Страшилка

Вы можете не верить в то, что я сейчас расскажу, но я совершенно точно говорю правду.

Он схватил меня за руку и тянул за собой на дно. Я кричала, умоляла его оставить меня, вырывалась изо всех сил, но было бесполезно. Этот момент будто застыл на месте. Он тащил меня в тёмную мутную воду своими окровавленными руками, говорил что всё равно заставит идти, что я должна ЭТО увидеть, но что ЭТО я не знала и знать не хотела. Я не могла ничего рассмотреть в воде, было темно и страшно, я чувствовала сильную боль в ноге и холод чего-то железного около себя. А он всё тянул меня и почти затянул- я стояла по пояс в воде и почти сдалась...

Я открыла глаза от сильного толчка. "Ты чё, обкурилась что ли? Бужу, а ты не просыпаешься, лишь орёшь во сне и машешь руками. Видимо хорошо вчера погуляли?" - да уж, моя сестра ещё та язва, но спасибо ей, что спасла меня от кошмара. Мы с Лизой двойняшки, но никогда не собирались в одной компании и явно имели проблемы с пониманием друг-друга. Она - длинноногая гламурная красотка, блондинка в ярких нарядах и на каблуках, в которых чуть передвигалась из-за высоты, любящая вечеринки и светскую жизнь, я же - полная её противоположность, не страшненькая, но и не сильно яркая, как моя сестра. Мне нравится рок-музыка, у меня длинные тёмные волосы, бледная кожа, я люблю кеды и тёмную одежду, а так же, никогда не выставляю своё тело напоказ. Я люблю тишину и вообще, полный домосед. Теперь вы понимаете, почему у нас с сестрой не сложились отношения?

Максим три года не был в родной деревне. Поэтому, первым делом покинув палубу теплохода, отметил для себя, насколько здесь чист и кристален воздух. Безмятежно пасущиеся неподалёку коровы не создавали ощущения гнетущей суеты.
За три года деревня не сильно-то изменилась: вот Василь Егорыч снёс наконец-таки свою старую пристройку и поставил теплицу, а у Катерины Николаевны на крыше новый шифер.
Проходя мимо дома Веры Степановны, Максим невольно остановился, вспомнив, как однажды классе, кажется, в третьем он с одноклассником Мишкой ночью залезли в огород к Вере Степановне за морковкой и как пожилая женщина гонялась за ними по всему огороду с метлой. Было бы забавно, наверное, со стороны наблюдать, как женщина в одной ночнушке и с распущенными волосами, напоминающая злого сказочного персонажа, бегает по грядкам, если бы не одно обстоятельство: за всю погоню Вера Степановна не проронила ни слова. Молча, с серым от злости и боли лицом она, казалось вот-вот догонит Максима, который слышал сзади тяжёлое, надсадное с присвистом дыхание. А на следующий день у Максима поднялась температура под сорок и местный фельдшер, сделав укол и расписавшись в собственной некомпетентности, отправил больного в районный центр на лечение.

Я застыл на месте. Эта тварь моментально выпрыгнула из-за угла, схватилась за бревно и быстрыми шагами направилась к нам. Бежать не было смысла: ОНО было метра 4 длиной, с семью мощными конечностями (ног было три пары), необычно длинным позвонком, имеющим не менее шести изгибов, никак у нормального человека. Одной руки не было. Я учусь в медицинском и знаю, как делают ампутацию. Рука была отрезана профессионально, также умело были наложены швы... Всё тело было в ранах и шрамах, заштопанных (Да! Именно заштопанных!) "заплатками" из человеческой кожи. Туловище было похоже на неправильно собранный пазл из частей тела: ноги принадлежали разным людям, это было видно невооруженным глазом. Самая дальняя нога (конечности были пришиты на разном расстоянии друг от друга) была детской... На конце этой ножки была видна маленькая туфелька красного цвета. Спина была похожа на штопор - такая же кривая, я бы даже сказал в форме спирали.
Вот я уже видел ЕГО вплотную. Саня смотрел на меня. Его глаза были полны страха и безысходности. Он как будто просил меня помочь ему, хотя сам понимал, что это невозможно. Потом он посмотрел на бревно. Я понял, что он не выдержит. Встречным взглядом я пытался ему сказать "не вздумай!", но уже было поздно. Он выпрыгнул из камышей и побежал по бревну. Шансов не было... Эта тварь одним прыжком добралась до Сашки, вырвала ему ногу по колено. Я не мог на это смотреть... я отвернулся в сторону, прижался к Андрюхе и закрыл ему глаза. Саня кричал пару секунд, потом всё стихло. Я был в ступоре, хотел крикнуть, громко дышал, потому заткнул себе рот рукой. Я не помню, сколько пробыл в таком состоянии. Вышел из ступора, когда Андрюха не сдержался и блеванул мне на тело. Его выворачивало не из-за увиденного... я вообще не уверен, что он осознал случившееся. Просто алкоголь давал о себе знать. Проблевавшись, он заговорил...

