Страшилка

Бывают такие дни, когда мне становится плохо. Они бывают очень часто, в такие дни обычно хочется плакать.

Однажды вечером, маленькая девочка Сюзан сидела за столом и сочиняла стихи, она с детства мечтала быть писательницей, стихов у неё было много, обычно она читала их в классе. Но было одно "но", её мать умерла и она воспитывалась в детском доме, все шло хорошо, но в один прекрасный день, когда Сюзан сочинила великолепную поэму, к ней полезли старшие девочки, они издевались над ней, а под конец, они сожгли все её труды, которые она наживала в течении 4-ех лет. Ей было всего 9 лет, но она уже разочаровалась в людях.

Когда девочке Сюзан исполнилось 14, она начала собирать марки, для того, что бы их купить, она работала на работе, терпела унижения начальства и пыталась сделать все в лучшем виде. И вот, альбом закончен, Сюзан радуется, но потом, когда она получает двойку по физике, её классный руководитель сжигает этот альбом. В тот день она разочаровалась в том, что даже учитель не смог понять её.

Ещё давно, когда я училась в 5-ом классе, тогда я поехала ночевать к моему дяде. Он живет в деревне, у него я прожила почти все детство и сильно радовалась, когда мне сообщили, что я на неделю отправляюсь к нему из-за того, что мать уехала в командировку, отец работал на Севере и приезжал только по выходным, так что я почти все время проводила в деревне у дяди.
Вообще, про моего дядю, ему 43, его зовут Олег и у него есть жена Марина, так же есть дочь Лерочка и сын Виталий. Лерочке 5 лет, а Виталию уже 14. Когда я приезжаю в деревню, то мы с Виталей идём гулять на соседнюю улицу, а если быть точным, то он отводит меня на соседнюю улицу к Саше, моей лучшей подруге, а сам уходит гулять с её старшим братом Лёшей, ему недавно исполнилось 15. Так вот, я рассказала про всех, но забыла упомянуть про себя. Мне 11 лет, меня зовут Аня, у меня нет родных братьев и сестёр, поэтому все внимание уделяется мне. Вообще, я не знаю почему, но моя мама не любит отправлять меня в деревню. Она прежде просит всех своих подруг и если никто не может, то нехотя отправляет в деревню к дяде.

06.11.2026
9:00
Вот и начался новый день, новые приключения ждут меня, за окном прекрасная погода, день будет прекрасным!
Так бы написала и я, если бы во мне не царила злость и месть, вообще, с того случая я стала более замкнутой и скрытной. Я стала ненавидеть людей. Вчера я хорошо поиздевалась над этими двумя, одного чуть не убила, но я не хочу их убивать, я хочу сделать им как можно больнее и страшнее, я хочу чтобы они мучились.
Сегодня я хочу отрубить у одного ногу и заставить жрать её другого. Ради такого прекрасного события можно и не ходить в школу.

Я очнулась в холодном помещении. Вокруг меня были лужи крови, смешанные с грязью и костьми. Кровь была свежая, это видно. А стены были выложены плиткой, которая, правда, уже почти скололась. Окон не было. Лишь небольшая дырочка в стене, но она была почти у потолка, а потолок, к слову, высокий. Метра 2, может и 3. Но больше всего меня угнетало то, что была абсолютная тишина. Никаких звуков. Я попробовала крикнуть, но у меня не получалось. Тут мне в голову пришла мысль: "А может это всё сон? Может я сплю? Проснусь - и ничего этого не будет!" Я щипнула себя. Было больно. У меня началась паника, я не знала, что это за здание, что за комната и самое главное - как мне отсюда выбраться. Как можно быстрее я начала искать дверь. Двери не было, был дверной проём. Узкий и маленький. Я с трудом там прошла. Передо мной был жуткий длинный коридор. По бокам были расположены двери. Видимо, этих комнат очень много. Для того, чтобы сделать первый шаг, мне понадобилось немало времени. Ведь не знаешь, что ждёт тебя дальше.

Привет, старый друг, я надеюсь, что ты меня помнишь.
И так же надеюсь, что время для встречи найдёшь.
Я с оставшимся часом твоим разделю бесконечность,
Только ты, как всегда, не услышишь и не поймёшь.

Ты безумен, раз видишь живых мертвецов, это точно.
Неужели мне нужно всё снова тебе объяснять?
Обрати мутный взор, закричи, испугайся, раз нужно.
Ведь ты никогда не пытался кого-то понять.

Искупление жаждет расплаты за муки и смерти,
Твои жалкие десять минут не исправят грех.
Я не зол на тебя, просто больно о том мне помнить,
Что под взглядом твоим пал беспомощной жертвой при всех.

