Страшилка

Среди огромного количества людей ходят легенды о роскошном автомобиле британской сборки. Казалось бы, это просто машина. Как некоторые скептики могут выразиться, железяка на колёсах. Но есть у этого автомобиля много отличительных черт. Самая очевидная - правый руль. Но это способно удивить лишь того, кто ни разу не слышал о левосторонней полосе движения в таких странах, как Австралия, Англия, Япония, Новая Зеландия, Таиланд, Индонезия, ЮАР, Ирландия, Кипр, Мальта. И во многих других бывших британских колониях. Зеркала, которые расположены не по бокам кабины, а на капоте.
Уникальная, рубиновая гравировка заднего и переднего бамперов. Такая, по словам коллекционеров, достигает стоимости около 40 тысяч фунтов стерлингов. Каждый уголок переднего бампера был начерчен так, словно это соревнование в точности расчётов. Инженер, который потратил на это своё время, точно занял бы первое место в этом соревновании.
Форма фар - овальная. Что у задних, что у передних. Стандартная для британских автомобилей 60-х годов прошлого века, которые производились при участии итальянских тюнинг-ателье.

Троя. Разгар войны между троянцами и ахейцами. Битва возле стен Илиона.
Брат троянского царевича Гектора Гелен предлагает вызвать одного из ахейцев на единоборство, внушая, что он слышал голоса богов и что не судьба ему погибнуть в этом поединке.
Остановил троянских воинов Гектор. То же самое сделал Агамемнон с ахейцами.
Громким голосом он предлагает одному из ахейских воинов выйти на единоборство. Обещая, что не будет осквернять тело погибшего врага, снимая с него доспехи, прося ахейского воина сделать то же самое в случае его победы.
Выслушали предложения троянского царевича ахейские воины. Но никто не осмеливался его принимать. Все понимали опасность сражения с таким великим воином. И тогда пришла им в головы светлая мысль. Решить кому будет дарована участь сразиться с Гектором. Ахейцы молились, чтобы жребий пал на Диомеда или Аякса Теламонида. Гектор на мгновение бросил взгляд на Диомеде.

С самого начала времен, когда боги только обрели свою силу, вечное противостояние их волей и амбициями раздирало саму ткань реальности. Имматериум — бескрайняя бесформенная вселенная, где мысли и эмоции принимают зримую форму, — стал ареной для эпической схватки двух богов, чей конфликт был неизбежен. Это была не просто битва за власть, но борьба за саму природу существования. На одной стороне — Кхейн, божество войны и разрушения, полное гнева, пламенного и жестокого. На другой — Слаанеш, Бог излишеств, чувственности и соблазнов, воплощение извечной жажды удовольствий, пределов которых не существует.

Тысячелетиями пламя этой войны тлело в тени сознания существ галактики, отражаясь в нескончаемых конфликтах и амбициях их смертных слуг. Но теперь час расплаты настал. Силы обоих божеств столкнулись в финальном акте их противостояния, вершившегося среди хаоса и страданий.

Бой начался в тьме, где никто не знал, где заканчивается реальность и начинается сон. В этой безмерной пустоте, за гранью времени, ни одно существо, смертное или бессмертное, не могло выжить в вихре силы, что двигала этим конфликтом. Но эти двое не знали страха и боли, ибо были выше этого.

На мрачном древневампирском балу, висящем в воздухе напряжение, Кристина, Королева вампиров, блистала своим величием. Все собравшиеся признавали её великолепие и могущество. Но то, что скрывалось за её благородной внешностью, было гораздо более тёмным и опасным. Кристина была королевой вампиров уже несколько столетий. Она обладала невероятными способностями и могла управлять силами природы. Но однажды ей сталкивается со страшным врагом – чужим организмом, который хотел завладеть её телом. Это был венок, состоящий из множества мелких червей, которые проникали внутрь её тела и начали менять его структуру. Знатные вампиры и владыки из Рэдмона собрались на этом важном мероприятии, чтобы отметить прославленную историю вампирской эпохи. Но вечеринка приняла неожиданный оборот, когда похитили один из самых драгоценных артефактов - золотой мажорский кубок с изображением дракона. Золотистый мажорский кубок был не только символом могущества и власти, но и скрывал в себе тайну, страшную и опасную. Глубинными заклинаниями и запретами дракон давал оправданное право на контроль над жизнью и смертью носителя, кто бы тот ни был.

Он прихрамывал возле своего отца, стараясь не отставать от него; Кейган даже не смотрел в его сторону – мужчину не интересовал какой-то там беспомощный вампир, а вот его наработки – даже очень. Вампир, гордо выпрямившись, сцепив руки за спиной, расхаживал по стерильной лаборатории, надеясь увидеть новое творение своего... творения: никак иначе Зеркса он назвать не мог. Слабый, похожий на детище доктора Франкенштейна, небрежно залатанный кусочками тел других существ, как старая потрёпанная игрушка, он всё равно имел потенциал в виде гениального мозга: пусть не сильный, зато умный и рискованный. Однако когда его идеи иссякнут, и новому будущему Кейгана не понадобятся работы его сына, то он с удовольствием его прикончит. Но это позже, а пока... Он даже рад, что один из его детей оказался столь преданным союзником.
Но в его мире не должно быть никаких изъянов: только сильные и чистокровные вампиры.
И никаких уродов, как Зеркс.

