Страшилка

Примерно в три часа дня я, как обычно, возвращался домой с работы. Из еды дома ничего не было, поэтому я по дороге зашёл в супермаркет и купил себе пиццу.

Зашёл в подъезд, поднялся на первый этаж и вызвал лифт. Надо сказать, что живу я на восьмом этаже, а лифт у нас частенько ломается. Причём ломается именно на моём восьмом этаже. Кабина доезжает до восьмого этажа, двери открываются, через несколько секунд закрываются, но, немного не дойдя до полного закрытия, отрываются вновь. И так, пока не будет вызван лифтёр.

В этот день с лифтом всё было в порядке, чему я обрадовался, так как топать до восьмого этажа пешком после четырёх часовой ходьбы по району (я расклейщик объявлений) не хотелось. Зайдя в кабину, я нажал кнопку своего этажа. Оказавшись на восьмом этаже, я шагнул из лифта и услышал позади себя ясный женский голос: "Подождите... восьмой этаж?!"

Хоть пьяна я без вина, но говорю лишь правду.
Можете назвать меня душевнобольной, я не отреагирую на это.
Вижу кое-кого уже давно... Я не знаю, кто они. Поэтому так и называю их: они. Или же просто старые знакомые.
Эти непонятные существа (или как их ещё можно назвать) появляются неожиданно и чаще всего ненадолго. Может это мёртвые души, может это события прошлого, я не знаю. Но надоедают жутко, мешают спокойно существовать.

Начала я видеть их ещё с самого детства. Они жутко пугали, особенно ночью или в тёмном коридоре прошлой квартиры, куда вечно не попадал свет из комнат. Всю жизнь страдаю бессонницей и не сплю долго по ночам. Видя их в детстве, с испугу сначала замирала и пристально смотрела. Прятала всё тело по шею под одеяло, оставив лишь голову, чтобы видеть, где они, что происходит. Иногда знакомые уходили. Но бывали случаи, когда они начинали какое-либо движение. Тогда я стучала в стену соседней комнату руками и кричала о помощи. Всегда из родителей приходила мама. Она успокаивала меня и ложилась спать со мной. Дождавшись когда я усну, она снова уходила к себе в комнату.

- Кто здесь? - еле слышно произнес мальчик дрожащим голосом, всматриваясь в тёмную пустоту ночного сада.
В комнате слабо мерцает ночник, мальчик настежь открыл окно и несколько минут прислушивается к шелесту листьев - пытается разглядеть среди деревьев того, чей голос разбудил его среди ночи. Ничего, кроме знакомых очертаний двора он не видит, никакой посторонней фигуры, - все как всегда. Ничего, кроме шума ветра и лая соседских собак он не слышит. Вот только двор, погруженный во мрак, такой знакомый и такой родной в дневном свете, сейчас кажется ему если не чужим, то, по крайней мере, немного необычным и зловещим. Деревья будто подошли к дому ближе, чем обычно. Подошли и протягивают свои крючковатые ветви к дому. Будучи замеченными, они словно замерли на месте и, как заговорщики, перешептываются друг с другом, раскачиваясь из стороны в сторону и кивая своими густыми кронами. Фарфоровые садовые гномы переливаются в лунном свете, который еле проникает через слой черных туч. На зелёной, залитой солнцем лужайке, они весело улыбаются. Теперь же улыбка их превратилась в угрожающий, самодовольный оскал, не предвещавший ничего хорошего. Будто бы со злорадным интересом ждали они события, которое должно произойти этой ночью, и рассчитывали сполна насладиться зрелищем. Все здесь казались заговорщиками и соучастниками того, кого так боялся мальчик...

У него было бледное лицо и томные глаза, он что-то тихо шептал. Я смогла расслышать несколько слов: "Беги, Мария! Беги, Мария!" Моё тело не слушалось меня, это был будто паралич, я могла только с ужасом смотреть на него, ничего не изменив. Я не смогла бы повернуть время вспять, даже если бы очень этого хотела. Хлою не вернуть, и это полностью моя вина. Моё сознание начало покидать меня, я уже была не в силах что-либо изменить. Сознание пропадает, дальше тьма, и ничего боле.
Я проснулась со слезами на глазах в своей комнате. Родители разговаривали о чем-то с полицейским.
- Мама, папа! Где Хлоя? Что с ней?
Молча, они посмотрели на меня печальным взглядом.
- Где Хлоя? Папа, Мама! (Крик)
Вдруг полицейский встрял в разговор: "Мы нашли тебя в парке "Royoll Frice". Ты лежала без сознания, но твоей подруги не было с тобой. Сейчас полиция ищет её. Мы сделаем всё возможное, чтобы она оказалась в порядке".
Плача, я упала на пол. Я не могла сдерживать слёз... Ведь она, ведь Хлоя... это всё из-за меня! Мама попыталась успокоить меня, но моё состояние переросло в истерику.

