Страшилка

Диану привело в сознание ощущение стремительного погружения в холодную воду. Почувствовав сомкнувшиеся над её головой воды, девушка инстинктивно задержала дыхание, чтобы не захлебнуться. Открыв глаза, она увидела кружащиеся около неё пузырьки воздуха, хаотичные блики и просвечивающее сквозь толщу воды солнце. Всё вокруг было зелёное и голубое, постоянно меняющееся. Умеющая хорошо плавать, Диана изо всех сил рванулась вверх и с глубоким вдохом вынырнула на поверхность воды. Впереди, невдалеке, виднелся окутанный призрачной пеленой тумана берег реки, где прохладный ветер слегка покачивал стебли тростника и шевелил свисающие к воде ветви плакучих ив. Собравшись с силами, девушка поплыла в том направлении. Диана не знала, сколько времени ей пришлось плыть, но, уже выбившись из сил, она наконец почувствовала под ногами дно реки. Увязая во влажном речном песке, девушка вышла из воды. Диана сделала ещё несколько шагов и, выбившись из сил, упала на спину и растянулась на мокрой траве, давая отдых уставшему телу.
Это была миниатюрная девушка пятнадцати лет с изящной фигурой, одетая в тёмные джинсы и чёрную кожаную куртку. Чёрные с лёгкой синевой волосы мокрыми прядями падали на фарфорово-белое лицо с льдисто-голубыми глазами и высокими скулами. Глядя на ясное вечернее небо, она пыталась вспомнить, что с ней случилось, но в памяти всплывали лишь какие-то смутные ощущения и неясные образы, маячившие где-то на границе сознания. Вновь и вновь Диана спрашивала себя: "Что это за место? Как я здесь очутилась? И как мне теперь выбраться отсюда?". Ответа на эти вопросы девушка не находила.

Ночь опустилась на город, словно саван, укутывая кривые улочки в липкий мрак. Фонари, похожие на гнилые зубы, плевали тусклым светом, едва разгоняя густую тьму. В воздухе висел запах предательства, лжи и обмана, перманентное зловонное благоуханье, состоящее из грязных денег и отчаяния. Это был мир, где правили крысы и воротилы, где улыбка стоила дороже золота, а жизнь — ломаного гроша. Буратино, сжимая в деревянной руке потёртый букварь, спешил по переулку. Школа, как всегда, не принесла плодов. Буквы плясали перед глазами, складываясь в бессмысленные узоры. Он был деревом, и никакие учителя не могли выкорчевать эту правду из его сердцевины. Зато театр — театр был его жизнью, его страстью, его единственным спасением от гнетущей реальности.

Папа Карло, его создатель, его отец, выстругал мальца из дерева, из осколков памяти о потерянном сыне. Буратино знал, что он — лишь бледная тень, деревянная замена, но любовь Карло была настоящей, обжигающей, как пламя очага в зимнюю стужу.

Искажённый образ человека в маске ещё долго преследовал Дэниэла после роковой встречи. Всякий раз он вспоминал это, словно это произошло вчера. Был обычный день. Двенадцатилетний Дэниэл шёл домой после занятий в школе, оглядываясь по сторонам и наслаждаясь тёплым весенним ветерком, ясной погодой и пением птиц. Ничто тогда не предвещало беды. Но тот человек... Как можно быть таким жутким? Может, то, что скрывалось под маской, и вовсе не человек? Как он мог так странно двигаться?

Парень проснулся, жадно хватая воздух. У него был очередной приступ. Он искал таблетки, всё роняя на своём пути. Каждый вдох стоил неимоверных усилий; грудь болела, словно на неё положили наковальню; любое движение давалось через силу. Наконец, найдя заветные таблетки, разум Дэниэла несколько прояснился. Он оглядел свою скромную квартирку и услышал шаги и разговоры соседей сверху.

В доме, в котором жил парень, стены были словно из картона и малейший шорох у соседей был отчётливо слышен, будто они находились с юношей в одном помещении. Сделав глубокий вдох и успокоившись, Аллен упал на кровать. Он лежал неподвижно, прикрыв рукой лицо. Ему не хотелось вставать с мягкой и тёплой кровати, - пожалуй, единственного, что являлось предметом комфорта, - и начинать новый день, полный рутины и одинаковых недовольных лиц. Телефонный звонок быстро вывел Дэниэла из полудрёмы.