Среди болот ты чуешь вонь,
Идёшь ты с целью срезать путь
И слышишь жалкий его стон,
И ведь не знаешь в чём тут суть...

Он раньше был таким как мы:
Имел свой маленький домишко,
Вкушал природы он дары
И очень добрым был парнишкой...

Один, среди гнилья и мрака
Живёт теперь наш добрый друг
Он ждёт момента для атаки
И не беда что однорук!

Поймает жертву цепкой хваткой.
Пронзят тугую когти плоть.
И ждать не стоит долгой схватки,
Ведь может он живот вспороть.

Это был январь, 5 часов утра, на улице метель, - 25°C. Мы с друзьями продолжали справлять Новый год. Конечно же, немножко выпили. Даже немного больше чем "немножко" (простите меня за тавтологию) Так вот, шли мы по улице, вокруг пусто, ни души (ещё бы в такую погоду кто гулял). Нам бы до дома дойти. А на дороге гололёд, скользко. Нас было 3 человека. Идти далеко. Одному (Андрею) стало плохо - перепил. Нужно было спешить. А идти ещё километров 30.
Тут Саня (второй из компании) говорит:
- Серёг, его бы побыстрее до больнички донести! Срезать путь надо.
- Я через "Чернолесную" не пойду, даже не уговаривай.
- А если он коньки отбросит!
- Смеёшься?
- Смотри, как выворачивает... траванулся, наверное. Спешить надо.
- Ну, блин...
- Серёга, думай быстрее!
- Да если мы там пойдём - все коньки отбросим!
- Ты как хочешь, а я попёр.
- Да куда тебе? Ты его не дотащишь... ладно - пошли. Только быстро.
- Ну, естественно!

Это было зимой... Я возвращался с вечеринки когда уже стемнело (было 9 часов). В тот день я пришел домой, поел и завалился в глубочайший сон, но это был не обычный сон, он засасывал меня в внутрь себя и заставляя представлять ужасные вещи (на, которые моя фантазия в принципе не способна), я как будто падал, пролетая в пространстве все глубже и быстрей.

И тут я подскочил на кровати в холодном поту, вся моя кровать была в известке и пыли, рядом со мной упала моя люстра (антиквариат, доставшийся от моей бабушки или даже прабабушки), рядом с моей головой лежал большой кусок, отколовшийся от потолка с крупным гвоздем. Я подскочил, собрал вещи и выбежал на улицу, боясь что рухнет вся остальная часть дома. На часах было 3:00, но как ни странно, было слишком тихо, жил я в центре города. Я шел по улице, размышляя что делать, к родителям не поедешь, они в Норвегии у тети, сестер и братьев у меня не было, а та что была, умерла в психушке, а в кармане всего 16 рублей, ни на что не хватит.

Тем временем я не заметил как дошел до окраины города, где располагался лес. И тут я впал как в транс, мои ноги не слушали меня, неся все дальше в лес, я полубежал, раздумывая где мне переночевать, была непроглядная темень, но я уже несся с большой скоростью (притом не врезаясь в деревья) и тут я резко остановился... Это было странное место... везде пахло сыростью и гнилью... И тут-то меня осенило!
- Я на болоте? Н... но что я здесь делаю? Какого черта! - злился я на себя все больше.

Холодная ночь уже вступила в свои права, страх накатывал волнами, заставляя трястись от каждого шороха, каждой хрустнувшей веточки, каждого крика птиц, слух стал предельно чувствительным, увеличивая громкость звуков, которыми полнился ночной лес, стократно. Я медленно пробирался сквозь чащу, осторожно ступая по влажной лесной подстилке, скрадывающей звук моих шагов. Связи здесь не было, рация не принимала сигнал, я словно находился в какой-то мертвой зоне, неспособный вырваться из этого жуткого места. Тяжелые ветви многовековых сосен пугающими силуэтами вырисовывались на черном фоне летней ночи, не пропуская свет луны.
Я мог остановиться на ночлег, но желания провести здесь всю ночь совершенно не было. Я плутал по лесу уже несколько часов, пытаясь найти свой лагерь, своих ребят, но тщетно. Связаться с ними было невозможно, найти - тоже. Я просто шел, понимая, что вскоре выйду из леса, а там уже все будет хорошо. Или же, наконец, наткнусь на свою группу. Но я все шел, а впереди был лишь лес, бесконечный, темный, пугающий своей необъятностью и постоянно нарушаемой тишиной.
И как меня угораздило? Хотел бы я сам знать. Все началось так хорошо: друзья, поход, лес, перспектива отлично провести выходные вдали от всех, тем более, что с нами был Андрюха - спец по ориентированию да и выживанию в природных условиях в принципе. Приехали мы утром в близлежащую деревеньку, там и отметились, как сказал Андрей, для подстраховки, ведь всякое может случиться. Места здешние были неимоверно красивы, самый настоящий лес, как - никак. Весь день мы просто изучали его, а к вечеру наткнулись на подходящую полянку, там и разбили лагерь. А потом я потерялся. Причем сам до сих пор не понимаю, как. Просто зашел поглубже в лес по своим делам - а вернуться так и не смог. Хотя отлично помнил, куда нужно было идти, да и не услышать веселые голоса ребят, уже принявших на грудь, было нельзя. Но вот странность: когда я шел назад, к лагерю, наступила страшная, напряженная тишина. Я тогда было подумал, что они меня разыгрывают, но ничего подобного. Рация, сунутая мне Андреем перед моим "походом", молчала, телефон не ловил сеть. В общем, я оказался совершенно один в громадном лесу, без воды, еды и связи с внешним миром.
Сзади раздался шорох, я резко обернулся, готовый встретиться со своими страхами лицом к лицу, но там никого не было. Сглотнув, я двинулся дальше, по дороге подобрал какую-то палку, показавшуюся крепкой, стиснул ее в руках, что есть мочи, даже спокойнее стало на душе. Я шел, не разбирая дороги и не зная, куда я вообще иду, но я шел. Но кое-что заставило меня остановиться.
Впереди промелькнул красный цвет.