Темнота страшнейшая, чёрная, жуткая, пугливая.
Я шла по какой-то красной дорожке.
Меня манил голос парня.
Я не могла никак остановиться, мозг был отключен.
Я дошла до чёрной двери с красной ручки. Я открыла дверь и увидела человека.
Он был в халате, которое был весь в крови и синий... Непонятно.

Он повернулся и пошёл вперёд, он меня манил писклявым голосом и сказал:
- Если ты не пойдёшь со мной, то будешь слышать звук вечно!..
Я пошла за ним, я не понимала что происходит, кругом кости, мертвецы.

Господи, до чего же холодно! С каждым вдохом в легкие вливается обжигающая порция двадцати пяти градусного мороза. Ветер - проказник вносит свою лепту, бросая в беззащитное лицо горсти колючих снежинок. Зубы яростно колотятся друг о друга, и с ними за компанию резонирует все тело.
Хотя, чего я жалуюсь - сам виноват. Никто не заставлял меня торчать в баре до самого закрытия. Став жертвой собственной недальновидности, теперь я был вынужден продираться сквозь метель, из одного конца ночного города в другой. До бара я добирался на такси и тем же способом хотел вернуться обратно, но, говоря профессиональным языком травматологов - не срослось.
В питейном заведении я оказался благодаря прихоти старого друга детства Валеры, который ни с того ни с сего возжелал лицезреть пред собой мою персону. Моя персона была не против.
Усевшись за столик, Валера скромно выложил перед собой дороженный мобильник и ключи от новенькой Toyota Camry, которая, сверкая хромированными дисками, стояла прямо перед нами за витриной бара.
- Чтобы не оттягивали карман, - с невинным видом пояснил Валера.

Вновь вспышка. Я поймала себя на том, что сижу под треньканье будильника и пялюсь в одну точку. Я опять заснула за учебником. Учась на математическом и юридическом, мне приходилось много учить. А будильник всё звонил. Я взяла рюкзак и кинула в будильник. Будильник упал на пол и затих. Потом снова зазвонил. Я встала со стула и подошла к будильнику. Взяв в руки будильник, я не то, что удивилась я, очень мягко говоря, была в ужасе. Знаете, любой механический будильник, издавая звуки, немного вздрагивает. Мой будильник просто умер. Не одна из стрелок не шевелилась. А звон всё шёл. Я прислонила будильник к уху. Звон не усилился. Он будто был записан и воспроизводился по кругу. Я не услышала тиканья механизма, как бы я не вслушивалась. Тут до меня дошло. У меня опять обострение болезни. За хорошую память и органы чувств надо платить. У меня была болезнь, при, которой после пробуждения сон и жизнь сливаются воедино. Там приснился мне милый щеночек, я просыпаюсь, и некоторое время могу слышать лай. И похоже, я во сне слышала звон, но не предавала этому значения, а сейчас я слышу его на яву. Я прошла на кухню и взяла там бутылёк с таблетками. Взяв из него две круглые жёлтые пилюльки, я их проглотила. Будильник затих, но появился голос: "Ты серьезно, думаешь, что сможешь так от меня избавиться?"

Давным-давно, в те времена чудные -
В долине майской, средь великих гор.
Журчали мирно реки голубые,
Листвою шелестел дремучий бор.
Он очаровывал спасительной прохладой.
В кристально-чистых капельках росы,
Средь ароматных гроздей винограда,
Таилась девушка невиданной красы.
Под сенью леса, в его жуткой темноте,
Грибы в лукошко собирая, утомилась,
Забывшись в сладко-лёгкой дремоте.
Услышав голос, несказанно удивилась.

