Пока Смерть не разлучит нас
Он сидел на краю кровати и перелистывал страницы большого семейного альбома. Воспоминания, всплывали в его сознании, липкие и навязчивые. Вот день их свадьбы. Все, почему-то, улыбались и радовались черт знает чему! Фальшивые лица людей, которым абсолютно все равно, что ты чувствуешь и что будет с вами дальше. Они просто пришли на грандиозную церемонию, которую устроил её папаша, чтобы похвастаться платьями, стоимостью в сотни тысяч. Черт! А Мардж, весь ее вид говорит: "Посмотрите, мой папочка-миллионер безумно любит свою единственную дочурку!" Маленькая, лживая тварь! Ты притворялась, что любишь меня, до последнего! Даже когда холодное лезвие кухонного ножа с силой проникало в твое красивое, холеное тело!
А я любил. Любил тебя, любил когда-то, до того момента, как из необыкновенной девушки ты превратилась в высокомерную, расчетливую дрянь!
Он со злостью отшвырнул альбом в дальний угол и быстрым шагом направился к огромному панорамному окну. Внизу, насколько хватало глаз, раскинул свои сети город, который никогда не спит. Скоро рассвет. Огней стало меньше, где-то далеко внизу гудят автомобили, а на горизонте появилась бледно-розовая полоса - предвестница рождения нового дня. Дня, который ты больше не увидишь...
Мужчина не спеша подошел к кровати. Дорогое атласное покрывало, на половину сползшее на паркет, пропитала алая кровь. Но, в свете свечей, разбавляющих предрассветный полумрак, оно казалось почти черным.
Он наклонился и провёл кончиками пальцев по ее бледному лицу. Даже после смерти она сохранила выражение высокомерного пренебрежения и некой брезгливости. Его супруга будто насмехалась над ним, снова...
Джон отпрянул от ее, еще не успевшего остыть, тела. Его захлестывала волна неконтролируемой злобы. Не может быть! Эта тварь и сейчас умудряется доводить его до безумия! Взвыв от бессилия, он со всей дури запустил в стену хрустальный графин с дорогим коньяком. Послышался звон битого стекла и по комнате пополз дурманящий аромат с нотами шоколада.
А я любил. Любил тебя, любил когда-то, до того момента, как из необыкновенной девушки ты превратилась в высокомерную, расчетливую дрянь!
Он со злостью отшвырнул альбом в дальний угол и быстрым шагом направился к огромному панорамному окну. Внизу, насколько хватало глаз, раскинул свои сети город, который никогда не спит. Скоро рассвет. Огней стало меньше, где-то далеко внизу гудят автомобили, а на горизонте появилась бледно-розовая полоса - предвестница рождения нового дня. Дня, который ты больше не увидишь...
Мужчина не спеша подошел к кровати. Дорогое атласное покрывало, на половину сползшее на паркет, пропитала алая кровь. Но, в свете свечей, разбавляющих предрассветный полумрак, оно казалось почти черным.
Он наклонился и провёл кончиками пальцев по ее бледному лицу. Даже после смерти она сохранила выражение высокомерного пренебрежения и некой брезгливости. Его супруга будто насмехалась над ним, снова...
Джон отпрянул от ее, еще не успевшего остыть, тела. Его захлестывала волна неконтролируемой злобы. Не может быть! Эта тварь и сейчас умудряется доводить его до безумия! Взвыв от бессилия, он со всей дури запустил в стену хрустальный графин с дорогим коньяком. Послышался звон битого стекла и по комнате пополз дурманящий аромат с нотами шоколада.
- Я ненавижу тебя, Марджери Мэдисон!!! Будь ты трижды проклята!!!
Беззвучно рыдая, он сполз на пол и обхватил голову трясущимися руками.
А Мардж безмолвно наблюдала за ним своими мертвыми, остекляневшими глазами. Ее, некогда роскошное обнаженное тело, застыло в неестественной позе, погрузившись в холодный белый атлас. Хотя, какой белый? Кровь, почти насквозь пропитала постель и тело убитой, с такой невероятной жестокостью изкромсаное Джоном, превратилось в сплошное кровавое месиво. Он на славу потрудился над своим последним шедевром - столько ненависти и злости, граничащей с безумием! Лишь лицо, до неприличия красивое, с уточненными чертами, осталось нетронутым.