Захожу в магазин возле дома, - а там дед луковицу покупает. Одну луковицу, понимаете? Одну!
Ну я в соседнюю очередь втиснулся с килограммом лука в пакете, деда уже на выходе догнал и сую тому пакет в руки: "На дед, ешь!". Ну тот начал что-то мямлить про "Да бабке одной на котлеты не хватило", "Да не надо, сынок", "Я не хочу, не буду", но я-то ведь Правду знаю! Заставил-таки!
Вот сидим мы с дедом на ступеньках магазина - он третью луковицу дожёвывает, сам плачет. Я курю и плачу. Молчим оба, всё понимаем. До чего страну-то довели?

В парк развлечений с детьми пошёл, - а там дед! Ну тот самый! С луковицей! Билет покупает на аттракцион. Один билет, понимаете?!
Ну я быстренько абонемент ему купил на весь день, деда за руку хватаю: "Пошли, дед!". Тот лепетать начал, что мол, "Внучке покататься", "Сердце слабое", "Люди, помогите!". Но я-то Правду знаю, - закалка старая, неудобно ему просто такое внимание.
Уже на посадке вырваться пытался, но мы с билетёром его ремнями скрутили и усадили на место. Запустили.
Стоим вместе с билетёром - курим.
Когда через пару часов крики стихли - прослезились, да что же за страна-то у нас Такая!?

Всё черно-белое вокруг,
Идем в мою страну, мой друг.
Там ведь весело всегда,
Но нет пути назад тогда.

Не бойся и иди со мной,
Ведь я владею тишиной,
И я владею темнотой.
Прошу тебя, пойдём со мной!

Ты согласен? Хорошо.
Тс-с.. Тихо! Замолчи!
Это не больно, не кричи.
Тихо, тихо в темноте,
Поджидаю в тишине.

Предисловие.
Просьба, не воспринимать этот рассказ серьезно. Я его писал, как пародию на те самые "научные" повествования на канале РенТВ... Ну, вы поняли меня. И спасибо за вдохновение и толчок моему другу Stalker Freedom, за его намек выложить эту теорию на сайт. Так что - воспринимайте это все с юмором!

Сам рассказ.
Все мы знаем сказки про приключения Алисы в стране Чудес и в Зазеркалье. Вроде бы - детские сказки, но если углубиться, то тут можно найти сакральную подоплеку. Настоящее имя сказочника Чарльз Доджсон (известный математик). Льюис Кэролл - его псевдоним. С этого и начнем разбор полетов. Чарльз (Льюис) посвятил эту сказку своей дочке...
Все мы помним, что "Алиса в стране Чудес" начинается с того, что девочка Алиса (лет 9-12) увидела белого кролика, куда-то бегущего, и устремилась вслед за ним. Она при этом попадает в глубокую кроличью нору и падает туда. Нора - это, типа, того самого туннеля - перехода в загробный мир. А Белый кролик - нечто, вроде, проводника. Этакого Харона в кроличьем обличье или Анубиса. Дальше мы видим, что героиня очень долго перемещается по этой норе, плавно падая вниз. При этом она рассуждает о своем полете.
Это очень похоже на перемещение по туннелю в загробный мир.

Однажды на свет появился маленький сон. Никто не знал, кому он принадлежал. И однажды он подумал: Я не хочу исчезать... Как заставить людей посмотреть на меня? И однажды к маленькому сну пришла идея... "Я дам людям создать свой мир, и тогда они останутся со мной навечно"...

Первая Алиса, вошла в страну чудес. Храброй девушкой она была и держала с собой меч... А за ней шел кровавый след... Но однажды страшной ночью в глубине леса тьма окутала её... и больше никто её не видел...

Второй Алисою стал талантливый певец, распевал он песни на всю страну. Зачаровывал голосом он весь народ... И создал мир фальшивых, звонких нот. Но конец у него был печальный... Пулей одноглазого был он лишен всего. Но через его сердце начали расти розы... И кто его любил... начал умирать.

Алисе так тесно в корсетах и узких кварталах города.

Алисе так хочется сделать глоточек воздуха.
Алиса бежит - Алиса кричит: "Свободна я!"
Но лабиринты из серости сносят ей голову.

И по утрам через силу зефир остаётся глотать.

Алисе уже стукнуло двадцать, а по жизни всё так же - осенью.
В кроличьей норке спрячется быстро. Ей совестно
За Шляпника, что уже, лишь отчасти, с проседью

Ей теперь остаётся свои же грёзы спасать.

От драконов-врагов, и прочей дурной хренотени,
По углам светлых комнат слоняются чёрные тени
А девчонка, отнюдь, не узнала Страну Чудес. От мигрени