Страшилка

Я проснулся от того, что один из военных тряс меня за плечо. Встав и осмотрев серые стены маленькой комнатки не в первый раз, я одел униформу и направился к двери. Два военных, сопровождая меня, открыли дверь. Белая просторная комната с камерами слежения и кучей военных встретили меня. Мне дали щетку и направили к воротам. Доктор Л. (я не знал его имени) открыл ворота специальной карточкой класса D. Я вновь увидел ту статую. Странный обугленный гуманоид, покрытый краской, кровью и фекалиями стоял лицом к стене. Еще несколько человек примерно моего возраста вошли в помещение. Нам постоянно говорили, что нельзя отрывать взгляда от статуи. Сегодня я понял почему. Нас разбудили раньше положенного времени и отправили чистить камеру, вот в чем проблема. У меня и других рабочих слипались глаза. Мы прикрыли их на секунду и...

Одному статуя свернула шею и ту же участь принял второй. Я, широко раскрыв глаза, начал пятиться назад. В статую стреляли, обливали кислотой. Но она не сдавалось. Я убежал и начал размышлять о побеге из этого места. По пути я нашел карту первого уровня и смог открыть дверь. Меня встретил мост из прочного железа и еще одна дверь. "Опять открывать дверь?!" - Подумал я...

Жила девочка Настя. Её семья купили новую квартиру на последнем этаже. Когда они отдали деньги бывшим хозяевам, те быстро собрали вещи, отдали ключи от квартиры и без промедления уехали. Ну, странно конечно, но новые владельцы квартиры были слишком заняты и не обратили внимания на это. Квартира была очень просторная: 4 комнаты. 2 детских, гостиная и спальня. Девочки побежали в одну из детских раскладывать вещи, Лешка побежал в другую детскую. Родители пошли по разным комнатам: отец в спальню, мама на кухню.

Все устали, спать пошли. Ночь. Все спят. Тут Настя проснулась. Ей было страшно. Кто-то будто скакал на чердаке, на кухне громыхала посуда. Телевизор включился и переключался с одного канала на другой. Ей страшно. Ещё и онемела, позвать не может, и не просыпается никто. Будто с ума сошла. Только она собиралась заснуть, как дверь в её комнату стала открывается. В проходе появился силуэт. Девочка застыла.

После небольшого путешествия в "прошлое" я вернулась домой где не раздевшись сразу же провалилась в забвение. Я проснулась от мощного толчка как будто началось землетрясение, но, увы, это было не землятрясение. Я быстро вскочив с кровати огляделась, но тут раздался её толчок, что заставило меня схватиться за кровать. Как тут ко мне ворвалась запыхавшаяся Мерил, которая тяжело дыша посмотрела на меня круглыми глазами от неожиданности.
- Что случилось Мерил? - спросила я и подошла к своей подруге лицо, которой было красное как помидор.
- У нас начинаются тренировки по драконоболу! - сказала восхищенно Мерил.
- Драконоболу? - спросила я вопросительно подняв бровь.
- Не время объяснять, пошли быстрее, а то всё пропустим, - пробурчала Мерил и вышла на крыльцо дома, а я за ней.
- Теперь к Сэму Зильберу, там твориться нечто чертовски интересное, - сказала заговорщически Мерил и, подмигнув как сайгак, бегом направилась в сторону леса, где был урок укрощения тварей, мне пришлось поспешить, так как Мерил была чертовски быстрая.

Привет *имя стерто чернилами и кровью*. Можешь прийти на наше старое место
работы. Буду очень рад если ты это сделаешь. Помнишь как нашу совместную работу
отклонили? А ведь она была хороша. Твой друг
- Джоу

Давид, направляясь к входу в студию, читал это письмо и смеялся. "Действительно. Как давно мы там не были. Надо навестить старину Джоу". Давид силой открыл старую дверь и вошел. На тот миг ему показалось, что его ноги прилипли к чему-то черному и склизкому. Давид прошелся по коридорам студии. "Как пахнет стариной... И... Спиртом?.. Джоооу? Старина, где ты?" - Эхом раздавался голос Давида. Но никто не отозвался. Одна из дверей скрипнула. "Это Джоу". - подумал Давид.

Войдя в эту комнату, он закричал. На деревянном столе лежало мертвое тело. Это было тело не человека. Повсюду были разбросаны органы жизнедеятельности. А в груди трупа находились шестеренки и металлические ребра. Вдруг Давида тронули за плечо...

