Страшилка

Как-то давно я пошла за грибами, со мной была собака овчарка.
Иду я уже по лесу, собираю грибы, далеко зашла. А там, в лесу - немецкое кладбище со времен ВОВ. Вдруг собака зарычала, хотя никого вроде видно и слышно не было, и вдруг я увидела, что на меня из-за дерева смотрит дед: весь в белом, сам белый, с длинной бородой. Я оглянулась по сторонам и увидела под деревом незнакомый гриб и не придумала ничего лучше, чем спросить у деда, что это за гриб. Я срезала его, подняла голову, а на месте деда был только белый густой туман.
Как мы с собакой оттуда бежали, уже не помню, но все грибы я растеряла.

Теплое майское, наполненное запахом недавно отцвёвших каштанов и распускающейся липы, утро не могло предвещать ничего плохого, если вы конечно не студент первокурсник, опаздывающий на пару, приуроченную к экзамену, он пройдёт ровно через неделю. Именно таким героем является Ева, которая, включив свою самую высокую скорость, собиралась в университет. Она знала и успокаивала себя тем, что опоздает не единственная, ведь её бывший парень, Лютик, а по совместительству лучший друг, разбудил её смс-кой, говорившей о том, что парень задержится.
Наспех скинув все тетради, которые только смогла найти, девушка в полурасстёгнутой рубашке, которую она всё же одела по человечески по пути к двери, Ева нарисовала идеально ровные стрелки, не забыв поправить старую подвеску, с которой никогда не расставалась.
На лестничной площадке, спустя всего пару-тройку ступеней, её миниатюрный рюкзак, на котором уже давно была сломана молния, выплеснул из себя все тетради на пол. Ева нагнулась, чтобы собрать их, а после - темнота. Мрак, окутавший её, был не слишком пугающим, а лишь обратно, манящим, придающим чувство лёгкости и непринуждённости.

Меня зовут Сергей, у меня есть кот Тарас. Я сейчас сижу в подвале и скоро пойду посмотрю в щелку в люке - закончилась ли эта звездопляска. Вы спросите о чем я говорю? Отвечаю.

Я возвращался с работы домой. Было пасмурно. Была середина лета и мне дали отпуск. Я был очень рад, что наконец-то я высплюсь нормально. Когда я вошел в дом, ко мне сразу подбежал Тарас и стал тереться мне о ногу. Семьи у меня еще нету, так что я пока холостой. Я поужинал, посмотрел телик и было уже хотел идти спать, как мне захотелось выкурить сигарету. Я вышел на балкон. На улице был туман. Он был не слишком сильный, но и не слишком слабым. "Ну, туман как туман", - подумал я. Докурив сигарету, я пошел спать.

Разбудил меня Тарас в 5 часов утра. Он жалобно мяукал у меня над головой и смотрел мне прямо в глаза. Я подумал: "Может, жрать хочет котяра?". Я пошел на кухню и дал ему кильки. Но Тарас даже не посмотрел на неё. Я случайно посмотрел краем глаза в окно и охренел...

Историю эту мне рассказал мой друг альпинист. Дело было в лесистых горах Киргизии. Лагерь альпинисты разбили высоко в горах, в хвойном лесу, близ небольшого горного озера. Озеро сразу показалось им зловещим, уж больно тихо было вокруг него. На ночь, как полагается, разожгли костёр и стали рассказывать всякие страшилки. Около полуночи всем захотелось спать. Компания (их было пятеро) уже собралась идти спать, как вдруг со стороны озера послышался шум: то ли плач, то ли смех. Друзья решили проверить, чтобы спать было спокойнее.

Когда они подошли к берегу, то никого там не обнаружили, но увидели кое-что поинтереснее. Над озером стелился необычный для такой погоды туман, в котором "плавали" белые огни. Вообще-то, считается, что блуждающие огни бывают на болотах, тем более, зрелище было странным. Огоньки подплыли ближе к берегу, маня к себе. Вся компания стала подходить ближе. Казалось, что они сделали всего пару шагов к берегу, но уже стояли по колено в ледяной воде.

Густой туман и мёртвая тишина царили на пустой трассе. Кругом не было ни малейшего намёка даже на мельчайшие признаки жизни. Было светло, но солнца на небе не было. Мужчина, лет тридцати пяти, в форме карабинера безучастно брёл по пустой широкой трассе, сам не зная куда. Его одежда спереди была испачкана засохшей кровью, вытекшей из из огнестрельной раны в области живота. Он обеими руками держался за живот, слегка сгибаясь вперёд. Тело ныло от боли в области живота, из-за огнестрельного ранения, а на душе была безнадёжная тоска. Тоска, безнадёжность, едкое ощущение пустоты, одиночества и безвозвратности. Он давно привык к гробовой тишине, окружающей его и ко всем жутким ощущениям, вытекающим из своего существования. Единственное, о чём Саккарола мечтал, было исчезновение. Исчезновение из пустоты, в которой он застрял. Но душа его ныла, осознавая, что эта пустота не закончится никогда. Франко не мог быть на сто процентов уверен в этом, но что-то зловещее, давно вселившееся в глубины его души, внушало ему безнадёжность и грызло изнутри. Едкое ощущение беззвучия, и мертвецки чёрно-белого спектра вокруг себя давно стали обыденностью для Франко.

4 июня 2016 год. Время: 4.05.

Между кладбищем и моргом,
Там, где царствует туман.
Мертвые гуляют шагом,
По песчаным берегам.