На ватных, негнущихся ногах мужчина прошел в ванную. Монотонный шум воды успокаивал. Он вцепился в края терракотовой раковины и натянуто улыбнулся своему отражению. Черт! До чего ты докатился, Джон Мэдисон? Отражение оскалилось. Он вздрогнул и обернулся. Показалось...
Да, показалось. Она все так же неподвижно лежала на кровати. Первые лучи восходящего солнца скользили по светло-русым волосам, окрашивая их в золото. Джон поправил запонку на манжете и взял в руки телефон.
- Алле, Патрик? Не разбудил? Вот и отлично! Через час вызовешь полицию на мой адрес.
Не дослушав протестов своего адвоката, он отключил телефон.
Мэдисон сел в кожанное кресло, закинув ногу за ногу и одним резким движением откупорил бутылку бурбона.
Он улыбнулся, глядя на игру солнечного света в стакане и достал из кобуры пистолет. Сталь приятно холодила руку. Взглянув на Марджери, он усмехнулся:
- За тебя, дорогая! Надеюсь, в Аду мы не пересечемся!
По пустой квартире прозвучал оглушительный выстрел, разбиваясь о стены...
Огромное зеркало отражало бездыханное тело в кресле. По руке тонкой струйкой стекала кровь, образовывая на паркете небольшую лужицу. Мардж подошла к мужу и склонилась низко-низко, почти касаясь его уха посиневшими губами.
- Как там говорили на нашей свадьбе? Пока смерть не разлучит нас? - на ее бледном, забрызганном кровью лице появилась торжествующая улыбка. - Нет, милый, после смерти всё только начинается...
Беззвучно рыдая, он сполз на пол и обхватил голову трясущимися руками.
А Мардж безмолвно наблюдала за ним своими мертвыми, остекляневшими глазами. Ее, некогда роскошное обнаженное тело, застыло в неестественной позе, погрузившись в холодный белый атлас. Хотя, какой белый? Кровь, почти насквозь пропитала постель и тело убитой, с такой невероятной жестокостью изкромсаное Джоном, превратилось в сплошное кровавое месиво. Он на славу потрудился над своим последним шедевром - столько ненависти и злости, граничащей с безумием! Лишь лицо, до неприличия красивое, с уточненными чертами, осталось нетронутым.
На ватных, негнущихся ногах мужчина прошел в ванную. Монотонный шум воды успокаивал. Он вцепился в края терракотовой раковины и натянуто улыбнулся своему отражению. Черт! До чего ты докатился, Джон Мэдисон? Отражение оскалилось. Он вздрогнул и обернулся. Показалось...
Да, показалось. Она все так же неподвижно лежала на кровати. Первые лучи восходящего солнца скользили по светло-русым волосам, окрашивая их в золото. Джон поправил запонку на манжете и взял в руки телефон.
- Алле, Патрик? Не разбудил? Вот и отлично! Через час вызовешь полицию на мой адрес.
Не дослушав протестов своего адвоката, он отключил телефон.
Мэдисон сел в кожанное кресло, закинув ногу за ногу и одним резким движением откупорил бутылку бурбона.
Он улыбнулся, глядя на игру солнечного света в стакане и достал из кобуры пистолет. Сталь приятно холодила руку. Взглянув на Марджери, он усмехнулся:
- За тебя, дорогая! Надеюсь, в Аду мы не пересечемся!
По пустой квартире прозвучал оглушительный выстрел, разбиваясь о стены...
Огромное зеркало отражало бездыханное тело в кресле. По руке тонкой струйкой стекала кровь, образовывая на паркете небольшую лужицу. Мардж подошла к мужу и склонилась низко-низко, почти касаясь его уха посиневшими губами.
- Как там говорили на нашей свадьбе? Пока смерть не разлучит нас? - на ее бледном, забрызганном кровью лице появилась торжествующая улыбка. - Нет, милый, после смерти всё только начинается...
(голосов: 10)
Категория: Страшные рассказы
