Страшилка

- Да, да представь себе. Мой отец работает в полиции, весь отдел ломает голову кто это мог сделать? У нас тихий городок, - разговаривая скорее уже с собой, бормотала Стефф...
Но я уже не слушала ее... То что приходило мне в голову, не состыковывалось с информацией, в которой я была уверена. Но после всех уроков я пришла к неизбежному выводу - здесь завелся вампир.

Звонок. Опомнившись, я схватила сумку, запихнула учебник алгебры и вышла из кабинета. Быстро спустившись по лестнице, я села на одну из скамеек в прихожей, еле достала телефон и решила позвонить Максу, чтобы попросить его приехать.

- Алло, Макс. Слушай... можешь сегодня приехать ко мне? - спросила я.
- Ты уже успела что-то натворить? - не отвечая на вопрос, сказал он.
- Нам надо поговорить, ну что, ты приедешь?
- Конечно. Через полчаса буду у тебя, - сказал он и резко положил трубку.

Я начала жить только после моей смерти, ибо моя смерть является началом моей жизни. Я не помню где я родилась, не помню настоящего имени и все что было до того дня... когда меня укусил дьявол. Да, я вампир-первородный. Таких как я всего 13. Но я не такая как все... я гораздо опаснее, гораздо сильнее других. И гораздо кровожадней....
Увы но многие факторы заставляют меня ходить в школу. Один и пожалуй самый важный - меня укусили в 17, до того как я стала взрослой. Собственно поэтому я и сильней, в моих жилах на малую долю течет человеческая кровь. Каждый раз приходится менять школу, каждые пять лет...
- Я тебе ничего не обещала! - Не выдержав крикнула я.
- Ханна, мы уже это обсуждали... и слезь с потолка, люстру сшибешь. - Спокойно ответил Макс.
- Мне так думается лучше. Я сказала, ты меня не заставишь! Я тебя уверяю... Уж лучше умереть!
- Не заставляй меня действовать по-плохому, - предупредил он, подходя к двери.
- Макс, и как же это по плохому? - спросила я.
- Ну ты знаешь... я могу. Одевайся. Да, и кстати сумки я уже собрал. Давай, не ломайся, ничего страшного, - так же хладнокровно, как факт сказал Макс и вышел из комнаты.
- Ничего страшного?! Школа - это очень даже страшный оппонент для соперничества. Хотя что я могу сделать перед таким врагом?

Оля работала секретарем. В этот день не происходило ничего необычного, все, как всегда. После обеда принесли корреспонденцию. Оля привычными движениями раскладывали письма по стопкам. Самая большая стопа, конечно, для руководительницы. Последний конверт был красного цвета, да к тому же не запечатан. Оля почувствовала, что от конверта как-то странно пахнет. Она знала этот запах, но не могла вспомнить где он ей встречался. Девушку одолело любопытство, что же там такое. Кто мог Алевтине Ивановне такой конверт прислать? Она решила посмотреть, конверт все равно не запечатан. Никто не узнает.

Оля открыла конверт, неприятный запах стал сильней. Там лежал простой лист бумаги, на котором было написано три слова: «Я сегодня приду». У Оли сердце подскочило: «Ого, у нашей старой швабры любовник завелся». Олю рассмешила эта записка. Она еще держала листик и конверт в руке, когда вышла из кабинета Алевтина Ивановна. Секретарь, застуканная на месте преступления, спрятала руки под стол, вместе с листком и конвертом. Руководительница строго глянула на Олю, молча, взяла свою корреспонденцию и ушла к себе.

