Страшилка

Утро. Первые лучи солнца старательно пробиваются сквозь листву вишнёвых деревьев. Это был мой первый рассвет в вишнёвом саду. Я снова убедилась в одном: красивее природы я не видела нигде. Когда рассвело, Аластэйр проводил меня домой. Там я переоделась, а потом мы сели на кухне пить кофе. Как я не старалась, Аластэйр не хотел рассказывать мне события прошлой ночи. Ну, ничего, я добьюсь от него правды. Собрав все необходимые вещи, мы пошли в школу. Знаете, за всю свою жизнь я не встречала столько завистливых взглядов. Когда мы вошли в класс, на меня смотрели все девушки, как милые, привлекательные и красивые, так и обычные серые мышки, привлекающие лишь некоторых парней. Я тихо села за парту. Этот день в школе, на удивление, прошёл спокойно и без происшествий. Ну, почти, только все события были приятными для меня. Аманда пригласила меня завтра на ночёвку. Я часто оставалась на ночь у неё летом, поэтому с удовольствием приняла приглашение. В конце концов, нам многое надо ещё обсудить, да поговорить по душам давно не мешает. А ещё мне позвонила тётя и сказала, что приезжает сегодня вечером. Я вспомнила, что дома в холодильнике почти ничего съедобного нет, так что после школы я поспешила в супермаркет. Набрав столько продуктов, сколько смогла унести, я помчалась домой. Дома я попыталась сотворить некое подобие порядка и принялась за готовку. К ужину тётя уже приехала. Вкусно поужинав (готовила я неплохо) я решила пойти отдохнуть. Завтра будет выходной, так что можно будет поспать подольше. Как только моя голова коснулась подушки, я погрузилась в царство Морфея...
Шаги на первом этаже разбудили меня. От непривычки я испугалась, но потом вспомнила, что тётя здесь и вот уже хотела лечь и дальше спать, как вдруг поняла, что она там не одна. Я тихонько встала с кровати и спустилась вниз. Притаившись на лестнице, я попыталась разглядеть ночного гостя. На диване, мирно попивая вино, сидела тётя, а рядом, с таким же бокалом вина, сидела Глэдис. Что она тут делает? Тётя Лили знает, кто она такая? Я решила подслушать их разговор.

Как-то раз мне отец рассказал историю, случившуюся с ним лично. Он со своими друзьями решил выбраться охотиться в глухой лес (живём мы в Якутии, так что лесов хватает). Пока ехали на "УАЗике" в точку дислокации, пара молодых парней начали пить водку. Проезжая возле большого озера, один из них начал критиковать его - мол, что за лужа, рыбы явно нет. Его быстро заткнули, ибо считается, что духи местности могут очень сильно обидеться за такие слова.

Вскоре охотники заехали достаточно глубоко в лес. Выйдя из автомобиля, второй из выпивох тоже начал придираться к месту, где они собирались охотиться. И его тоже быстро заставили замолчать. Обиженные и разгоряченные алкоголем, два друга решили охотиться отдельно от остальных. Первый пошел в лес, якобы искать крупную дичь, второй же, вспоминая озеро, ушел рыбачить.

Мой отец и остальные, кто были с ним, в тот день дичь даже не видели. Стали ругаться на молодых охотников, посчитав, что духи всё-таки обиделись на их слова и стали уводить зверье. Потом вдруг из леса донесся выстрел из ружья. Охотники приободрились - ну, хоть молодым удача улыбнулась, может, всё не так плохо. Через некоторое время донесся ещё один выстрел, со стороны озера. Начали подшучивать, мол, горе-рыбак.

Жуткое вытье доносилось из соседского дома, женский голос вибрировал на высокой ноте, заставляя Элю панически закрывать уши. Но этот вой пробирался и в уши и в мозги, каждая клеточка тела девушки дрожала от этих невыносимых звуков.

Отлетела наша чистая ли горличка-а,
Отлетела щебетунья наша птичечка-а,
Ты простилась со мной ли, со родимой своей матушко-ой!
Ты великое мне горюшко да сдеяла-а,
Вон из телушка мою ты душу выняла-а!
Я ль тебя, горюша мать, да не любила-а?
Николи тебе я грубныим словечком не сгрубила-а,
А и утрышком раным я рано не сбудила-а!
Я взлелеяла тебя, мое дитя родно-ое,
Ты мое желанное ли чадо дорого-ое!
Ты покоилась на мягкой на постелюшке-е,
Ты валялась в пуховой перинушке-е! -
Так почто же нас ты рано покидае-ешь,
На кого нас, дитятко, здесь оставляе-ешь?
И простилась ли навек с своим ты гнездышко-ом,
А позналася семья твоя вся с горем-горюшко-ом,
Как тебя из дома понесут, нашу лапушку-у!
Ты прости ли навек, девынька родима-ая,
Ты мое рожоно ли дитя любимо-ое!
Не вернуть и мне, горюше горегорько-ой,
Что своей ли ненаглядной дочи родненько-ой!
А подружкам твоим раздам я платья да кофты-ы,
Чтоб оны за твою душеньку молили-ися,
Чтоб ходили на могилушку частешенько-о,
Чтобы все тебя подружки не забывали-и,
В беседушках горюшу б вспоминали-и!
Встань да встань, открой ясны оченьки, посмотри на маму! Да посмотри-и!..

