Страшилка

Я опешил. Да что там говорить, я просто оглох на какое-то время от подобного вопроса! Я смотрел на нее и думал, что наверняка она хорошая актриса и просто меня разыгрывает сейчас, однако по ней и ее поведению не скажешь. Я попытался ее обнять, но она оттолкнула меня и посмотрела недоуменным взглядом, мол, ты что делаешь парень?
- Ты знаешь как меня зовут? - спросил я в отчаянии, на глаза снова навернулись слезы.
- Сережа. - ответила она.
- Что ты помнишь о нас с тобой последнее? - спросил я.
- Ну... Мы работали вместе, сестра Катя у тебя есть. Она дружит с моей сестрой, а как я здесь оказалась? - спросила она, при этом постоянно косилась на меня и старалась сесть подальше.
- Что если я тебе скажу, что мы живем вместе? Что мы очень любим друг друга?
- Я тебе не верю. Я такого не помню. А сейчас я хочу лечь спать. - с этими словами она взяла подушку, одеяло и отправилась в другую комнату.

Визжащую и брыкающуся Айлин они вдвоём кое-как скрутили и повалили на козетку. Пока Боб прижимал её сверху, уворачиваясь от ударов ногами, Элис защёлкнула на запястьях наручники, пропущенные под основанием козетки. После того как удалось связать лодыжки, стянув их также внизу, они перевели дыхание.

— Да, ещё немного, и у нас были бы большие проблемы... — заметил Боб. — Но кто ей дал адрес, по которому мы должны обменять «товар», вот это вопрос!
— Теперь ясно, что у нас кто-то работает на Фаричетти, — небрежно бросила Элис. — А то и на ФБР. Вот только бы знать, кто именно...
— Естественно, вот в чём главный вопрос... Эй ты, — обратился Боб к привязанной девушке. — Кто из наших наводит?

Ответом была лишь злобная ругань. Боб только усмехнулся. Обмен наркоты на деньги они успели отменить, но где гарантия, что стукач снова не сольёт информацию конкурентам? Или федералам, что было тоже не очень приятно. Как бы выкачать из этой сучки информацию?

Шестое февраля
Здрасте.
Да, спустя несколько месяцев я пишу вновь. До этого писать было особо то и нечего. Дни стали одинаковыми. За это время я убил около 7-ми человек. Звонков на мой номер больше не приходило. По крайней мере, пока он был заряжен. Но он уже почти 9 месяцев как сдох. Я научился скрывать трупы от металлоискателей. Я тупо, как последний извращенец, снимал них всю одежду и ценности. Голые трупы закапывал. Поглубже закапывал. Ведь мне уже пришлось перезахоронить. От могилы возле пустыря начало пованивать. Почти неуловимо. Но я уже знаю запах крови и гнили. И поэтому, 2 сгнивших трупа вновь испачкали мои руки...

Седьмое февраля
21:20
Я вспоминаю себя младше. Обычная без выживания и трупов жизнь. Мама, папа, друзья, даже подруга была. Что мне не жилось? Но теперь поздно. От Васьки уже и следа нет. Есть жуткое, смердящее смертью и с разорванной пастью тварь. Из раздумий меня вывел стук. В крышку люка. Я решил, что если там менты - пусть забирают меня. И только я собирался открыть...

Север Венгрии 1890 год. В те времена деревня Харвина представляла собой довольно большое поселение. Там жило около 50 семей, все жили дружно, общались, вели хозяйство, собирали с полей урожай, но однажды в деревне стали пропадать младенцы. Вначале жители не могли понять, кто мог красть их детей и зачем кому-то это нужно. Родители детей убивались горем, превозмогая такую утрату.

Год спустя... Стояла ранняя осень, вечерело. Толпа народа шла по дороге вдоль домов, кто-то из людей нес топоры, у кого-то было ружье, кто-то шел с факелом. Все они направлялись быстрым шагом к дому, что стоял на краю деревни, немного обособленно от других.

В доме том жила престарелая женщина по имени Марика. Ее знали все в деревне, многие к ней обращались за помощью, если кто-то из их близких начинал болеть. Марика давала, разные настои и травяные чаи, делала амулеты для защиты от злых духов, народ в то время был очень суеверный. Добрая и отзывчивая была женщина, все любили ее в деревне.

Мальчик лежит на диване, в комнате. Играется на планшете. Открывается дверь, заглядывает мама.
Мама (решительно):
- Ну что балдеешь? Вставай, собирайся.

Мальчик отбрасывает планшет, вскакивает на ноги.
Мальчик (заинтересованно):
- А куда? Мам, мы куда-то пойдём?

Мама:
- Ты идёшь. Тебя в жертву выбрали. (Выходит из комнаты).