Давайте ненадолго представим, что все о чем я расскажу, правда и тот о ком пойдет речь стоит у вас за спиной? Его холодные, липкие руки тянуться к вашей шее, готовые обхватить ее и медленно высосать из вас жизнь, которая теплиться где-то внутри вас? Нет, он вовсе не убивает людей, он делает намного хуже...
Холодная русская зима в разгаре, тайга. В одинокой лесной избушке живет семья отшельников. Отец, мать и ребенок, который уже родился в лесу и никогда не видел мира за его пределами. В их скромном доме только две комнаты, в одной спят муж и жена, в другой их ребенок. Это мальчик девяти лет. Два дня назад он простудился и заболел, ему становилось все хуже и хуже, а лекарств не было. От их лачуги до ближайшего населенного пункта было два дня пути и отец мальчика пошел за лекарствами. Мать осталась дома, она не отходила от кроватки, в которой умирал ее сын, он был очень горячим, когда она прикладывала ко лбу сына мокрый кусок ткани, чтобы хоть как-то помочь, от тряпки шел пар. Сына знобило, был сильный кашель, он буквально задыхался, а по ночам он видел странные и пугающие видения.
Наступил вечер и ребенок закрыл глаза в отчаянной попытке заснуть. Сон пришел на удивление быстро, буквально как только он закрыл глаза, он сразу же открыл их, но оказался в совершенно другом месте.
Темно, хоть глаз выколи и жарко, очень жарко. Вдруг где-то вдалеке зажглись два огонька, они были тусклыми, с зеленоватым оттенком и абсолютно круглыми. Он пошел вслед за ними, огоньки начали медленно приближаться. Вдруг послышался шепот. Мальчик не мог разобрать слов, но по интонации понимал, тот, кто говорит, не причинит ему никакого вреда. Шепчущий будто давал советы, среди его слов часто слышалось "мама". Огоньки приближались и приближались, он почти бежал за ними, но понял, что это на самом деле, лишь когда бежать обратно стало поздно.

- Отступать уже нечего, если дома кто-то есть, то должны быть хоть какие-то следы. Я решительно направилась к двери и уже собираясь закрыться на все возможные замки, уставилась на дверь в немом изумлении. Я ведь оставляла дверь немного приоткрытой чтобы если что, успеть убежать из дома. Но она была закрыта полностью! Меня охватила паника. В доме определённо находился кто-то посторонний.
Я судорожно набрала номер мамы. Руки не слушались меня, они так дрожали что я вот-вот уроню телефон. Сначала тишина в трубке. Напряжение росло во всём моём теле. Послышались томные гудки. Они тянулись, гудки казались вечными... Первый гудок, второй, третий... Щелчок.
- Алло? - В мамином голосе послышались нотки волнения. Я выдохнула про себя с облегчением. Я слышала мамин голос и чувствую теперь себя более безопасней.
- Мам?
- Да? - Волнение в голосе нарастало.
- Мам, вы скоро приедете? - Я старалась говорить как можно спокойнее, чтобы лишний раз не волновать родителей. Хотя повод волноваться есть и очень весомый. В нашем доме кто-то был! Я была в этом уверена. Но не знала стоит ли говорить об этом родителям? У меня тогда вообще не будет никакой свободы, я буду под вечной опекой. Уверена, что меня запрут в комнате как Рапунцель в башне, чтобы мне было безопаснее. Нет, лучше промолчу сейчас, если такое ещё раз повториться, то обязательно скажу.
- Я задержусь на работе сегодня допоздна, а папа должен приехать где-то через час. Что-то случилось?
- Эм, нет, всё хорошо. Просто вот подумала... - Я закусила губу. Нужно придумать отмазку, - Я просто решила приготовить обед. - Старалась я говорить как можно убедительнее. Причём тут вообще обед? Отметила я для себя.
- Нет, не нужно, в холодильнике я оставила свежий картофельный суп, его лишь надо разогреть.
- Мм, хорошо, так и сделаю. Пока?
- До скорого, детка. - Послышались короткие гудки. Я снова посмотрела на дверь. Она оставалась в таком же положении: закрытой. Я повернула ключ, дверь закрылась.
- Спокойно Эни, дома никого нет. Всё хорошо. - Успокаивала я себя. Хотя кого я обманываю? Конечно, глупо было скрыть от мамы что в нашем доме были "гости", но они так волнуются за меня! Не хочу их лишний раз волновать, иначе мы все сойдём тут с ума.