- Да нечего, особенного, - обычным тоном сказала я.
Рэйчел быстро подбежала к девушке и стала шептать заклинание.
- Ты ей не поможешь, ну только если отдашь ей свою жизнь - как факт сказала Джессика.
- А ты откуда знаешь? - спросила Рэйчел, переставая шептать заклинания и вставая с пола.
- Я много чего знаю - уклончиво ответила Джессика.
- Ой да брось нечего такого тут нет - вступился Стив.
- Да конечно! Совсем нечего! - у Рэйчел не хватало воздуха от возмущения.
- Я уверена ты и не такое видела - спокойно сказала Джессика.
- Да! Но так нельзя так поступать с людьми, они же живые! - тараторила Рэйчел.
- А тебя никто и не заставляет, да и вообще успокойся - так же спокойно сказала Джессика.
- А я говорил, что она истеричка - сказал Стив.
- Вот только не надо ссорится, тут правда нечего такого нет - сказала я.
- А где Эрик? - внезапно спросила Джессика.

Прошла неделя моего проживания у бабушки. За эту неделю не случилось ничего особенного, если, конечно, не считать одного случая.

Однажды утром я рано встал и пошел в туалет. Я ещё не дошёл до ванной, как вдруг услышал непонятные звуки, доносящиеся из комнаты с красной дверью. Я вошёл в ванную, закрыл дверь и через щёлку увидел, что бабушка вышла из своей секретной комнаты. Руки у неё были перепачканы кетчупом или нет... Я испугался и выключил свет. Теперь я просто стоял, прислушавшись. Она прошла мимо меня и зажгла локтем свет в коридоре. Она хотела было открыть дверь в ванную, но решила всё-таки помыть руки на кухне. Наверное, чтобы не пачкать дверь. Когда она проходила мимо меня, я почувствовал отвратительный запах. Как мне показалось, это всё-таки был не кетчуп, а скорее кровь. Я замер от испуга. Стоял я так пока она не поднялась наверх. Она вошла к себе в комнату и я подумал, что можно уже выходить, но не тут-то было.

Она вышла из своей комнаты с криво изогнутым ключом в руке. Бабушка подошла к этой комнате, вставила ключ в зазор и повернула его. Судя по звуку, дверь закрылась. Она развернулась, зашла к себе в комнату, закрыла дверь, выключила свет и, судя по всему, легла спать.

Я живу на севере. Провинциальный городок, находящийся почти за полярным кругом. Мы с отцом переехали сюда четырнадцать лет назад, сразу после смерти матери. Отец - кадровый офицер и назначение на новое место службы он принял беспрекословно. Я же был совсем маленьким и поэтому совсем ничего не помню о жизни до переезда, словно всю жизнь прожил именно здесь.

Итак, как я уже упоминал, город находится едва ли не за полярным кругом. Очень короткое, по-северному суровое лето, девять месяцев зимы и снег, снег везде. И тишина - вот что въелось в мозг особенно сильно. Почти каждый день я выходил на прогулку и наслаждался этими странными ощущениями - тишина, чуть кисловатый запах свежего снега, почти безлюдные улицы и стойкое чувство какой-то иррациональной грусти.

Отец служил в части связи. «Важный стратегический узел», необходимый для правильной проводки наших подлодок в студеных водах Ледовитого океана. Океан, кстати, не так далеко, километрах в десяти на север, вот только делать там совершенно нечего. Берег безжизнен и уныл, только редкие гагары иногда тоскливо кричат где-то вдалеке. Я спокойно жил, ходил в школу, заводил друзей, врагов, встречался с девочками. Ближе всего я познакомился с пареньком по имени Захар. Мы сошлись благодаря общему интересу - страстью к изучению всяких паранормальных явлений. В воинской части была довольно неплохая библиотека, солдаты туда почти не ходили, а вот мне были рады, как хоть какому-то посетителю.

Под Новый год Ни­колай купил своей детворе роскошную елку. Продавал ее бичеватый мужичок возле местного рынка. «Украл, наверное, где-то, гад», – еще по­думал Николай, но елку купил. Дети, конечно, обрадовались – свежий еловый запах наполнил всю квартиру.