Небо потемнело, надвигалась гроза. Стояла зловещая тишина, которую нарушал порывистый ветер.
Но это было на руку вампирам, ведь дождь и сумерки были не очень благоприятными условиями для людей.
Вампиры в городе занимали позиции, все фонари потушили и город выглядел пустынным.
Темный город озарила молния, было видно, как ее развилки окутывают все небо.
Послышался звон капель, который все усиливался. Начался настоящий ливень, в мгновенье все дороги города размыло водой. Стало окончательно темно.

На дороге вдруг появился вампир, одетый полностью в черное. Его капюшон закрывал его лицо. Это и был Питер. Он уловил запах сородичей. Зашел в старенький домишка.
- Я пришел, Картежник, ты здесь?
- Питер?! Не может быть, я верил что ты жив! - Радостно вышел из тьмы Вампир.
- Харлаус один из нас...
- О нет.
Вдруг уши вампиров уловили топот людей и рыч собак.
- Они уже близко, спрячься.

Солнце село, послышались звоны цепей, взрывы и треск огня, рыч собак и запах чеснока. Это люди на пару с оборотнями шли войной на вампиров, у которых не было шансов выжить, они просто не могли противостоять многомиллионной армии, которой командовал могущественный Харлаус. Вампиры истреблялись семьями, те кто смог убежать, были настигнуты, армия Харлауса сметала все на своем пути, горели села, умирали люди. Отойдем от этого страшного события и вернемся к Питеру.
Питер стоял в темном кабинете Харлауса, вдруг он почувствовал как теряет контроль над собой, он стоит как камень и не может пошевелиться. Его разум все темнеет и темнеет, уже еле-еле он видит приближающегося Харлауса, тот снимает свою маску и дотрагивается ледяной рукой до Питера.
И тут Пита осенило - боже, он тоже вампир! Дальше он видел клыки вампира, когда тот зашипел. Харлаус коснулся пальцом лба Питера и тот погрузился в небытье...
Очнулся он от какой-то неизвестной боли внутри.
- Здравствуй, Питер, вахахах - зловеще зашипел Харлаус. - Я думал ты будешь умнее, ты же ультра, но как оказалось.
Питер попытался заговорить, но вдруг его пробила боль по всему телу.
- Слабак, ты сунулся на меня, не зная ничего, не зная, что и я ультра. Только мне достались дары всезнания, не боязни серебра, управлением разумом и подчинением.

Яркая луна освещала верхушки могучих, многолетних елей. На часах уже давно перевалило за полночь. Казалось что жизнь в лесу замерла, только изредка были слышны шорохи ночных грызунов, что рыскали где-то в потемках. Лишь смелые мотыльки, которых так манил свет ночного костра, зачастую мелькали перед лицами пятерых путников, что решились остановиться на ночлег в этом редко посещаемом обычным человеком месте.

В этих местах можно было повстречать разве что опытных путешественников да пару лесничих, что охраняют здешний заповедный край. Но очень редко можно было и встретить простых отдыхающих, какими и являлись наши путники. На вид им не было и больше двадцати, обычная молодежная компания, состоящая из двух девушек и трех парней. Они сидели вокруг костра и о чем-то бурно беседовали. Позади них располагалось две палатки и старенький внедорожник. Который наверняка дал попользоваться одному из присутствующих его отец.

Из всей компании явно выделялась рыжая девчонка, которая сейчас что-то очень внушительно всем рассказывала, порой жестикулируя это руками.
- И тогда они решились посмотреть в щелку дверного замка. Замка той самой двери, откуда доносился тот странный, душераздирающий детский плач, пробирающий до самых костей. И чем дольше он был слышен, тем сильнее он становился невыносим. Хотелось лишить себя слуха, лишь бы этот звук умолк хоть бы на несколько секунд. - Было ясно что она рассказывает страшную историю. Ведь именно этим и были обоснованны их поздние посиделки за ночным костром.

