Страшилка

- С трепетом раскроются твои губы ранним утром. Разбуженные нежностью, они проснутся первыми. Навстречу солнцу, как бутоны спящей феи, и я скажу им что-то ласковое, что услышат только они. И больше никто...

Они беззащитны, без всяких обид на этот мир. Им незнаком гнев, но как печален их светящийся переход, похожий на луну, закрытую прохладным стеклом. Будто узрели появление сказочного театра, и вот он внезапно исчезает, растворившись в пурпурно-розовых волнах восхода. Вновь их глубокие черты покрывает какой-то янтарный свет, пронзительный, яркий. Свет сострадания. Что чувствует этот бутон розы, поражая своей красотой? Ничего, кроме тепла, прильнувшего к нему с лучами солнца. Ведь это распустившийся на рассвете бутон, еще не окропленный росой, но уже прекрасен своей первозданностью, впитавший пьянящий аромат утреннего света.

Чем ярче цветок, тем больнее уколы незаметных с первого взгляда игл, но только не у этих губ. Я прикасаюсь к ним и ощущаю легкий холодок их дыхания. Как облако, впитываю боль пересыхающего океана, как ветер, пытаюсь дать надышаться, как солнце, стараюсь поделиться теплом.

Оно спит рядом со мной... Оно обнимает меня...
Оно целует меня своими сухими губами... Оно - моя жена, которая умерла...
Моя жена Валя умерла, я очень горевал по этому поводу. Валю сбила машина, водитель скрылся с места преступления.

Прошёл год, я решил, что надо жить дальше.
В один дождливый день к нам на работу пришла молодая девушка, она была очень похожа на Валю.
И вот я иду домой, ко мне подходит Лика и предлагает сходить в кафе, я согласился.

Хрустнули кости, в окне зашуршало,
Это любимая из гробика встала.
Медленным шагом по полу шагала,
Но вдруг она резко куда-то пропала.

Защелкали челюсти рядом со мной,
Грохот и рёв над моей головой.
Нету спасенья, конец дурной,
Дрозд, на могиле моей вечно пой.

Поэт, писатель, музыкант... Он был знаменитым в своей стране. Тот неоценимый вклад в культуру, который он сделал, был памятью о нем самом. Но время идёт. Все обиды прощаются, все споры забываются, все стихи, песни теряются. Лишь это предсмертное стихотворение, похожее на шуточное, сохранилось в людской памяти. Предвидя свой конец, поэт в жутком страхе создал эти восемь строк, чтобы жители города, в котором проживал покойник, знали, какая смерть была уготована ему судьбой.

В комнате царил предрассветный полумрак. Сонный ветер нехотя изгибался под тонким шифоном штор сквозь распахнутые настежь окна и норовил забраться под теплое одеяло. Парень слегка поежился, но лишь покрепче обхватил руками подушку. Никто и ничто не могли потревожить его сон.
Она лежала напротив, поджав под себя ноги и улыбалась счастливой, безмятежной улыбкой. Боже, какой же он красивый! Ее взгляд скользил по его лицу, такому родному и знакомому. Высокие скулы, чувственные, словно отчерченные карандашом, губы и ямочка на подбородке. Она приблизилась почти вплотную и провела кончиками пальцев по щеке.
- Родной мой...
Его веки задрожали и он приоткрыл глаза.
- Аня...
Девушка прижала палец к его губам и улыбнулась.
- Тссс... Не говори ничего...
Так они смотрели друг на друга очень долго. Не произнося не единого слова, лишь погружаясь друг в друга взглядом. Им не нужны были слова, глаза говорили намного больше...
Он притянул ее к себе и зарылся лицом в копне золотистых волос.
- Любимая моя, ты не представляешь, какой ужасный сон мне приснился.
Девушка ничего не ответила, а лишь крепче обняла его.
- Ты поспи. И все забудется. Я сварю кофе.
Она осторожно освободилась от его рук и виновато улыбнулась.
Парень, словно повинуясь, закрыл глаза и вскоре его дыхание стало ровным и размеренным.

