Страшилка

Ночь подкралась незаметно, разбросав тёмное полотно на всё небо. Вроде только недавно было достаточно светло, приятный вечер... и буквально за несколько минут солнце пропало, уступив своё место тьме. Осенние сумерки такие — не успеешь опомниться, а вокруг уже одни фонари горят. Зимой будет ещё веселее — просыпаешься в потёмках и приходишь с работы так же. Падаешь на диван или кровать и усиленно думаешь, пытаясь что-нибудь разглядеть в окне — мне пора вставать или я только лёг?

Денис мрачно покачал головой, ёжась от налетевшего ветерка. С лавки тем не менее вставать не стал, продолжая пялиться в никуда. Деревья на детской площадке чуть слышно шелестели оставшейся зеленью, словно переговариваясь друг с другом, а в окнах близлежащих домов зажигались один за одним огни. Погода не слишком хорошая для посиделок наедине с собой, но выпитая ранее водка пока что согревает. Он пощупал карман куртки. Нет, ещё осталось немного, а он думал, что выкинул бутылку. И как не почувствовал её раньше?
Медленно достал, побултыхал перед лицом, прислушиваясь к ощущениям.
"Нужно или нет?"

Могу доверить лишь бумаге
События, что были в Праге.
Пусть по профессии я вор,
Жесток судьбы был приговор.

Туда приехал я с друзьями,
Мы были ловкими ворами,
Надеялись здесь поживиться:
За одну ночь обогатиться.

Влекло нас там лихое дело:
Хотели раскопать мы тело
На кладбище одном старинном,
Разрыть могилу дворянина.

20 сентября.
Мелкий дождь заунывно стучит по стёклам, всё больше и больше навевая уныния. Последние отголоски тёплого сентября закончились — теперь на смену пришли только слякоть и осенняя депрессия.
Такая погода, по идее, должна помогать клонить в сон, но не в моём случае. Всему виной... как бы правильнее написать... шорохи под кроватью. Возможно, кому-то это показалось бы глупостью, незначительным происшествием или просто разыгравшейся фантазией. Не спешите смеяться! Хотя кому я говорю — текст прочитаю только я сам, для этого и начал вести записи на ноутбуке. Помню, в школе и институте делал так же — формулировал все мысли, события, непонятные случаи... вдруг поможет и теперь? Поможет не сойти с ума...

Шорохи начались несколько дней назад. Сам я по натуре безбоязненный человек — люблю смотреть страшилки на ночь или прочитать жуткую крипоту перед сном. И вполне нормально себя чувствовать после. Нет, конечно, ужастики немного действуют на нервы и спокойствие, тут я чуть соврал. Идти в туалет посреди ночи, лежать, смотря в темноту, или с закрытыми глазами ощущать мурашки по коже от фантазий об ужасном изголодавшемся существе, притаившимся за занавеской — всё это, хоть и в малой форме, но даёт заряд адреналина и страха. Даёт поверить на часок-другой, что потустороннее присутствует рядом. Что может быть существует непостижимое нашему разуму и не поддающееся логике. А потом испуг пропадает и всё опять становится обыденным и скучным.

День 1
Время 09:00

Будильник не прозвенел, и я был полностью уверен, что опоздаю. Вот зараза, и что делать? Шеф из меня отбивную сделает – он хоть и неплохой мужик, но опоздания терпеть не может. Бросив взгляд на часы, я засек для себя десять минут и бросился одеваться. Так, брюки на месте, рубашка и пиджак тоже, носки… Так, где носки?? Ага, на батарее. Ух, пронесло. В последнее время у меня все из головы вылетает. Позавтракать не успеваю, ну да ничего – мне не привыкать. На крайний случай, перекушу каким-нибудь печеньем на работе. Такой себе завтра, ну а что поделать? За нерасторопность надо чем-то платить, даже если речь идет о собственном желудке.
Будучи уже полностью одетым и держа в руке папку, я глянул на часы. Так, что за не понял? Все еще 9:00? Это как так? Нет, я, конечно, быстро оделся, но ведь не настолько же. «Остановились, что ли?» - была моя вполне логичная мысль, но тут же ее прервал тихий звук секундной стрелки. Он повторился, но по моим подсчетам, не раньше, чем через секунд сорок. Так, попахивает бредом. «Ладно, потом подумаю», - я закрыл дверь на ключ и направился к лифту, который не работал. Да что ж за день такой? Пришлось чуть ли не бежать по лестнице, рискуя в любой момент либо ногу сломать, либо шею свернуть – уж больно древними были ступеньки, некоторые из которых сохранились лишь на половину.

На философии Евгений Павлович в конце урока собрал тетради и попросил минуту внимания.
- Итак, группа, это была последняя пара со мной. Теперь вести её будет другой преподаватель.
- Что? Почему?
- А вы?
- Вы уходите?
- Тише, всё объясню. Я уезжаю на некоторое время и поэтому у вас будет новый преподаватель. Скажу одно - он лучший специалист в области философии и переехал в нашу страну недавно, но уже зарекомендовал себя, как высококлассный специалист.
Группа узнала, что звать его Хендрикссон и что он прекрасно владеет русским.
По пути из политеха домой, Игорь и Стас обсуждали эту новость:
- Не верю я, чтобы к нам пришёл какой-то специалист, в наше дно, где автобус раз в неделю в район ходит.
- Всё может быть. Он же вроде кореш нашего Евгения Павловича. Вот и будет вести пока тот отсутствует.
- Ну не знаю, - Стас скептически покачал головой.

Маленькие капельки медленно и равномерно стекали по щекам юной девушки, но она их словно не замечала. Она не могла отвести полный ужаса взгляд от трупа матери. Матери, которая совсем недавно, была так любима и дорога. А теперь она лежит на сырой земле, смотря безжизненным, оставшимся глазом, куда-то ввысь.