Будучи пацаном, я не пропускал ни одной ребячьей авантюры. Особенно такой, где на спор надо было доказать свою храбрость и «героизм». Сейчас те давние «подвиги» кажутся обычной глупостью...

Как-то летом мы остались с младшим братом на ночное дежурство в садовом товариществе, где у бабушки был участок. Я тогда закончил седьмой или восьмой класс.
Благополучно отдежурив положенные часы без каких-либо происшествий, вернулись в садовый домик на ночлег. И лечь бы спокойно спать (время-то подходило к двум ночи), но буйная мальчишечья душа требовала приключений. К тому же к бабушке редко приезжаем, раз в год-два. На летний месяц. А здесь вокруг столько всего интересного и неизведанного! И крысы за стенкой верещат, и ночка тёмная, и кладбище буквально в полутора километрах!.. Некогда спать!

Говорю брату: «Пошли на кладбище! Вдруг что-нибудь необычное и страшное увидим?!»
Но братишка-шестиклассник наотрез отказался. В детстве он всегда был против таких необдуманных планов. Лишь гораздо позже, уже отслужив срочную, потом женившись, а после разведясь, стал «на ура» поддерживать все мои инициативы. Вот и в ту ночь остался в безопасном садовом домике у тёплой печки.

"Знаешь, я все чаще и чаще боюсь идти домой. Помнишь ту остановку, у опушки леса? Проходя все дальше в лес, оборачиваюсь, я вижу тебя. На остановки ты ждешь автобус, ждешь, что я на нем приеду. Я хочу крикнуть тебе "Не жди! Я уже тут". А я молчу, боюсь: слов, пересуд, суд. Опять эта не выносимая лечебница, где тебя нет.
Обернусь, а ты все стоишь и стоишь. Ноги сводит от страха, хочется убежать, но не могу. Да, боюсь! Боюсь тебе признаться, что мне страшно увидеть твое лицо. Кто говорит, что ты красавица, а чаще несут чушь, оскорбляя тебя, называя кровавой проституткой из ада. И страшнее тебя, в аду, только Сатана. Открывая дверь подъезда, ломлюсь из-за всех сил, чтобы в темном неосвещенном углу не увидеть тебя. Я чувствую себя, маленьким ребенком, пряча ноги под одеялом. А может ты призвала своих помощников и они меня уведут в мир ужаса.
Признаться, мне нравится фантазировать, а может это так и есть. Что я - отродье ведьмы и мне предначертано стать великим. Но в тот момент, когда я вижу смерть человека наяву. Меня переворачивает и мне становится плохо от того, что может со мной случится. Я попаду в мир Ужаса, Ужаса. Мне правда страшно увидеть тебя наяву, дыхание мое перехватит. Я задохнусь от твоего поцелуя.
Я прошу только об одном: приходи ко мне во сне. Прошу, прошу, прошу... Кстати, все хотел спросить у тебя. Лет десять назад, приходила ли ты в мужском обличии? Так и не разобрался, я все боялся обознаться, чтобы ни разочаровалась ты во мне".

Ростов. Психиатрическая больница.
В кабинет врача, два санитара, ввели нового больного.
- Что тут у нас? - спросил доктор, приподняв очки.
- Вот. Менты доставили. Напал на человека, хотел убить. Несет какой-то бред. Называет себя "Возмездие". Вроде как, он - ангел, который работает на смерть и убивает грешников, - сказал один из санитаров.
- Возмездие? Очень интересно, - говорил доктор.
- Вот справка, он невменяемый. Его делом занимается следователь Кристина Иванова, она же его и привезла, - сказал другой санитар, отдавая документы доктору.
Я сидел и смотрел на все это, спокойной и внимательно.
- Зря не верите, - ухмыльнулся я.
Санитары ушли, а врач начал меня опрашивать. После беседы меня направили в палату.

