Страшилка

В один старинный городок,
Минуя множество дорог,
Весной приехала рок-группа
С названьем мрачным "Сердце трупа".
Концерт. Собрался полный зал,
Но только зазвучал металл,
С любым, кто в зале был тогда,
Случилась страшная беда.
Под звуки жёсткие гитар
Творился подлинный кошмар,
И обернулись все в зверей:
Волков, баранов и свиней.
Визжали, выли и скакали,
Так жадно выпивку лакали.

Эта странная мистическая история приключилась со мной 13 июня. В этот день стране был официальный выходной и я решила воспользоваться поводом и подольше поваляться в постели. Моя семья уже встала и копошилась в других комнатах. Сквозь дрёму я услышала, как пришёл в комнату муж. Он, как обычно, стал делать мне массаж ног, но я же хотела чтобы он помассировал мне стопы.

Меня напрягло то, что я (неожиданно!) не могу сказать ему об этом - и тут до меня дошло, что это вовсе и не муж, хотя все его манеры были скопированы до мелочей. Испуга не было совершенно: я просто перехватила руку, которая меня разминала. Рука не сопротивлялась. Я стала медленно её ощупывать: небольшая ладошка (скорее детская), небольшие остренькие ногти, но запомнилось больше всего, что тыльная сторона ладони была очень шершавая. Я попыталась привстать и рассмотреть хозяина руки, но вязкая пелена перед глазами не давала мне это сделать. Руку я отпустила, но из-за интереса ещё раз её взяла и ещё раз убедилась, что она шершавая. После этого я задремала.

Моросил противный дождь, настроение было такое же противное, как и погода. Я шел домой с работы, старательно обходя лужи. Было темно, кроме меня на улице никого не было, все решили поехать на транспорте, и только мне пришла в голову идиотская мысль, пройтись пешком сэкономить на проезде и подышать свежим воздухом. В темноте гулко разносились мои шаги, идя вдоль высокого забора, я думал "Для чего я работаю, чтобы экономить на проезде, а для чего я вообще живу, жизнь бессмысленна, особенно когда в ней нет цели". Дойдя до единственного светившего фонаря, который к тому же еще и противно скрипел на ветру, я остановился и решил вызвать такси, достал смартфон, но сети не было, машин тоже. Я плюнул в сердцах. Вспыхнули фары, и ко мне подъехал автомобиль, стекло опустилось:
- Подвести? - спросил сидевший за рулем мужчина средних лет, на лице, которого была надета маска
- Да, до Яхтенной сколько?
- Пятьсот рублей
- Чего так дорого?
- Ну не хотите ехать, стойте дальше.
- Ладно, поехали.

В небольшом городке Эридан, что близ города Аркона. Проживал отставной военный Гомель Гамильтон, широки были его владения земельные. Женат он был на простой крестьянке Марии. Было у них трое сыновей. Жила семья в достатке и роскоши, не обделял Гомель вниманием и крестьян, что работали на землях его. С заботой относился он к ним.
Восхвалял Гомель господа бога, благодарил за жизнь безбедную, за жену красоты царской, за здоровых сыновей и преданных крестьян Эриданских. Не скупясь возвел Гомель церковь в Эридане, по образу Вавилонскому. Златы купола, арки широки, потолки высокие, колонны массивные.
Каждый воскресный вечер ходил он в церковь, молился господу о благополучии его семьи и чтоб послал ему господь дочурку.
Услышал бог, мольбы Гомеля, сбылась мечта его заветная, родилась у него дочь, назвал он ее Гаттой.
Возблагодарил он господа, за дар небесный и закатил он пир знатный да великий. Семь дней гулял и радовался Эридан. И в понедельник от усталости и сытости уснул весь местный люд.
Росла Гатта, девочкой раскрасавицей, живой, озорной и задорной. Баловал ее отец пуще принцессы заморской. Братья бравой стеной охраняли, свою младшую сестренку.

Актера гений многолик,
Но как бы не был он велик,
Запомнить следует вам впрок:
Там где талант, там и порок.

Джек Дэвис был актер от Бога,
Сердец игрою тронул много,
Ведь на подмостках театральных
Играл он в пьесах гениально.

Когда кончались представленья,
Актера ждали развлеченья:
Джек гостем был тех злачных мест,
Куда идут, снимая крест.

