертвой. Книги-то мы её спалили, но вот её детища остались в той заброшенной деревне. Они растут и всё чаще и громче зовут из чащи леса того, кто освободит их, кто вернёт им свободу, вернёт их туда, откуда они пришли.
(голосов: 14)
Категория: Ведьмы и колдуны