Калитка с мерзким скрежетом отворилась, и этот звук разлетелся по пустому пространству парка постепенно растворяясь в его глубинах. Я вздрогнул, и проглотив неприятный плотный комок в горле, ступил на заасфальтированную дорогу, которая уводила глубоко в парк. Туман был настолько густой, что казалось его можно нарезать кусочками. Хотя такую плотность этого атмосферного явления я уже раньше встречал. Правда в отличие от этого экземпляра, он находился в низине. Меня всего передернуло, когда я вспомнил тот случай. Только подземных духов мне не хватало для полного счастья. Ух. Еле ушел от них в прошлый раз, когда они пели свои песнопения. Эти твари похлеще сирен будут. Но вспомнив, что духи поют только во второй половине лета, на душе у меня стало немного спокойней. Калитка, находящаяся позади меня, но еще не до конца проглоченная туманом с глухим стуком захлопнулась. Что ж, путь назад оказался отрезан, поэтому мне ничего другого не оставалось, кроме как идти к противоположному выходу на другом конце парка.

Во тьме времён, куда проникнет Он,
Ждут души суд.
Схватив тебя, он сбросит капюшон
И в пасть свою засунет вечности сосуд...

Много кто из детей мечтает о беззаботных каникулах. Когда не нужно учить уроки, ходить в школу и получать двойки по математике, когда везде стоят летние ларьки с бесконечными запасами мороженого и другими различными вкусностями, которые можно есть хоть каждый день. Когда можно играть по сети с друзьями в компьютерные игры до позднего вечера. Все эти приятные детству вещи делают лето незабываемым!
Я тоже отношусь к этому большинству, но именно этим летом мои родители решили, что я слишком много времени провожу за компьютером, да и вообще мало двигаюсь по их мнению, аргументируя давно избитой фразой: «Вот мы в твои годы...!».

В детстве я вместе с деревенскими ребятами любила играть в поле. Можно было спрятаться в пшенице, пособирать полевых цветочков или просто побегать. Гулять шли рано, примерно в 7 часов утра, так как днём очень жарко и могли выгнать колхозники.

То утро было не исключением. Проснулись в 7 утра, пошли в поле. Землю окутывал густой туман. Мы играли в прятки, догонялки и другие игры. Через пол. часа нам всё это наскучило.
- А пойдёмте гулять на речку, лягушек половим? - предложила Настя, все сразу же согласились.
Мы пошли по дороге сквозь туман. Из поля выбежала куропатка, из-за чего ребята остановились и стали наблюдать за птицей. Я тем временем смотрела в туман. Почему-то он мне казался странным, а всё, потому что он не плыл в разные стороны, а скапливался в определённом месте, затем стал тёмно-серого цвета и приобретал очертания человека. Вот голова, руки, ноги, туловище! Нет, это не туман, это точно человек!

Стояла жаркая погода. В безоблачном небе ярко светило солнце. Едва начавшись, лето полностью вступило в свои права. Вероника мирно сидела на подоконнике и смотрела сквозь окно на двор.
Через три часа она вместе со своими подругами, Софией и Катериной, отправится в лагерь. Весь год она упрашивала родителей разрешить ей поехать. Конечно, в ее родном городе Астрахани было очень тепло, но Карине хотелось другого. Карина любила покой, любила леса, реки, озера, луга. Она с трудом закончила седьмой класс, поэтому родители, в наказание, приставили ей своего наблюдателя в лице старшего брата Карины, Алексея.
Впрочем, она не была против общества брата. Он был для Карины мудрым наставником, лучшим из друзей. Хотя, они особо не встречались бы в лагере. Там у нее будет своя жизнь, а у него - своя.
Отец отвез их на остановку. Там Карина встретила обеих подруг, которые ничуть не изменились. София была заядлым отаку (что роднило ее с Алексеем), поэтому, ее рюкзак был украшен различными значками. Сама она носила длинные каштановые прямые волосы и имела голубые глаза. Катя же была меломаном - гитаристкой, поэтому у нее за спиной была электрогитара. У нее были рыжие волосы с примесью алого (видимо, недавно покрасилась) и карие глаза рыжеватого оттенка. Немного поболтав, они сели в автобус.

Я шла по темной петляющей тропинке вдоль высокого серого забора. Здесь все было серым, бесцветным и мрачным. Острые пики черных, как уголь, домов тянулись высоко в бесконечную высь. Вы знаете, я представляла себе Рай несколько иначе, и если это все же не он, то и для Ада все слишком уныло. Души были лишь тенями, осунувшимися, с бессмысленным взглядом, не выражающим никаких эмоций. Они бесцельно блуждали по этому громадному городу, у которого не было видно ни начала, ни конца... А что я? Я не помнила, как попала сюда, не помнила последних своих дней, своих родных... Вообще ничего, что хоть как-то связывало меня с миром живых, но, однако, я не могла предаться бесцельному брождению. Какая-то промозглая, ноющая тоска одолевала меня. Поэтому я шла. Просто шла вперед, повинуясь своему же зову, как плачу, идущему откуда-то изнутри, а сгорбленные тени шарахались от меня в самые дальние и темные углы. Они не хотели видеть меня, не хотели соприкасаться со мной, хотя я одна из них. Просто новенькая.
Город тонул в мрачном тумане нагнетающей тишины, только еле слышный боязливый шепот тянулся тонкими ниточками из-под кладки сухой дороги, провалов выбитых окон, ржавых узлов проволоки и мятых клочков бумаги, разбросанных повсюду. Я не ощущала себя мертвой или просто душой или мрачным пятном. Возможно, трусливая, прозрачная тень - это все, что останется от меня потом, но пока... Я была все та же. Та же затертая куртка, рваные джинсы, обувь, а... Сердца нет, не бьется. Странно не ощущать тех знакомых коротких ритмичных стуков в груди. Вот руки, вот тонкие пальцы, вот кольцо...