Страшилка

Она открыла глаза. Её разбудил плеск воды в ванной и она приподняла голову с подушки. Плеск воды раздался снова, словно кто-то моет руки. Она вспомнила, что вечером не спустила после принятия ванны воду.

Она не читала страшных историй про чудищ из канализации. Она вообще не читала никаких страшных историй, поэтому она не вздрогнула, сердце не ёкнуло, мурашки по коже не побежали. Она встала с кровати, чтобы пойти в ванную и посмотреть, кто там плещется в такой поздний час. Мать? Она работает в ночную смену. Отец? В командировке. Сестра? Преспокойно спит - она всегда спит, как убитая. Младший брат? Вполне возможно, ведь в последнее время она часто просыпалась от его шагов и гнала его спать.

Чтобы подсветить себе путь до двери, которая находилась в другом конце комнаты, она нашарила на полу пульт от телевизора, оставшийся там после просмотра очередной несуразной телевикторины и щелкнула кнопкой. Щелчком отозвался и сам телевизор. Экран загорелся и громко начал вещать ведущий какой-то ночной программы. Тихо чертыхаясь, она убавила звук до минимума и пересекла свою комнату.

Её сонные глаза не уловили краешек тени, уползшей под диван.

- Даша, мы уходим с папой в гости к тете Вике. - в дверном проеме показалась женщина с короткими светлыми волосами, одетая в бирюзовое платье. - Ты точно не хочешь поехать с нами?
- Нет, мам. - сидящая за компьютером русая девочка даже не повернулась на голос. Дела у нее видите ли были "поважнее".
В коридоре еще какое-то время слышался топот. Постоянно то открывалась, то закрывалась входная дверь. Когда наконец родители собрались, на всю квартиру разлетелся голос:
- Мы придем поздно, долго за компьютером не сиди. - после этих слов раздался хлопок закрытой двери и звяканье ключа в замочной скважине.

Первым делом наша Даша ринулась к холодильнику, надеясь найти там какую-нибудь вкусняшку, но единственное (по ее мнению) что там оказалось съедобным, была колбаса. Но она не сдавалась и открыла морозильник. К сожалению, и там Дашу постигла неудача и она направилась к своему любимому компьютеру. Ближайшие несколько часов Даша играла в "Трагедию белок", читала страшилки и фанфики.
И вот время показывает 2:23 (ночи). Она сидела и думала чем бы ей заняться. Но ее раздумья прервал шум упавшей швабры в туалете. Услышав это, Даша вздрогнула. Как упоминалось выше, она была заядлым читателем страшилок. Вновь уткнувшись в компьютер, она пыталась отвлечь себя от плохих мыслей. Но получалось не очень.

Эту мистическую историю мне рассказала подруга. Живет она в городе, по соседству со мной, но вся ее родня все время жила и живет в деревне.

И вот, как-то под конец лета у нее умер родной дедушка. Нужно сказать, он до этого очень болел, сам часто говорил, что скоро его конец. Самого деда я не видел никогда, но подруга рассказывала, что он был добрым человеком, работящим. И надо сказать, выпивки терпеть не мог. Даже когда уж последние дни доживал, все время твердил, что на похоронах ему алкоголя не надо! Но все же, родственники купили бутыль водки, так как надо, же поминать будет усопшего.

И вот пришел день, когда дед умер. Все прошло в спешке, приехало много родственников. И вот после того, как все вернулись с кладбища, начались поминки. Мужики, что закапывали деда, скоро дошли до нужной кондиций, начали вести себя, скажем, неподобающе церемонии и скоро их попросили из-за стола. И вот когда один мужик выходил, то его повело в сторону и он сорвал простынь, закрывающую зеркало. И тут крики, суета. Как оказалось, этот мужик и еще двое человек увидели в зеркале деда. Сама подруга говорит, что ничего не видела, но этот мужик клянется, что там стоял дед и грозил кулаком. С того копателя в миг алкоголь вышел!

Я смотрю в зеркало и не могу отвести взгляд. Нет больше глади стекла, есть лишь вязкая чернота, чуть подсвеченная рядом трепетных светлячков, застывших ровным строем. Как на параде, а может на похоронах. До боли вглядываюсь туда, куда сама протянула дорожку, чувствуя, как сердце пропускает шаги, будто готовится и вовсе встать. Вдруг накатывает страх. Что там за спиной? Всего лишь повернуться, всего лишь посмотреть, но коридор огней уже не отпускает, затягивает взгляд все дальше, увлекает в самую глубину бесконечных залов. А в затылок кто-то дышит, влажно и тепло, будто страшный зверь придвинулся самой пастью, готовясь одним укусом отхватить голову. Ну же, повернуться! Нет, еще страшнее оторваться от дрожания свечей, ведь там что-то мелькнуло, будто белое пятно проскользнуло, спряталось за очередным танцующим фонариком. Ведь уже давно нет свечей, горят яркие фонарики из пестрой бумаги, освещая мрак небытия. Звучит неумолчный смех, дрожит зеркальным хрусталем и музыка... Дивный вальс кружится меж огней, заставляя качаться пламенные лепестки, плясать по воле неведомого дирижера, то склоняясь, то вновь устремляясь ввысь.