Друг мой, Сашка. Мы с ним с детства вместе. Во дворе в футбол играли, из рогаток стреляли и прочие мальчишеские игры. В школу вместе тоже ходили, просидели за одной партой все 11 лет. Ну и в институт один пошли. Благополучно отучились, он даже красный диплом заполучил. В общем-то, все продолжалось совершенно хорошо. Мы работали в разных фирмах, но виделись достаточно часто. И вот настал прекрасный момент, Сашка с девушкой познакомился. Хочу сказать, что ему не очень-то везло в любовных делах, в отличие от меня. Поэтому, я искренне за него радовался, конечно же. Отношения их развивались стремительно и уже примерно через полгода они подали заявление в ЗАГС. День свадьбы, праздник, веселье, пьяные гости. Таким счастливым я его, наверное, не видел никогда. Может быть, только в его девятый день рождения, когда ему долгожданный велосипед подарили. Это, конечно же, совсем разные вещи, но в день свадьбы, как и тогда, с его физиономии улыбка не сходила.
Через некоторое время он мне пожаловался, что у них никак не получается завести ребенка. Тема щекотливая, Саня очень стеснялся об этом говорить. Жутко краснел и прятал глаза. Я его уверил, что все будет нормально, все у них получится. Главное, как говориться, стараться и не унывать. Вроде бы, друг успокоился. Впрочем, эту темы мы больше не поднимали.

Он сидел на краю кровати и перелистывал страницы большого семейного альбома. Воспоминания, всплывали в его сознании, липкие и навязчивые. Вот день их свадьбы. Все, почему-то, улыбались и радовались черт знает чему! Фальшивые лица людей, которым абсолютно все равно, что ты чувствуешь и что будет с вами дальше. Они просто пришли на грандиозную церемонию, которую устроил её папаша, чтобы похвастаться платьями, стоимостью в сотни тысяч. Черт! А Мардж, весь ее вид говорит: "Посмотрите, мой папочка-миллионер безумно любит свою единственную дочурку!" Маленькая, лживая тварь! Ты притворялась, что любишь меня, до последнего! Даже когда холодное лезвие кухонного ножа с силой проникало в твое красивое, холеное тело!
А я любил. Любил тебя, любил когда-то, до того момента, как из необыкновенной девушки ты превратилась в высокомерную, расчетливую дрянь!
Он со злостью отшвырнул альбом в дальний угол и быстрым шагом направился к огромному панорамному окну. Внизу, насколько хватало глаз, раскинул свои сети город, который никогда не спит. Скоро рассвет. Огней стало меньше, где-то далеко внизу гудят автомобили, а на горизонте появилась бледно-розовая полоса - предвестница рождения нового дня. Дня, который ты больше не увидишь...
Мужчина не спеша подошел к кровати. Дорогое атласное покрывало, на половину сползшее на паркет, пропитала алая кровь. Но, в свете свечей, разбавляющих предрассветный полумрак, оно казалось почти черным.
Он наклонился и провёл кончиками пальцев по ее бледному лицу. Даже после смерти она сохранила выражение высокомерного пренебрежения и некой брезгливости. Его супруга будто насмехалась над ним, снова...
Джон отпрянул от ее, еще не успевшего остыть, тела. Его захлестывала волна неконтролируемой злобы. Не может быть! Эта тварь и сейчас умудряется доводить его до безумия! Взвыв от бессилия, он со всей дури запустил в стену хрустальный графин с дорогим коньяком. Послышался звон битого стекла и по комнате пополз дурманящий аромат с нотами шоколада.

- Вы не понимаете, она была ведьмой!
- В смысле стервозной?
- Нет, нет! Настоящей ведьмой! Которой ничего не стоило щелкнуть пальцами и ваша шея с отвратительным хрустом повернется на сто восемьдесят градусов, будто вы чертова сова!
- Да что вы говорите? И что еще она могла?
- Как-то собака нашей соседки, потоптала все георгины моей жены. На следующий день, собака издохла, выплевывая изо рта кровавую пену.
- И вы думаете, что во всем виновата ваша жена?
- Я не думаю - я в этом абсолютно убежден! Послушайте, если вы так скептически настроены...
- О нет, продолжайте. Я внимательно слушаю и записываю.
- Кхм... что ж... О чем бишь я?
- Скажите, как давно вам показалось, что ваша жена ведьма?
- Поначалу, все было просто чудесно. Милая, воспитанная, образованная. Я был просто счастлив. Мы сыграли свадьбу, отправились вместе в отпуск. А потом я начал замечать некоторые странности...
- Какие же? Пожалуйста, подробнее...
- Ну, в нашем доме стали появляться разные пахучие масла и корешки. Всякая дрянь сушеная. Жена говорила, что это для специальных целебных отваров. Я ей верил. Вечерами она часами просиживала, делая расклады на картах "Таро" и говорила при этом, что все это, лишь невинное увлечение. Но все это оказалось не столь уж безобидно...
- Да? Например?

