Страшилка

Однажды на большой дороге
Напал на путника разбойник
И в грудь воткнул ему топорик,
Убил за десять золотых.

Затем он взял его за ноги
И поволок в густой терновник,
Поскольку тот уже был мёртвый,
Чтоб тело скрыть от глаз чужих.

Но вдруг разбойник испугался,
Невольно глянув на лицо:
Несчастный путник улыбался,
Хотя являлся мертвецом.

Довольно странная улыбка
Всё не сходила с уст его,
К лицу как будто бы прилипла.
А тело обрело покой,
Задумав месть в душе живой.

Я прогуливался вечером, только в этом районе. Я никогда не верил в призраков, поэтому не боялся гулять здесь в столь позднее время.

Я шел. Холодный ветер дул мне в лицо. Когда я проходил мимо деревенской детской площадки, я заметил на ней одного маленького мальчика. Он сидел на качелях, мне стало любопытно, почему он до сих пор здесь, ведь уже темно на улице и время приближалось к 22.00. Я пошел к нему и вдруг ударил палец ноги о камень, это заставило меня оглядеть мои ноги. Когда я посмотрел на мальчика, там его уже не было. Он был на горке и смотрел на меня с невинной улыбкой.

Через некоторое время я забеспокоился. Невинная улыбка мальчика стала становиться все более широкой. Его лицо сильно исказилось, казалось еще немного и его лицо разорвется. Его улыбка, в буквальном смысле, достигла ушей.

Я побежал обратно к нашему дому, но когда я приблизился к нему, то увидел этого мальчика на крыльце нашего дома, сидящим на скамейке. Мне стало страшно, потекли слезы из глаз, я стал кричать: "Уходи!" и повторял это снова и снова. Я помню, что поскользнулся на чем-то, упал и ударился головой о тротуар. Вот и все.

Когда мы стали подходить к моему дому, Полина заволновалась. Все время говорила, что у нее много дел и ей надо домой. Но ее все время останавливала Даша. Я не понимала, чего Полина так рвется домой. И почему все время странно сморит на Дашу, будто она ее боялась. Хотя по пути я сама стала замечать что-то странное.

Даша все время странно улыбалась, часто молчала, а если и говорила, то только о леденце. Я не понимала с чем это связанно. Пытаясь отвлечься от тревожных мыслей, я списала все на интерес к делу. Однако, все же я беспокоилась. Предчувствие скорой беды не отпускало. И улыбка Даши казалась мне до черта знакомой.

Вскоре мы уже заходили в подъезд. Первой зала Даша. Затем Полина.
Перед тем как зайти, она притормозила в дверях и тихо спросила:
- Ты знаешь об обряде изгнания?
- Нет, причем тут?
- А... Нет, ничего! Забудь!
Полина быстро забежала в подъезд, оставив меня в полном недоумении. Я подумала об этих словах какое-то время и решила что вся эта наука начинает действовать на мозги. Но какая это была ошибка...

Когда речь заходит о чем-то страшном, я не знаю как, но так получается, что мысли становятся словами, а слова складываются в предложения без особого труда. Фантазия набирает оборотов и превращает мышей, что шуршат за половицей - в скребущихся прогнившими пальцами мертвецов. Ногти их отрываются от плоти и зубы крошатся друг об друга. Они пытаются кричать, попросить прощения за те грехи, что сотворили при жизни, но молчат, ибо легкие их превратились в прах и нет им прощения. Вот таких мышей мы выращиваем у себя под половицей.

Точно так же и сейчас, я - обычный бумагомаратель хочу рассказать вам историю. Не знаю, было ли место данному происшествию в реальной жизни или же это просто выдумка. Басня, наподобие тех, которыми любят пугать у костра симпатичных девушек, чтоб они крепче прижимались к своим парням. Знаю только одно: рассказал мне об этом случае Михаил, мой закадычный друг, которому трудно не довериться. Собственно, от его имени и пойдет речь.