Японский искусственный сад – цукияма – даже при Апокалипсисе был той самой каплей красоты в море руин: некогда роскошно цветущие деревья иссохли, овальные декоративные камни покрылись трещинами, а пруд, в котором раньше плавали фонарики-лотосы, теперь больше походил на тоненький ручей; на красных тории облупилась краска, мраморные статуи троллей осыпались снежной крошкой, а вросшие в землю тачи-гата светили блекло, угасая вместе с этим некогда прекрасным местом; Рейн мысленно присвистнула: Эфемера выбрала слишком аляповатое убежище своей будущей могилы – сестра любила роскошь, и дампир даже не удивилась, что покровительница теней решила устроить в дзен-саду последний бой.

- Ты – грязная девчонка, Эфемера, - Рейн взялась за клинки, медленно подходя к противнице. – И играешь в грязную игру.
- Не позволяй ей отвлечь себя, Рейн. Соберись, - советовал напарник, и, услышав его голос, Эфемера широко улыбнулась, скрещивая руки на груди. Всё шло так, как она планировала.

Насекомые перебирали крохотными лапками по выжженной земле, направляясь в точном направлении, словно... их звал кто-то. Рейн, закрыв двери и оказавшись снаружи, сморщилась, будто надкусила лимонную дольку: свежий воздух, так необходимый её лёгким, через секунду показался ей зловоннее обители Слезз. Здесь было всё таким... грязным и мёртвым. Словно художник выплеснул на холст горючее и поджог его, недовольный своим этюдом: трава сгорала чернотой, в некогда красивых водоёмах плескались остатки трупов, выеденных тараканами, на высоких ветвях качались висельники, раздутые от паразитов, нашедших в них свой дом; дампир сглотнула, отряхиваясь от невидимых пылинок. Так мерзко на душе ей ещё никогда не было. Но она продолжила идти рядом с мелкими насекомыми, которые будто не замечали её присутствия; даже когда букашки сами лезли под ноги, насаживаясь на острый каблук, продолжали маршировать прямо, не сбиваясь с пути.

Рейн шагала вместе с ними в определённом направлении, наблюдая за поведением насекомых: те, как роботы, перебирали лапками синхронно, одинаково огибали препятствия в виде декоративных валунов или недоеденного мертвеца; понятно, что они тут нашли для себя – настоящий мусорный рай, гигантская помойка на целый парк! Тараканий коврик неожиданно завернул за угол, и Рейн прибавила шаг, прячась за сухими деревьями, хватаясь за рукояти клинков. Шипение насекомых усиливался, ей показалось, что сейчас, прямо за перевёрнутой охранной будкой, её будет ожидать гигантский голем, высотой в несколько этажей, в котором перемешались просто все известные виды мерзких паразитов, но... Дампир неспешно подошла к перевёрнутой кабине и, присев на корточки, юркнула в темноту отбрасываемой тени, выглядывая из-за баррикады на то, как множество тараканов пропадали в... подоле чужого порванного платья.

Сквозь тысячи мечей ударов
Ты пропустил всего один,
И арбалета "дети" градом
Пробили щит с щитком твоим,
Копейщик сзади тихим зверем
Нанес удар в просвет доспех,
Сдавила боль раненья череп -
Врагу победный клич и смех.

Я вышел на призыв толпы,
Но не затем, чтоб падать ниц.
Удел моей страны границ
Расти под радостью молвы,

Завоевав все то, что можно,
Забрал все то, что мог забрать,
Тем самым укрепляя власть,
Заставил всех внимать тревожно.

"Не вы родились королями
И вам не знать, как править мне,
Не покорившихся судьбе
Не видеть стяг над нами!

Встретившись взглядом с незнакомкой, я даже вздрогнул, мне показалось, что она напоминает мне Джоли, но лишь смутно...
Не знаю, но мне показалось, прежде чем отвести пронзительный взгляд, женщина как-то странно улыбнулась, но уже в туже минуту произнесла
- Что ж, жаль, конечно, так хотелось почитать именно Эту книгу.
Когда она уходила, я проводил её взглядом. Меж тем, на улице находилось то существо, монстр, который гнался за мной. Я должен предупредить её, мне надо сказать. Чёрт! Я боялся выйти на улицу, а вдруг эта тварь за углом и только и ждёт, чтобы я вышел, и тогда она накинется на меня и разорвёт, как разорвала того мужика, который толкал меня, когда я валялся на земле.
Но нужно что-то делать, да и женщина эта... какая-то тревога не давала мне покоя и я решился. Я вышел.
Солнце выглянуло из-за туч и стало гораздо светлее и мне даже показалось, что все тревоги и опасности куда-то ушли, растворились.
Даже того ужасного монстра я не обнаружил ни за углом, ни поблизости, осмотревшись как следует.
Я сел на лавочку и начал думать. Думать я любил вслух и поэтому получилось некое подобие диалога.