Женщина в белом, легкая, как невесомая былинка, кружится, больше не таясь. Она послушна мелодии, как слабый стебель ветру, сгибается, бросается из стороны в сторону. Я не могу оторваться, а за спиною из темноты выросло что-то огромное, заполнило всю комнату, заползло в каждый уголок, свернув громадный хвост кольцом под кроватью. Я знаю это, слышу, как капает тяжелая слюна на паркет, но не могу повернуться.

Музыка становится быстрее, срывается на визг скрипка, флейта охрипла и начала басить, как габой. Пламя удлиняется, истекая воском, опадают вниз свечи. Но почему же не видно лица чудной танцовщицы? Она так близко, потеряв пластику, корчится у самой кромки зеркала. Но даже в этих ломанных, полных боли движениях есть красота, которая сжимает сердце, заставляет смотреть неотрывно, не обращая внимания больше ни на что.

Тогда я шел от своей девушки, была поздняя ночь. Проходил я мимо заброшенного детсада и услышал крик. Так как я был пьяный, то почти не испугался и решил зайти - подумал какой-то ребенок потерялся. Меня почти не смутило, что это было ночью. Обойдя все здание, я никого не обнаружил, но увидел дверь - плач отчетливо доносился оттуда, я открыл ее и увидел зеркало, на нем была нарисована лестница и плач шел оттуда, но как только я подошел, все затихло. Но потом начался шепот... Я не мог его разобрать да и не хотел, а потом начались очень громкие крики о помощи. Я поскорее рванул оттуда, слава богу проезжала такси, я ее тормознул. Крики продолжались. Таксист испуганно спросил, что это за крики - я ему сказал: лучше поскорее валить отсюда. Ну, он видя мой испуганный взгляд, поверил мне.

Уже в пути, я увидел как на зеркале в машине начала появляться лестница. Я спросил таксиста, видит ли он это, тот испуганно начал оттирать ее, но она не отиралась и был слышен шепот. Тогда он остановился и велел мне убираться и поехал дальше. А я побежал домой... Ничего не видев в зеркалах в тот день, я уснул, но следующим вечером увидел, что в ванной на зеркале нарисована эта лестница и опять этот шепот. Я у многих спрашивал, не видят ли они этого или слышат ли, но никто этого не видел. Моя девушка и многие мои друзья от меня отвернулись, говоря что я сумасшедший.

Одинокая свеча, стоявшая на маленьком столике, явно не справлялась с задачей осветить комнату. На обшарпанных стенах отражались забавные тени, которые навевали атмосферу страха и таинственности.
- Я ждала тебя, - она усмехается, обнажив ряд белоснежных зубов. - Садись, не стесняйся, - кивком указала на старенький деревянный стул напротив нее.
Я немного помедлила, сильнее кутаясь в старую кофту, но все же села напротив. Она вновь усмехнулась, словно была довольна тем, что я послушалась.

- Ну и как идет расследование, детективша? - последнее слово она произнесла с неким презрением. Я неприятна ей, хотя это и неудивительно.
- Ты в очередной раз одержала победу, маньячка, - таким же тоном ответила и я, делая акцент на последнем слове, - Никто даже и не заподозрил тебя. А на месте преступления ни улик, ни зацепок. 3:0, в твою пользу.

Она вновь оскалилась, напрягая грубые черты лица. Довольна собой и проделанной работой. А я поморщилась и продолжила:
- Ты убила уже троих. За что, ответь мне. Ты ведь даже их не знала! - стараясь сдерживать эмоции, произнесла я, но охрипший голос и руки, сжатые до побелевших костяшек в кулаки, выдавали меня "с головой".
Улыбка, больше походившая на оскал, так и не спала с лица моей собеседницы. От этого мне становилось не по себе. Она так спокойно к этому относиться... Словно это мелочь какая-то. Да, было. Да, больше нет.

Здравствуйте! У меня не так много времени, так что перейдём сразу к делу. Однажды, моя подруга осталась у меня на ночёвку. Всё шло хорошо - мы посидели за компом, посмотрели фильм, поболтали и к часу ночи захотели спать. Квартира у меня двухкомнатная. Особую роль играет то, что я живу в четырнадцатиэтажном доме с одним подъездом. Там чтобы пройти по лестнице, надо зайти в подъезд и увидишь две двери - одна к лифту и квартирам, другая к лестнице. Поднимаешься по лестнице, идёшь по балкону и попадаешь к лифтам. Так вот. Аня (подруга) пошла в другую комнату, так как спать со мной в одной комнате страшно - мрачное оформление черепами.