Мне повезло ходить в детский сад, в то время, когда дети мечтали стать инженерами, крановщиками, электриками, машинистами, военными - людьми с обычной профессией, но понимающими ее важность. Это сейчас, когда заходишь в детсад, тебя окружают супермены, мутанты и прочая чертовщина. Нет - я не настолько стар. Просто мне повезло попасть под воздействие того времени, когда идею "жить дабы жилось другим" воспитывали в человеке с самого детства. Но мне кажется - я отвлекся.

Не могу вспомнить точно когда, но в один из жарких летних дней пропала девочка из моего детского сада. Звали ее Маша и мне она очень нравилась. Мы постоянно были вместе: белобрысый мальчик в коротких шортах и белой майке и черноволосая девочка с двумя косичками и платьицем в зеленый горошек. Но в один из жарких летних дней Маша пропала, а я остался один.

Меня зовут Аня. Я шла с подругами в магазин и вот мы увидели на прилавке мишку. Мне он очень понравился. Он был такой чёрненький, глазки блестели, шерстка завивалась. Да и мягенький был. Может мне тогда 17 лет было, но я его купила. Я назвала его Чарли.

На следующий день я поссорилась с сестрой Катей, потому что она взяла без спроса моего Чарли. Мы схватили мишку за лапы, и тянули в разные стороны, я старалась отобрать его у сестры. Но вдруг я оторвала мишке лапу. Мне было так его жалко. Я была очень обижена на Катю. Я с ней даже не разговаривала. Но вдруг мне пришло письмо, в нём было написано...

Ане руку оторвали,
С Ани кожу отодрали,
Уши срезали с башки
Клещами выдрали кишки,
В глаз большущий кол вогнали,
И маленько попинали,
Переехали трамваем
Закопали под сараем!

Случилось это холодным осенним вечером. На улице шел дождь. Я ехала на машине вдаль от проблем по шоссе. Темнело в это время очень быстро и я уже включила фары, так что дорога была освещена хорошо.

Задумавшись о своих проблемах и делах, я неожиданно заметила вдалеке на обочине силуэт. Подъехав ближе, я отчетливо увидела мужчину. Так как на трассе не было других машин, я решила помочь одинокому путнику. Я притормозила и, приоткрыв окно, поинтересовалась, не нужна ли помощь. Я увидела перед собой привлекательного молодого юношу, он попросил подбросить его до ближайшей гостиницы. Я согласилась. И дальше мы продолжили путь вдвоем.

Мы ехали молча. В небе светила луна, освещая наш путь. Эту местность я хорошо знала. Гостиница находилась в получасе езды. Тут с моим путником началось неладное. Он начал кряхтеть и дергаться на сиденье. Я притормозила, начала его дергать и спрашивать все ли хорошо. Он только отдергивал руку и все.

А через некоторое время он стал смотреть на луну и очень странно и ехидно улыбаться. Это был жуткий, остекленевший взгляд. А улыбка походила на смеющегося сумасшедшего...

Это произошло со мной, когда мне было 12 лет. Я тогда только начала ходить в художественную школу и, следовательно, никого там не знала! Когда я наконец присмотрела себе хорошее местечко у окна и поставила там свой мольберт... Ко мне сзади подошла какая-то девочка:
- Привет! Ты новенькая?
Я посмотрела на нее. У нее были длинные коричневые волосы, карие глаза, бледноватая кожа и приятные черты лица, она улыбалась мне очаровательной улыбкой.
- Эм... Ну да, я новенькая!
- Меня зовут Варя!
- А меня - Дина, - тихо пролепетала я. Но, в тот момент явился учитель и начался урок.

Когда занятия кончились (а кончаются они у нас в 18:00), мы с Варей выяснили, что у нас одинаковый маршрут, естественно, мы этому очень обрадовались! Еще бы! За время урока мы успели очень сблизится, у нас было много общих интересов, да и сама Варя мне понравилась!

