Страшилка

Мой старый друг, мой добрый волк...
Нам дружба скрасила века
Мы шли сквозь правду и порок
Среди бесчисленных дорог
Искали правду бытия.

Ты помнишь друг, что стало вдруг
Залогом нашей дружбы вечной?
Как полыхало все вокруг
С огнем сжимался жизни круг
И Тамплиеров смех беспечный?

Как мы вдвоем плечом к плечу
Бросались рвали и крушили?
Не проиграли мы в бою
Ни Тамплиерам ни огню
И мы прошли... И мы дожили...

Заползает в каждый дом,
Всем и каждому знаком...
Хоть не слышен его звук,
Страшен все ж немой паук.

В дальний угол заберется...
Паутина тонко вьется...
День и ночь ее плетет,
Никогда не устает.

Рад ты, что он ловит мух?
Нет! Не радуйся, Лопух!
Только сон тебя коснется,
Паутина разрастется,
Превратясь в тугую сеть,
Тут тебе не встать, не сесть.

Однажды, гуляя с друзьями,
Попала я в зимний лес.
Мне так он понравился - тих он
И, может быть, полон чудес.

Бродили по лесу мы долго,
Устали, обедать хотим.
Но выйти из леса не можем.
"А может пойдем, посидим?" -

- Спросила одна из девченок.
А мы согласились присесть.
Но скоро идти уже надо.
Нам холодно, мы хотим есть.

Хотел написать, так сказать, повесть в стихах, так что, если понравится, буду кидать продолжение.

Луна плыла за облаками,
Бросая редкий свет на камень.
По камню, дружно, чётким хором,
Стучали лошадей подковы.
Деревья меж собой шуршали.
По тракту всадники скакали.
Их было двое, все с мечами.
И с головой обёрнуты плащами.
В округе жутко волки выли,
А до села ещё две мили.
Всё затянуло, дождь полил.
Копытом шлёпая в грязи,
Те подходили уж к деревне,
В церквушке свет виднелся еле.
И привязав коней у края,
Они к избушке зашагали.

Стоит замок на холме,
Весь укутанный во тьме.
Стены замка облезают.
Замок Чёрным называют.

Замок Чёрным называют
Потому, что каждый знает:
В этом замке навсегда
Только чёрные дела.

Здесь когда-то герцогиня,
Или, может быть, графиня
Попивала из бокала
Кровь людскую, для начала.

Собаки лаяли вдали.
Ночь освещали фонари.
Сверчки общались меж собой.
Мужик с работы шёл домой.
И в тихой музыке ночи,
Ему послышались шаги.
Он обернулся – никого.
И закурив, домой пошёл.
В подъезде, открывая двери,
Почуял он дыханье в шею.
Он вздрогнул, сразу обернулся!
Ни на кого так не наткнулся.
Подумав, просто, что устал,
К себе в квартиру зашагал.
Отужинав, он лёг в постель.
Со скрипом, приоткрылась дверь.
Мужик подумал что сквозняк,
Отреагировав – никак.
Уснул глубоким, крепким сном.
Вдруг, крик раздался на весь дом!

Настало лето, потеплело.
Грибы и ягоды поспели.
Мы собрались с друзьями смело,
На отдых махануть в деревню.
Благо у друга был там дом -
Хоть староват, но всё ж неплох.
Когда-то дед его жил в нём.
Собрались мы туда втроём.
Приехали – неплохо было.
И банька есть! И всюду мило!
Немного пылью всё покрыло,
Но мы убрались, всё отмыли.
Приезд отметить мы решили.
Горилка есть. На стол накрыли.
Немного баньку растопили.
Ну что сказать – отлично было!

Солнце палило землю нещадно.
Облако изредка лишь проплывало.
Искрой сверкали в кольчуге лучи.
Огненный блеск издавали мечи.
Гордым отрядом шагали на бой
Воинов шеренги – одна за другой.
Красное знамя огнём извивалось.
В ритм монотонно войско шагало.
Думали эти войны о чём...
Мы ведь не знаем и вряд ли поймём.
Может о доме, о детях, семье...
Может о воинской славе, мечте...
В бой все шагали: и старый, и млад.
Сталью и потом звучала земля.
Рог протрубил и умолк в тот же миг.
Издали лучник в чёрном возник.

Где-то на грани яви и сна
Тихо в ночи пробуждалась Она...
Слыша уже посторонние звуки,
Чувствует вдруг чьи-то нежные руки...

"Так не бывает! Я дома одна!" -
Недоуменно вздыхала Она.
Руки дарили такое блаженство,
Мир становился самим Совершенством...

Не испугалась: "Чего же бояться?
Кто может так упоенно ласкаться?
Знаю, как только открою глаза,
Чудо исчезнет опять, КАК ВСЕГДА!...

На холме за окраиной города страшный дом, который построил Джек.
Хозяйка дома - это старая Мэри, которую кроет крэк,
Её молодой человек - маньяк, он трупы зарывает в снег,
От страшных криков из окон ночью соседям покоя не-ет.

Все, кто искал ночлег, простите, что вас нет,
Он одевал их кожу, как пальто, чтоб встретить рассвет.

Мэри тащила холст в подвал,
Он пьяных путников вёз туда,
Она рисовала как он стоял
В человеческих лоскутах.