Однажды, когда я отправился в отпуск, друг пригласил меня сгонять на охоту. Я согласился, т.к. любил и охотиться и рыбачить, ведь там речка еще была. Договорились встретиться в деревне у матери друга. Я собрал вещи и приехал в деревню (у меня мотоцикл с коляской). Друга я застал за прочисткой ружья. Он прихлебывал из бутылки сорокоградусной и пел незамысловатый мотив. Увидев меня, помахал рукой и сказал, что ему встретилась какая-то бабка и посоветовала не ездить на охоту.
- Не надо, милок, - говорит, - неудачное время ты выбрал.
Мы поржали, добрали снаряжение и отправились в путь.

Прошло около пяти часов, прежде чем мы напали на след крупного оленя. Друг (Саша) поехал на своем мотоцикле в одну сторону, а я в другую (окружали). И вот через некоторое время я потерял из виду и мото друга и гонимого оленя. Проехал еще немного, слегка сбросил скорость и вдруг заглох. Погасла фара, остался мрак. Я прислушался. Рева движка Ссани не было слышно. Черт!
Я предпринял не меньше пятнадцати попыток завести технику и все безрезультатны. Странно, бак полон, других повреждений не найдено. И тут раздался стон, скрипящий такой, с придыханием. Я поднял голову. Ничего, только деревья вокруг. Да и еще под ногами хлюпало: заехал на окраину болота.
Стон повторился, теперь уже недалеко, метрах в тридцати. Саней это быть не могло по определению.
И тут я увидел слабо светящийся силуэт. Судя по очертаниям это была девушка.
Я испугался до одури. Силуэт приближался. Призрак не переставлял ноги, он просто плыл на меня по воздуху...

О том, как один сельский парень заблудился и попал случайно на болото...
К стиху прилагается мой любительский видео спектакль с пугающей музыкой, звуками и страшной маской кикиморы!

Как-то раз в лесах дремучих,
Да в местах непроходимых,
Там где мухи вьются тучей,
И над речкой плачут ивы,

Заблудился парень сельский,
Чуть подвыпивши с похмелья.
От жары и страха потный,
Он приплёлся на болото,

Где цикады пели хором,
И лягушки рвали горло,
Водомерки, жаброноги
Танцевали хороводы,
Водяные скорпионы
Всех утаскивали в омут,
Плавунцы мутили воду,
Нагло лип на кожу овод,
Над кувшинкой и рогозой
Левитировали стрекозы,
Попадая людям в лица,
Пролетали жужелИцы...

Болота. Болота Н-ской области всегда влекли, будоражили мой разум. Густые вековые леса, зеленая, пушистая, такая радостная, приятная взгляду мягкая травка и черные озерки, словно глаза - зеркала души болота, выглядывающие из-под этой травы, как из-за ресниц...

Ягоды, вкусные, сочные. Солнечные лучики, отражающиеся в синей днем воде, таинственное звенящий голос кукушки, теряющийся между стволов, мягкий шелест листьев. И, раздающееся то там, то тут уханье совы, крики птиц, громкие, резкие в соседних и отдаленных кустах, порой похожие на самые нежелательные в разыгравшемся воображении звуки и странные шорохи, шумы, присущие живущим своей ночной жизнью обитателям болота. Местные звали эти обширные болота Болотами Духов.

На это, как казалось мне, было две причины - туман, который нередко покрывал болота, то густой и белый, словно молоко, то прозрачный и казавшийся синеватым, клубившийся, словно дым... И эти болотные огоньки, которые, по словам местных, могут быть оранжевыми, желтыми или голубыми. Местные называли их дьявольскими огоньками. От ужаса и страха увидевших их приводящими в оцепенение и ступор или, напротив, очаровывавшими, манящими, влекущими за собой, уводящими в самый центр, сердце болот, где затаилась молчаливая, темная, опасная вода, поджидающая свою жертву тихо и неотвратимо. И леденящие душу крики болотных птиц, похожие то на разговор, то на плач, то на смех...