Новый год отмечали дома: гуляли часов до трех ночи. Засыпая, Ни­колай как провалился куда-то, но вскоре про­снулся в ужасе, совер­шенно не понимая, что случилось. Жена сидела на постели, уставившись безумным взглядом в стену и, широко открыв рот, вопила так, что зве­нели стекла в мебель­ной стенке.
- Ой, что-то тяже­ло мне, Коля. Сон ка­кой-то страшный при­снился.
Хотели они еще по­спать, но тут к ним в спальню прибежала де­сятилетняя дочь:
- Мамочка, мне страшно!
За ней шлепал шес­тилетний сынок, плакал навзрыд, размазывая по мордашке слезы.

История со слов моей бабушки... Я шла в магазин. Думала о наступающих летних каникулах (мне было тогда лет 15). Иду, как вдруг в соседнем доме в окне я увидела фигуру женщины. Я решила разглядеть лицо (окно было на первом этаже). Присмотрелась и окаменела. Я увидела лицо совсем не живое. Оно было в синее, как после утопления или удушья.

Спотыкаясь, я ели убежала к своему подъезду... Зашла в квартиру и решила спросить у мамы^ кто жил в том доме на том этаже... То, что она мне рассказала, повергло меня в шок...

Раньше в том доме жила женщина, болевшая какой-то кожной болезнью. Ей нельзя было принимать ванну самой, так как она могла утонуть... Ее муж (назовем его Александром) перед тем как уйти на работу говорил: "Ни за что не лезь в ванну без меня!" - но в этот раз она его не послушала... Муж ушел. Час, два, три... а делать ничего и решила она искупаться. Залезает в ванну, включает кран... и умирает, сварившись заживо...

Когда я была маленькой, мой прадед рассказал мне такую историю, которая произошла ещё с его прадедом. Он меня заранее предупредил, что она будет немного страшная и грустная... Но я просила его рассказать её! Дед открыл старенькую тетрадь и начал читать...

Я плохо что помню из того вечера потому, что я очень хотел спать. За окном мела метель заметая всё вокруг. Из окна едва виднелись слабенькие огоньки от других избушек. Я сидел у пламя и потирал руки от холода, матушка что-то пряла, сидя у лучинки. Неделю назад ушел папа. Его позвал с собой дядя Егор, говоря, что "они пришли", кто "они" я не знал. Но понимал, что какая-то угроза надвинулась на нашу деревушку. Было довольно скучно, так как никто мне не рассказывал сказки, как это делала бабушка. А она умерла... А потом и умер мой друг...

Я понимал, что нам не хватит дров до утра и сказал матушке, что пойду и принесу дров, но она мне не пускала, говорила, что дров хватит, при этом боязливо поглядывала на дверь...

Эта история произошла со мной совсем недавно. Мы с друзьями очень любим гулять в лесу, ведь если пойти вечерком, то можно заработать хорошего адреналина. Но то, что мы там однажды увидели изменило наши мнения навсегда.

Это был обычный июльский день. Мы отправились искать приключения на свою... Голову. В этот день мы собрались туда надолго (ну, там жрачки всякой взяли, покрывало). Свой лес мы уже знали отлично: каждый кустик, тропинку. Идем, гуляем. Уже часов 8. Начинает темнеть и конечно кто-то предложил потравить страшилки. Мы как раз вышли на нашу излюбленную лужайку. Так как мы сюда ходили часто, на лужайке был мангал, вкопанный в землю, лавочки и даже кресло.

Ну вот, уж совсем стемнело, мы развели костер, рассказываем страшилки. Буквально минут через 30 мы услышали какие-то шорохи. Вдруг появился резкий и сильный запах мочи. Но почему-то у нас начался ржач, причем странно, ведь нам очень страшно. Вот опять этот шорох, только теперь громче. Смех прекратился, нами овладевало чувство паники и сильного страха (одни ночью в лесу). Мы сидели неподвижно, осматривая все вокруг, но при этом с чувством, будто на нас самих кто-то или что-то смотрит. Кто-то предложил свалить по домам, с чем все конечно согласились.