Я прекрасно помню день, когда всё началось. Это был понедельник. Про него говорят, что это самый тяжёлый день недели, но тогда я почти не отличал вторник от субботы, а весну от зимы.

Тем хмурым вечером я сидел после работы перед телевизором с вечерними новостями и жевал безвкусные макароны, обильно поливая их соусом. На улице хлестал дождь, из окон моей квартиры на девятом этаже можно было наблюдать всполохи молний где-то над частным сектором за железной дорогой. Мы с женой купили эту двухкомнатную каморку три года назад - специально взяли жилплощадь на последнем этаже стандартной панельной брежневки в уютном спальном районе. Плюнули на протекание крыши, которым нас пугали родители, на возможную поломку лифта и слабый напор воды. Все эти бытовые ужастики обходили нас стороной, а безмятежное существование приятно дополняло то, что в этом бетонном муравейнике хотя бы над нами не было людей.

Мы строили планы на будущее, планировали родить ребёнка и, голубая мечта, объездить весь мир. Всё рухнуло 14 января 2012 года.

К Новому году город основательно замело. Пока население отрывалось в праздничном угаре, коммунальные службы пытались навести порядок на опустевших улицах. Местами им это удалось, но наледь, снежная каша и сугробы на обочинах по-прежнему оставались такой же фирменной чертой зимы, как и снежные шапки на деревьях. В субботу жена отправилась в супермаркет за съестной мелочёвкой, а я остался дома наводить порядок на балконе - за неимением гаража он служил у нас Местом-Куда-Складывают-Ненужные-Вещи.

В Японии жил один мужчина, которому надоела его жена. Когда они поженились, она была самой красивой девушкой, которую он когда-либо видел, с длинными черными волосами, красивыми карими глазами и мягкой кожей. Однако, по прошествии лет ее внешность поблекла и она растолстела. Ее лицо стало морщинистым. Он понял, что она больше не привлекает его и решил оставить её.

Мужчина сказал жене, что хочет развестись и быстро уехал из дома. Он стал снимать квартиру в городе и ходить по барам и клубам, чтобы завести новый роман. Прошло совсем немного времени и он познакомился с потрясающе красивой молодой девушкой. Ей было всего 18 лет, высокая и стройная с длинными распущенными светлыми волосами. Он был мгновенно сражен и через несколько недель попросил ее выйти за него замуж.

Блондинка согласилась и после того как они поженились, она переехала к нему. Однако, как только кольцо кольцо оказалось на её пальце, поведения блондинка изменилось. До свадьбы она была нежной, приятной и вежливой девушкой, но теперь она стала грубой и бесцеремонной. Она была очень ленивой и, казалось, часами могла сидеть перед зеркалом, нанося макияж на лицо и глядя на свое отражение. Она также была очень требовательна и заставляла его его тратить на неё все свои деньги. Она заставляла его покупать ей новую одежду, новые ювелирные изделия, новую аппаратуру и даже автомобиль.

Мужик с работы воротился,
Спеша к жене родной в объятия,
Однако, очень удивился,
Увидев брошенное платье.

А во дворе с трубы над банькой
Валил дымок во все сторонки.
Из бани вздох соседа Ваньки
И стон жены звучали громко.

Мужик смекнул, что дело худо,
Но не подал при этом вид.
Подпёр бревном он дверь входную,
Чтоб с баньки выйти не могли...

Затем он принялся ретиво
Рубить дрова скорей спесиво.
"Подбавить людям нужно пару,
Побольше чтобы было жару!"