Мальчик стоит несколько секунд, потом бросается следом за мамой в коридор.
Мальчик (испуганно):
- В какую жертву?! Кому в жертву?!

Утро, снова утро. Я открываю глаза и поднимаюсь с кровати. На часах 7:30, как обычно. Ведь я всегда встаю в одно и то же время.

Каждый день одно и тоже. Все делают вид, что им не все равно друг на друга, но они готовы на всё ради своей выгоды.
Мы - животные, я бы сказал, что мы даже хуже. Ведь, мы притворяемся, носим маски.
Мы ненавидим успехи других.
Мы готовы убивать...
Но большинство из нас даже себе не может признаться в этом.
Я признался...

Раньше я был как все и никогда бы не подумал, что стану таким.
Сначала это было тяжело.
Очень.
Тяжелее всего осознание того, что ты больше не станешь прежним. Что ты другой.
Но, это лишь прозрение...

В одной из стран, где нет ни дня, ни ночи,
Где ночь и день смешались навсегда,
Где миг длинней, но век существ короче.
Там небо — как вечерняя вода,
Безжизненно, воздушно, безучастно,
В стране, где спят немые города.
Там все в своих отдельностях согласно,
Глухие башни дремлют в вышине,
И тени — люди движутся безгласно.
Там все живут и чувствуют во сне,
Стоят, сидят с закрытыми глазами,
Проходят в беспредельной тишине.

Приятный ночной ветерок ласково обдувал разгорячённое лицо. Лена остановилась у небольшого пенька переводя дух. Так бы и стояла, наслаждаясь прохладой и вдыхая этот ни с чем не сравнимый запах хвойных деревьев. Но не для этого она здесь.
В животе заурчало.

"Тихо, тихо! Разорался. Из-за твоей жадности поправилась на несколько килограмм" Себя она винить не хотела и даже не собиралась.
Вот что значит пропустить две недели пробежек! Дистанция, которую раньше пролетала за десять минут, сейчас растянулась вдвое, да ещё и с непривычки слишком рано устала.
"Фух, аж в боку закололо. Нужно помедленнее, с расстановкой".
Девушка поприседала. Потянулась стороны. Вдох-выдох.
И вообще - пусть сегодня будет мини-пробежка. Сразу в прежний темп вредно входить. А вот завтра уже начну всё, как следует.
Блин, со слова "завтра" вся фигня и начинается. Я завтра перестану есть на ночь, я завтра брошу курить, я завтра начну, наконец-то, новую жизнь. А в итоге всё остаётся на тех же местах.

"Кто отворит ангелам калитку,
 всю жизнь будет слышать, 
как демоны стучат в ворота".

Хочу рассказать вам свою историю. Толчком к написанию этой серии рассказов послужил сериал "Метод", удивительным образом перекликающийся с событиями в мой жизни. В ней нет ни капли выдумки. Как относиться к написанному, дело ваше, прежде чем выносить суждение, задумайтесь, а вы себя знаете? Уверены?..

Лето, Урал, большой, промышленный, могучий, скрывающий за разноцветными дымами тяжелых производств легенды и предания о Хозяйке Медной Горы, Серебряном Копытце и Даниле Мастере... В далеких 80-х годах прошлого столетия еще не было наркоманов, такого количество алкоголиков и всех прелестей дикого капитализма. Тихие застойные 80-е с двумя каналами телевидения, кассетными магнитофонами и гитарами во дворах. С жигулевским пивом в 3-литровых банках и бидонах, с рабочими автобусами, везущими непроснувшихся работяг к первой смене...

Дневник Сергея.

Как только учитель разрешил открыть коробку, и я увидел в ней котёнка, мои руки сами сжались в кулаки. Заприметив эту маленькую котячью шейку. Мне сразу захотелось обхватить её и сжать как можно сильнее.
Пока я сидел и ждал дальнейших приказов учителя, то ели сдерживался, чтобы не задушить его.
И вот наконец-то долгожданные слова - вы можете делать с ними что хотите.
Когда мы с ребятами зашли в нашу комнату, я хотел положить котенка на свою кровать, а затем сразу его придушить.
Но было поздно. Я сам не заметил, что все время, пока шел в комнату, то сжимал его маленькую шейку. Он был уже мёртв. Но я так и не почувствовал того наслаждения, когда буду его душить.
Мне нужен еще один котенок. Если я буду хорошо учиться, то учитель обязательно даст мне еще одного. Потому что я - особенный.
Когда я вырасту, то обязательно найду своих родителей, которые меня бросили. Я задушу их своими руками. А потом попробую откачать и снова задушу. И буду это повторять, пока их сердца не остановятся навсегда.