Страшилка

Обиженный Джон
Валялся на печке,
Сосал пирожок,
Что после овечки.
Хлюпало пузо,
Капала клизма,
Ручонкой кургузой
Рулил механизмом.
Мусолил вирши,
Корябал строки.
Что "шире", что "ширше" -
Ему было пофиг.

Я хочу, чтоб твои мысли, твою душу, твою суть
Надрывали вечно «кисты» с гнойником, и слизью пусть
Пропиталось твое тело, чтоб опухло, разрослось,
Из глазницы то и дело выпирала чья-то кость.
Я мечтаю, чтобы с ядом вены распирала боль,
И лелею, дабы смрадом ты дышала, и зловонь
Разносилась по округе, чтобы гнали тебя вон....
В принципе, обида стихла. Извините и пардон.

Гохард, обессиленный словно камень, лежал на кровати. Он был истощен не физически, а морально. На это у него было две причины. Первая: обучение городских жителей, искусству боя. Вторая: правильно ли он поступил, что сдался и поклялся служить бандиту Фейрену.
Если бы он этого не сделал, его судьба была бы предрешена – лежать замертво на тропе облепленным мухами.
Такое оправдание самого себя немного успокоило стража. Он перевернулся на бок и только хотел закрыть глаза, как в дверь вошел Вальтер.
- Гохард, я хотел бы с тобой поговорить. Наша первая встреча вышла не сильно дружелюбна... Но я смотрю ты парень толковый и на тебя можно положиться... Как ты относишься к Фейрену?
- Я благодарен ему, что он сохранил мне жизнь, - соврал страж. А, что еще он мог ответить правой руке Фейрена?
- Ты, наверное, думаешь, что это он меня послал задать тебе этот вопрос? Но это не так. Как только ты станешь ему ненужным, он убьет тебя! Поверь, я знаю, что говорю... Ты не первый...
- Зачем ты мне это говоришь? – вставая с кровати, спросил Гохард.
Вальтер на мгновение призадумался, а потом рассказал всю правду о своем замысле.

Катя со слезами выбежала из класса, громко хлопнув за собой дверью. Бежала прочь от них, от тех людей, причинившие ей столько зла, столько боли. В голове крутились их последние фразы, адресованные ей, а их злобные, наполненные ненавистью глаза она уже вряд ли когда-нибудь забудет.
"Ну, за что? За что?" - твердила Катя - "За что меня все так ненавидят? Что я сотворила? Какое совершила преступление?".
Картины недавней ссоры с одноклассниками начали всплывать перед глазами. Вот её класс. Она стоит у доски, отмахиваясь от летящих прямо на неё ручек, карандашей, тетрадок, книг. Её одноклассники кидались разными предметами, совершенно не осознавая, какой вред они могут ей причинить. А она, обессиливши от их издёвок и разрыдавшись, упала на колени. Слёзы не изменили ситуацию, даже наоборот усугубили. Со всего конца класса слышались возгласы:
- Так ей и надо!
- Пусть поплачет, сволочь. Впредь будет знать своё место!!
- Ты лишь маленькая тварь, каких полно в этом мире. Таких как ты нужно уничтожать! Убирайся из нашего класса!!!
- Да убирайся! - Со всех округов лились эти душераздирающие слова.

Чудовищный случай потряс небольшой северный городок Северная Сопка. Обидели пожилого человека, командира 155 отряда специального назначения ВМФ России, полковника Масечкина Ивана Петровича.

Будучи на совещании в Министерстве обороны, Иван Петрович на собранные офицерами части средства закупил в магазине "Детский Мир" игрушки для яслей своего военного городка. Но ему не хватило десяти тысяч рублей на разноцветные погремушки, которые так любят малыши. Иван Петрович не растерялся и, проявив флотскую смекалку, взял недостающую сумму в ближайшей конторе "Быстрые кредиты без залога и поручителей" на своё имя.

Вернувшись в родной город, Иван Петрович немедленно перечислил взятую сумму на счёт конторы, вошедшей в его положение. Но, увы, он опоздал с переводом на десять минут. Через минуту ему перезвонили на его сотовый телефон, и суровый голос сообщил, что за просрочку ему начисляется пеня в размере двухсот тысяч рублей в день и время уже пошло. Как человек с чувством юмора, полковник ответил, что шутку он понял и что ему, в его бытность зелёным курсантом, не раз приходилось продувать макароны и заострять напильником якорь для его лучшего вхождения в грунт, после чего повесил трубку.

Лунной ночью сентября в старом парке, что на окраине небольшого сибирского города, гулял молодой человек. Небо было затянуто, но местами сквозь темно-серые тучи можно было увидеть небо. Шел он по центральной дороге, пожалуй, единственной освещенной в ночном парке. Это была его первая ночная прогулка, и он был счастлив находиться здесь в столь позднее время. Любуясь, всем до чего доходил свет фонаря, парень заметил сидящего на скамейке и глубоко вздыхавшего мужчину в пальто с опущенной головой.
- Мужик что-то случилось? - спросил юноша, подойдя к незнакомцу.
Мужчина, ничего не ответив, поднял свою голову и посмотрел на парня. Лицо его было изуродовано, словно принадлежало мертвецу. Парень переспросил:
- Помощь не нужна?
Незнакомец крайне удивился и проговорил хриплым голосом:
- Надо же, каждую ночь я сижу на этой скамье, но никто из прохожих так и не подошел ко мне.

Иди во тьму. Открой свой разум
Чернильной ночи злых богов.
Ищи ответ. Убей всех сразу.
И к смерти вечной будь готов.

Узнай свой путь. Задай вопросы
Незримым духам в пустоте.
Возьми их грусть. Купи их слёзы.
Не обвиняй их в клевете...

Убей свой страх. Реализуйся.
Почувствуй боль. И вкус. И стыд.
Свободным будь. Преобразуйся.
И не прощай чужих обид...

Сидела Эрлен у пустого окна,
Сухие цветы клала в воду она.
Вода та в котле, что висел у огня,
Цветы растворялись секрет свой храня.
Мышиные крылья и сок генлисея,
Помогут открыть потусторонние двери,
Помогут Эрлен пробудиться Асвангой
И пить кровь людскую, так сладко... так сладко!
Эрлен опустила руку в отвар
И превратилась в ужасную тварь.
Глаза наливались алую кровью,
И крылья пристали к её изголовью,
Ужасные зубы в улыбке оскалив,
Язык вдруг стал чёрным, длинною с лиану.
Чуть ночь чёрной краской небо облила,
Полетела Асванга к деревне унылой.