Питер шел по лесу, солнце еще не встало, животные спали. В душе у Пита была такая ненависть, что он забыл про то, что умеет телепортироваться. Он вышел на холм, вон там за тем пригорком город, где он провел детство, где где каждое лето жил у бабушки. Но она внезапно пропала, это сейчас Питер считает, что возможно она вампир.
Питер тайком пробрался в город. Как он изменился. Помнится раньше здесь были добрые люди и по всему городу были клумбы с цветами. А сейчас... Улицы стали темными, кругом ограда из кольев осины, каждый житель ходит в черном и с чесноком на шее. Вот виднеется 128-этажка охотников, она состоит из серебра и кирпичей смешанных с ним. Они его не заподозрят, ведь он не боится серебра.
Он входит, два охранника с ружьями и обоймой серебряных пуль. Он проходит мимо них, как бы не замечая. А вот и администратор, только его кабинка сделана из осины. Кругом пахнет чесноком, фу как не приятно!
Странно, они до сих пор не заметили, что он несет с собой оружие.
- Эй, парень, тебе кого?
В мгновенье администратор отлетел в сторону, на Питера набросились охранники, но увы они потерпели крах, вампир перебил их с легкостью.

Мрак. Холод. Тишина. Питер очнулся в полной темноте, вскоре его глаза привыкли и он стал различать очертания стен и смог увидеть стол перед собой. Внезапно послышался голос, который отдавался эхом.
- Здравствуй, Питер, не бойся, я помогу тебе.
В мгновенье в комнате стало так светло, что Питеру пришлось защуриться.
- Откуда вы?
- Я знаю все о тебе, ультра! - И перед вампиром предстала пожилая женщина, вся в татуировках и с белыми глазами. Одежда ее сверкала. - Садись, проговорила вещунья.

Питер сел, предсказательница коснулась его лба. Питер погрузился в себя, он видел перед собой самые разные картины, был во многих местах одновременно, контролировал все стихии природы, управлял вселенной. Но резко все сменилось на темноту, наполненную страхом, болью, печалью и переживанием, было жутко, Питер начал пытаться выйти из транса, но у него не получилось. На него надвигался мрак, он умер...

Он очнулся в лесу, Гадалка сказала:
- Помедитируй, тебе надо.
Питер сел в позу лотоса и погрузился в себя.
Колдунья начала махать руками и произносить заклинания.

Они не спеша ехали по городу на новеньком микроавтобусе, утро - людей на улицах практически нет, лишь те, кто идут на работу медленно, сонно ковыляют по дороге.
- Зачем мы сюда приехали?
- Помолчи... Скоро все узнаешь.
Так они ехали и молчали, вскоре они подъехали к дому, Пит узнал свой дом.
- Фридризи рассказали, что тебя укусил вампир, а они помешали ему убить тебя, у тебя ведь есть родители, ты должен их убить... это надо
- Но! - Питер прикрыл глаза руками.
- Тебе надо пересилить себя... поверь...
Питер вышел из машины, он подходил к двери квартиры и вспоминал события того дня...
Он позвонил в звонок.
Дверь открыл пьяный отец.
- О, наш (такой-то) сынок вернулся.
Вампир набросился на него и оторвал ему голову, даже не выпил кровь, Питеру ее не хотелось.
Он вошел в квартиру, но он был шокирован.
Его мать повесилась, когда он ушел из дома...
Питер немного грустный вернулся в машину.

Да, знаю звучит глупо... но я чувствую, что кто-то вечно стоит за спиной и смотрит за мной. Наблюдает и выжидает момента. Вот только для чего?... я так и не разобрался.

Вскоре вспыхнула новая волна зачистки. Но не для нас. Оказалось, что выявлен еще один вид его назвали грипом Л.
Просто ДНК зараженных мутировало с жуткой скоростью и вскоре обратились ликаны. Так их назвали. В переводе на наш язык - оборотни. У них тоже были свои страхи, как и у нас. Шутка природы заключалась в цепи питания. Зараженные гриппом В питались кровью людей, кровь ликанов была для нас ядом. Ликаны питались людьми, точнее их плотью. Мясо обычных животных отторгалось их организмом. Так что мы и ликаны - злейшие враги. Ведь наши виды питаются одним и тем же... Так началась война. Каждый сам за себя и нельзя верить другим. Казалось страдали все. Я и сам в это верил... раньше.
По пути войны я слишком сильно вышел из тьмы. Обо мне заговорили, но известность не доставляет особого удовольствия зараженному. За его голову в конце концов объявляют награду...
- И что хочешь убить меня? - спросил я, сидя на дереве, - давно чувствовал, как ты идешь следом за мной... ты ловко избавился от того ликана. Но меня это не волнует. Кто ты? - слетая с ветки, спросил я.
- Хм... думаешь ты один такой, особенный. Ты слишком высокомерен и силен. У меня вопрос поинтереснее... кто ты? - донеслось из темноты. Голос был твердый и напоминал женский.
- Я зараженный, собственно как и ты, - кидая в темноту флакон с кровью ответил я, - поешь, ты слишком долго идешь за мной.