На следующий день я вскочив с кровати, как всегда ринулась в школу. Уроки на сей раз были необыкновенно скучные, от нечего делать я стала пялится в окно. На какой-то момент мои глаза начали слипаться и я уже было собиралась положить голову на парту и поспать, но тут я увидела такое, от чего мне резко расхотелось спать. Теперь мне было не до урока, не до учительницы, бубнящей теорию физики, не до необходимости записывать эту самую теорию в тетрадь! Прямо за окном я увидела Варю...

Дело было в одном пионерлагере, ещё в советское время. Как-то раз вечером подрались двое мальчиков, одному из них сильно досталось. Лежит он ночью в кровати, а заснуть не может: избитое тело болит в разных местах. Где-то около двух часов ночи в палату зашёл вожатый. Мальчик сначала решил, что он пришёл с проверкой, поэтому на всякий случай закрыл глаза. Если вожатый увидит, что мальчик не спит, то может подумать, что он нарочно не спит и что-то замышляет.

Мальчик слышал как вожатый ходит по палате и что-то делает. Он приоткрыл глаза щёлочкой, стал следить. А вожатый ходил вдоль коек и щекотал ноги мальчикам. Последним он пощекотал этого мальчика, который не спал. Мальчик сначала сдерживался, но потом одёрнул ногу.

Днём мальчик рассказал своим соседям про странное поведение их вожатого. Но этого мальчика не любили, решили, что он всё придумывает. Разве станет взрослый человек ходить по ночам вдоль кроватей и щекотать детей? И вообще вожатые обычно после отбоя собираются вместе, пьют пиво, разговаривают и целуются. До детей им дела нет.

Кушисакэ Онна - популярная детская страшилка, получившая особенную известность в связи с тем, что полиция находила много похожих сообщений в СМИ и своих архивах. Кушисаке Онна, также известная, как "Женщина с разрезанным ртом"- это страшная японская городская легенда, о японской женщине, у которой есть большие ножницы и которая охотится за детьми. У неё ненормально большой рот, который разрезан от уха до уха, отчего кажется, что у неё ужасная, навечно застывшая улыбка.

Согласно легенде, по улицам Японии ходит необычайно красивая женщина в марлевой повязке. Если ребёнок идёт по улице один в незнакомом месте, то она может подойти к нему и спросить: «Я красивая?!». Прежде чем вы ответите, она срывает её маску, открыв своё ужасное деформированное лицо. Её рот разрезан от уха до уха и в местах разрезов видны её острые зубы и большой, отвратительный, красный язык шевелится внутри... После чего следует вопрос: «А красива ли я теперь?». Если ребёнок ответит нет, то она отрубит ножницами ему голову, а если да, то она сделает ему такой же шрам.

Единственный способ ускользнуть от Кушисаке Онна - это дать неожиданный и уклончивый ответ. Если вы скажете: "Ты выглядишь средне" или "Ты выглядишь нормально", она будет растеряна, у и вас будет достаточно времени, чтобы убежать.

Я бежала и не знала куда. Огромное здание, которое не ремонтировали где то с 50-х, вокруг – злые, неухоженные люди. Маленькие дети. Подростки. Все как будто пропитано смертью. Полутемень. Длинные коридоры, покрашенные зеленой краской. Душно. Что то преследует меня.

Я бегу по грязному полу. Окон совсем нет. Я который раз пробегаю по этому дому, где вместо нормальных людей – озлобленные звери. Возможно, их когда-то сделали такими, причинили боль. Ищу выход. Только стены. Ко мне подходит девочка. Нет, не в белой ночной рубашке. В джинсах, футболке. На вид ей лет 5. Я села на корточки. Посмотрела ей в глаза. Нет, это тоже чудовище. Она хватает за запястье. В ее руках блеснуло лезвие перочинного ножа. Она выворачивает мне руку, да с такой силой, как будто бы это делает взрослый человек. Лезвие скользит по моему запястью, причиняя нечеловеческую боль. Я кричу. Мой крик превращается в писк, который режет уши...