Рядом на коленях стоял мужчина с перекошенным от боли и несчастья лицом. Он смотрел на тело обезглавленной жены, которая каждое утро готовила ему завтрак. Которая дарила ему, свою нежность и любовь, а теперь ее больше нет.

Вокруг на недавно зеленой траве, а теперь окрашенной в багровый цвет крови, лежали окровавленные человеческие части тел. Эти люди не заслужили такой жестокой смерти. Никто не заслуживает подобной смерти.
Таковыми были последствия нападения на деревню Харкхот, птицеподобных существ.
Большая часть жителей была убита. Но тем, кому посчастливилось остаться в живых не забыть этих событий никогда. Невозможно вычеркнуть из жизни гибель близких людей. Не поддается описанию страх, который пришлось пережить.

— Лиза... Мне здесь не нравится... Давай уйдем отсюда? Пожалуйста...
— Мы не можем уйти сейчас. Сначала нам нужно навестить Олю.
— Ты так говоришь, будто она все еще жива!
— Почему тебе так не нравится кладбище? Тут же тихо, спокойно... Да это же обычный лес, просто с могилками и крестами над землей!
— А я боюсь не того, что над землей, а того, что под землей...
— Боятся нужно живых, а не мертвых!
— Ну и что?! А ты... А ты...
— Тихо, не то потревожишь покой здешних душ.

Шестнадцатилетняя Лиза была еще подростком, который не мог принимать решения самостоятельно, но ей приходилось. После смерти ее сестры Ольги, которую сбила машина, ее отец стал много пить и наплевал на оставшихся детей — Лизу и двенадцатилетнего Дмитрия или, как его называла сестра, Мидя. Мидя не очень любил кладбища, заброшенные места и тому подобные «ужасы», и всякий раз, когда Лиза вела его на могилу к Оле, он сопротивлялся и закатывал истерику.

Каждый из нас знает, какие вещи можно хранить в папке "Секретно", не раскрывая даже самым близким. Для кого-то это ужасный секрет, внеплановая беременность, или даже заработки. А для меня эта работа. Которая каждую ночь разъедает во мне что-то, заставляет чувствовать ужасный страх и смятение, капли пота стекающие от висков к подбородку.
Я могла бросить все это. Уехать куда-нибудь к морю, купить там маленький домик и завести пушистую собаку, которая каждое утро приносила бы мне свежую газету. Но кто отпустит меня? На мое место не придет человек, если он умеет здраво мыслить и не слышит голоса по ночам. Но второй случай к нашей работе относится прямым образом.
Телефонный разговор. Линия поддержки. Но можно ли назвать это правда поддержкой?
Все они уже не существуют в реальном мире, возможно, даже в этом времени. Их голоса хрипят, они пытаются что-то объяснить мне, но я не слышу ничего, кроме биения своего сердца. А потом Они просят помочь. Но что я могу сделать, еслт мне уже самой пора лечиться туда, к ним?
У нас есть свои правила. Как и на каждой работе, верно? Хотя что мне знать про другие работы, если я даже ничего не знаю про другую жизнь. Не по другую сторону провода.
Есть особенно тяжкие случаи. К ним нужно относиться как можно осторожней. В такие моменты я стараюсь не сдать то, что не верю ни единому их слову, хочу просто сбросить трубку, но из этого исходит наше правило номер один:никогда не бросай трубку, если они сами не разрешили.

Семья Карповичей жила на деньги Марии Карпович, учительницы в политехе. Дмитрий Карпович нигде не работал, а лишь пьянствовал. Очередной запой случился 8 декабря, когда он встретил своего друга Валеру. Валера был полным мужчиной с лысеющей головой и с вечно подбитым глазом, то правым, то левым, но это не мешало его глазкам озорно блестеть. Его манера была, вечно сплёвывать при каждом предложении, сидя на лавочке у друга. В тот день Валера истосковавшись сидеть дома, пошёл в магазин. Наверно, единственным занятием было ходить в места скопления народа, авось встретишь кого знакомого да и новостей узнаешь. Дима как раз шёл, купив очередную порцию у Щепкиной Светы, продавщицы местного магазина. Водка была единственная его отрада. Мария была вечно занята работой, школой, учениками, а он тем временем хлестал водку и жаловался всем, что судьба у него горемычная. Мол и баба его не любит, и хозяйство он один ведёт. Хотя все знали, что он пьяница и хозяйство запустил. А Мария совершила непростительную глупость, выйдя за Диму замуж. Этот человек оказался простофилей и пьяницей. В итоге не познала она счастья женского: вечно крики, ругань и ссоры.
"Видеть его больше не могу" — с этих слов начинался почти каждый день. В итоге, каждый жил для себя хоть и под одной крышей. Валера встретил Диму, и они вместе пошли к Валере. В очередной раз Дима посетовал на жизнь, а Валера налив другу сказал:
— Бабы это зло, выпьем же водочки.
Так они нажрались, и не было сил ни у одного встать.

Ал: - Ты тепло оделась? Там холодно.
Г: - Разумеется.
Ал: - Вот мы и проверим.
Г: - А далеко место назначения?
Ал: - Ну-у-у... в другой город... часа три или четыре ехать.
Г: - Алекс блин! Ненормальный! А предупредить нельзя было?
Ал: - Да ладно тебе, тебе понравится.
Г: - Ну посмотрим.
Ал: - Ладно, тогда пошли.

Благо остановка рядом с домом. Мы решили занять места в самом конце салона, так как ехать нам было далеко, то оставалось только поспать наверно... ладно, я всё равно не спал уже довольно давно и меня и так уже выключает...