Был теплый июльский день, мальчику Игорю в свои 15 лет никуда не нужно было идти из-за летних каникул. Поскольку ему уже надоело проводить время, играя в компьютерные игры, он решил выйти на улицу, прогуляться. Увидев впереди компанию хулиганов (которые любили над кем-нибудь поиздеваться), он начал волноваться, но когда он прошел мимо них, вдруг его разум помутнился и он провалился в бездну.

Он очнулся уже в гробу, не понимая, что могло произойти, он начал перебирать в мыслях последние события, которые он помнил. Вот его двор, местная "гопота" и... Все. Игорь любил читать разные истории и ему на ум пришел один рассказ, где живого человека похоронили по ошибке, а узнали об этом только через неделю, естественно, он умер преимущественно из-за нехватки кислорода.

На ночное дежурство в офисе оставаться присутствующие в нём днём люди хотели меньше всего.

Полицейские более высокого ранга на манер лестницы спихивали эту отнюдь не почётную обязанность на тех, кто находился в их подчинении, пока не дошло всё до стажёра по имени Генри. Что поделать, "кому-то же надо быть крайним", как говорили в своё оправдание все те, кто участи парня благополучно избежал.

Впрочем, сам юный полицейский был не в обиде, тем более, что с недавних пор у него действительно появилось желание поближе ознакомиться с офисом и в тишине обдумать пару дел. Кто упустит такую возможность?

В нос сразу же ударил тяжелый металлический запах крови и плесени. Глаза заволокло серой пеленой, а затылок отозвался тупой пульсирующей болью. Она не сразу поняла, где находится. Воспоминания накатывали обрывками и смутными фрагментами вперемешку со звоном в ушах. Ночь. Зима. Дорога. Дешевый бар. Снова. Пьяные люди, громкая музыка, вульгарные девицы, танцующие в переливающемся свете разноцветных огней. Вот она сидит за барной стойкой, накручивая огненную прядь волос на палец. Они с ее другом пьют эти забавные розовые коктейли с зелеными зонтиками. Кто ее друг? Друг со странным именем и красивым глубоким голосом. Ситхи, Ситри... Тогда это казалось неважным. Он показался ей тогда милым и очень умным. За несколько недель их знакомства и непринужденного общения, случайных встреч он казалось, знал ее лучше нее самой. Что она любит, чего боится, о чем надеется в глубине души. И ей это нравилось. Она была восхищена тем, что кто-то так легко может читать людей. Словно открытую книгу. Сейчас ее воспоминания становятся четче. К боли в голове прибавляется боль, где-то в районе желудка. Она видит, как садится в машину. Фонари за окном мелькают с бешеной скоростью, что голове становится дурно. Между их словами витает недосказанность. В салоне пахнет кожей и сигаретным дымом. Она чувствует, как удары сердца ускоряются, и кажется, слышит свой собственный пульс у висков. Она просит остановиться, но остановиться уже невозможно. Игра уже началась.

В далёкие девяностые годы обладателей видеокамер было пересчитать по пальцам. И мой отец очень гордился этой редкой вещицей. Он мечтал поймать на свою камеру какой-нибудь интересный момент, чтобы можно было послать в телепрограмму «Сам себе режиссёр». Жаль, что он так и не узнал, что ему удалось заснять нечто удивительное и необъяснимое.
Я бы и сам не узнал, если бы не убедил мать, что пора отправить стеллаж на свалку вместе со всем его содержимым. Полдня я потратил на опустошение бесчисленного количества выдвижных и дверчатых ящиков. В одном из них я и нашёл старинную отцовскую камеру марки Panasonic.
Взяв её в руки, я ощутил предвкушение тёплых воспоминаний. Хотя ещё не знал, как посмотрю записи. Камера давно была сломана, а маленькие кассеты можно было проиграть только с помощью неё.
Позже я нашел на сайте объявлений похожую камеру. Старьё, а обошлось дорого. Однако я себя убеждал, что детские воспоминания дороже. Тем более что, некоторые видео не были переписаны на стандартные VHS. И я собирался их посмотреть впервые.

Подрабатывать в охране я начал четыре года назад, сразу после службы в армии. Работа — не бей лежачего. График — сутки через трое. Сидишь себе в комнатушке, сериалы смотришь. Ночью вздремнуть не запрещается, главное каждые два часа делать отзвон в центральный офис, мол, на объекте всё в порядке.
Охраняю я старое двухэтажное здание. В советское время это был административный корпус местной фабрики, а теперь помещения сдаются в аренду частным фирмам.
За всю мою карьеру инцидентов было мало. Но случались странности, которые до сих пор не дают успокоиться моему рассудку. Всё началось во время моих первых смен.
Четыре года назад большинство помещений в здании пустовали. Базировалась там всего одна компания интернет-провайдер. В шесть часов вечера все монтажники запирали свой офис и расходились по домам. Я оставался совсем один.
И вот во время моей третьей смены случилось нечто неожиданное.