Я заснула и проспала всего лишь час - меня разбудили крики Ани.
- Что случилось?! - спросила я сквозь сон.
- Я решила сфоткать себя в зеркале. Фотка вышла, но когда я её разглядывала я увидела это.
Я присмотрелась к фотографии и застыла от страха: справа от Ани на фотографии стоял бледный человек и улыбался.
- Сначала я подумала, что это часть твоего интерьера, - продолжала она, - но когда я осмотрелась, в комнате его не было!

Истинные по своей природе стервы, коих поискать только можно на свете, были подружки Мери - Натали и Эмми.
Когда-то в детстве они защитили Мери от какого-то хулигана-мальчишки. Чёрт его знает, кто такой. Но именно он нравился обеим девицам. Они и рвались и ругались, споря, чей будет парень, не спрашивая даже у него самого, что он об этом думает. Одним словом, защитив Мери, они хотели обратить на себя внимание. Но не более того. Все эти годы, Мери слепо верила в то, что Натали и Эмми - искренне любят и ценят её, всегда поддержат. И все эти годы Эмми и Натали ни разу не испытали в адрес Мери чувство преданности, дружбы. Они использовали её, если понадобились бы им деньги, зная, что Мери им никогда не откажет, ведь она была женщиной состоятельной. Эти две подхалимки всячески подлизывались к Мери, называли её своей сестрой, которую они никогда не бросят. Любили они за Мери и следить. С кем гуляет, что делает, да как время проводит. Одним словом, господа, это были от природы отменные стервы.
Скрипнула дверь, ухнула куда-то вниз нижняя половица и в дом, хихикая, вошли Эмми и Ната. Прекрасно понимая, что они имеют право заходит в дом, когда им заблагорассудится, они развязным медовым голоском окликнули Мери на всю квартиру:
- Мери, милая, ты здесь?! Мы к тебе, дорогая, поболтать, посмеяться...
Конечно, не услышав ответа, девицы сразу обозлились. И, несомненно, в этот момент, Мериссия вдохнула полную грудь воздуха, собираясь врезаться в стекло зеркала, собираясь ведьмой лететь в гости к Сатане. Эмми и Ната немедленно скользнули в спальню Мери. Увидели они там следующее: В зеркало вливалась или засасывалась - называйте как хотите - чья-то нога, очевидно женская. Совершенно голая. Ната, которая как раз в этот момент на зеркало и посмотрела, широко раскрыла глаза и заморгала. После чего она позвала Эмми, боясь закричать и указала своей подружке на зеркало. Оно же вместо того, чтобы быть обычным зеркалом со стеклом, упорно не желало им быть. Стекло как бы расплавилось, создавалась воронка, куда собственно говоря "влилась" нога Мери и она сама. Воронка вращалась все быстрее, зеркало и само стало воронкой.

Одна девочка любила пощекотать себе нервы... Ей было 6 лет. Она жила в своей комнате, нормально, без проишествий. Но в комнате стоял старый шкаф, а в нём было зеркало (зеркало было тоже старое). Её родители работали в ночную смену. Работали они на Kronospan"е. И поэтому к девочке каждую ночь приходила её бабушка, чтобы следить за ней и уложить спать.

Одной ночью девочка услышала стук из шкафа. Она не побоялась и решила подойти и посмотреть, что или кто там. Она встала с кровати и тихими шагами подошла к шкафу. Стук прекратился. Девочка успокоилась и плюхнулась в кровать.

Прошло десять минут, стук возобновился. Девочка больше злая, чем напуганная, быстро подошла к шкафу и распахнула его. Она ничего не увидела. Но что-то потянуло её посмотреть в зеркало. Когда она посмотрела, увидела девочку с пустыми глазницами, с растянутым ртом до пояса и с серой кожей.

На земле лежат осколки разбитого зеркала. Осколки разбитых надежд и мечт... Наклонившись и подняв горсть земли, собираюсь засыпать их. Черт... В поднятой земле был один. Плевать... Земля, смешанная с кровью, падает на маленькие зеркала. Никто не должен увидеть этих отражений... Никто. Засыпав все осколки, я выхожу из здания.

Хах... Кого я обманываю. Мне конец. Конец... Зеркала не умеют лгать. Зеркала покажут голую действительность... А остальное зависит лишь от восприятия. Накачанный спортсмен увидит себя дохляком. Первая красавица увидит себя дурнушкой. Зеркала не лгут. Лгут лишь люди...

Нужно спрятать тело. Вернувшись в здание, я с горечью посмотрел на тело... Труп той, что раньше была для меня всем. А сейчас... Сейчас лишь зеркала знают ее судьбу. Лишь зеркала виновны в ее смерти... Потому они и должны быть уничтожены!