Меня зовут Иван. Хочу рассказать жуткую историю которая произошла буквально пару дней назад. Я работаю охраником коперативных гаражей, охраняю их. Режим работы сутки через двое. В ночное время суток нужно ходить по теретории. Сам обьект находится на отшибе города. В принцепи у нас тут всегда тихо, но это было раньше. Так вот, заступил я на смену довольно в отличном настроении. Сменил напарника, который был весь заспаный (давно подозревают что он ночью спит а не дежурит) и растягивался во всех позах. Напарника зовут Саша, он не задержался утром когда я заступил. Просто сказав что проишествий не было он собрался и мы попрощавшись разошлись. Я на рабочее место а он домой. Вообщем день прошел скучно, я сидел в инете, смотрел в окна, пару раз прошел по теретории вот и весь день. Вечером народ стал убывать по домам. Я вышел на улицу чтобы включить фонари, чтобы было видно главные двери гаражей. Так как уже темнело. Часов в одиннадцать вечера я вышел на тереторию обьекта и прошел по ней осматривая все вокруг. Было тихо. Нечего не обычного. По телевизору шел какой то не вызывающий у меня интереса фильм и по этому я на одном сайте в интернете читал анекдоты. Уже ночью во втором часу, собаки вдруг стали лаять. Я вышел взяв с собой фонярь и дубинку, не кого рядом не обнаружил. Прислушался тоже нечего. Взяв сигарету из пачки я поднес ее к губам и щелкнув зажигалкой начал втягивать в себя дым. Стоя около своей будки я затянулся несколько раз и обратил внимание что собаки перестали лаять и смотрят в дальний ряд гаражей. Я закрыл сторожку и направился не спеша туда куда глядели собаки. Было немного стремно. Ведь на сменах мы работаем по одному.

Это началось, еще когда я в школе учился. Частенько меня задирали, ибо выделялся я среди остальных лишним (хоть в это сейчас и сложно поверить) весом, хе-хе. Мать меня в одиночку воспитывала, так как отец бросил нас, когда мне еще и года не было. Вполне возможно, что это послужило дополнительной мотивацией для наших школьных упырей. В общем, я научился отгораживать себя от всяческих оскорблений и попросту не обращал внимания на ублюдков-одноклассников.
Все изменилось, когда моя мать покинула этот мир. Рак... Ненавижу этого поганого членистоногого. Он забрал уже троих близких мне людей – сначала одноклассница, потом дядя, и теперь мама. Первые несколько дней меня не беспокоили, и я был за это чрезмерно благодарен. Все ж таки проклевывается у этих мразей иногда чувство человечности. Но это не могло продолжаться вечно.
Первой ласточкой стал день 27-го ноября. Я не сомневался, что к тому времени разговоры о смерти мамы приутихнут, но чтобы совсем уж заглохли? Этого я никак не мог ожидать. Сначала безобидные подкалывания, на которые я не обращал внимания, погруженный в собственные тяжелые мысли. Но дальше становилось только хуже, а когда меня забрали в детдом, стало совсем уж невыносимо. Издевательства продолжались, становясь все злее и обиднее, и тогда я окончательно замкнулся в себе. Школу забросил, воспитателям говорил, что иду на занятия, а сам целые дни проводил в парке либо в подвале одного из заброшенных домов. И тогда все и началось.

Отряд полиции ворвался в дом. Но копы опоздали. Их взгляду предстала жуткая картина: пол, стены и даже потолок были забрызганы кровью, а в воздухе стоял тошнотворный запах вывороченных внутренностей, сукровицы и крови, а на кровати лежали трупы мужчины и женщины. На вид обоим покойничкам было лет по пятьдесят, и на лицах несчастных застыли гримасы ужаса, смешанные с каким-то невероятным, нелепым удивлением. Лейтенант от досады сплюнул и спрятал пистолет в кобуру.
– Вызовите экспертов и осмотрите комнаты, – приказал он, вздохнув.
С этими словами лейтенант, преодолевая отвращение и тошноту, на цыпочках подошел к кровати, стараясь не выпачкать ботинки кровью. За свой век ему довелось увидеть немало трупов, но такого... Такого зверства он ещё никогда не видел! Тела были изуродованы до неузнаваемости. Каким же зверем нужно быть, чтобы сотворить такое с двумя живыми существами?
– Лейтенант, здесь еще один труп! – донесся голос из соседней комнаты. Но коп он даже не обернулся в ту сторону. А зачем? Зачем закреплять в памяти ещё одно омерзительное зрелище? Предстояло действительно сложное расследование – сложно найти какие-либо зацепки в этой кровавой жиже. Да и убийца наверняка позаботился не оставить ни малейшей улики. Лейтенант отвернулся и прошел в ванную комнату, окинул взглядом треснувшее зеркало, пятна крови в раковине... Интересно! Неужели убийца разбил зеркало и при этом поранился? «Ну, ладно, с этим предстоит разобраться экспертам», – подумал мужчина, в надежде что эксперт найдёт кровь убийцы.