Я вырос в самом сердце Харви-Лейн. В большом доме с безупречно симметрично подстриженной лужайкой и идеально выкрашенными оконными рамами. Вы никогда не сможете представить себе людей настолько же предупредительных, как жители нашего города. Если в стене вашего дома начал шататься кирпичик, они сразу придут, и предложат помочь с починкой. Если ваша собака потеряется, весь район будет искать ее. А стоит вам простудиться, на пороге вашего дома, как по волшебству, возникнет сосед с дымящейся кастрюлей куриного супа.
Это сообщество наполнено добротой и сердечностью.
Так всегда говорит моя мать. В ее мире – нашем мире – не было таких слов, как злость и ненависть. Последняя явно и вовсе не существует в Харвилле

Город кажется совершенным, но мне совершенно не нравится здесь жить. Я ненавижу его внешнее благополучие, потому что в глубине души понимаю, что люди не могут все время быть настолько счастливыми и дружелюбными. Я, например, точно знаю, что не могу. Больше не могу с тех пор, как отец оставил нас с матерью всего за день до моего 14-летия. Не попрощавшись и не объясняя причин. Мое последнее воспоминание о нем – большая ссора между ним и мамой. Я не знаю, о чем они говорили. Знаю только, что все, что мне от него осталось, – это грохот захлопнувшейся входной двери.

«Наибольшим милосердием в нашем мире, я полагаю, является неспособность человеческого разума сопоставить воедино всё, что он в себя включает. Мы живём на безмятежном островке неведенья посреди чёрных океанов бесконечности, и нам не следует заплывать от него слишком далеко. Науки, каждая из которых устремлена в своём направлении, до сих пор не слишком вредили нам; но когда-нибудь объединение разрозненных обрывков знаний откроет нам столь жуткие горизонты реальности и нашего ужасного положения в ней, что мы либо сойдём с ума от этого откровения, либо постараемся скрыться от смертоносного света познания во мраке нового средневековья».
Г.Ф. Лавкрафт

Это произошло мгновенно, без предпосылок. В первый же час от человечества остался один миллиард. Государства смогли функционировать ещё два года. И всё это время в тайных лабараториях учёные ломали голову: что это? Ответа не было. Было лишь ясно - это не вирус или какие-либо известные И даже когда люди находились в герметических бункерах акты заражения продолжались. Вскоре, мало кто стал задумываться о природе всего этого, ведь важнее всего было сохранить свою жизнь! Но всё же оставались лабаратории, в которых учёные чщетно пытались докопаться до истины. Но всё равно, вся инфраструктура окончательно пала и последней официальной информацией о выживших было: один миллион.

Уже не прикрывая уши руками и привыкшие к такой громкости, мы стояли у первой двери. Через мгновение после объявления, в двери что-то щелкнуло, и она слегка приоткрылась. Кромешная темнота царила в этой комнате, лишь слегка виднелся пол, освещаемый светом из коридора. От непонимания мы переглянулись. Неужели там и вправду какое-то жуткое испытание? Я стоял, молча возле Аманды.
- Ну что, кто пойдет первым? – Послышался голос Шеран позади всей группы.
Все сразу же взглянули на Тома. По его виду было видно, что у него сердце в пятки ушло. Бледный, трясущийся мужчина стоял бездыханно, и было видно, что он сейчас рухнется в обморок.
- Он не пойдет! – Громко и настойчиво сказала Фелисия.
- Какой храбрец! – Так же громко ответил Бил. – Кричал, что это все ерунда, что Роберт все придумал, что он первым зайдет в дверь, а теперь трясется как юнец перед первым свиданием.
- Мистер Ферлонг, попрошу не трогать моего мужа! – Она скрестила руки.
- А то что? Он расплачется? – Сказав это, Бил начал хохотать.
- Послушай меня, скотина! Я...

Представьте чувство, словно все, все что было прежде и будет впредь, резко пропало, пропало бесследно, осталась лишь тьма, пустота, безграничная тишина, что может свести сума, но в тоже время успокоить своей безнравственностью, в такую ситуацию попал и наш главный герой этого произведения - Даниэль, он мечтал о многом, о невероятных высотах, а мечте, что сбывшись сделала бы его счастливым, и никак не думал, что все кончится так быстро, не успел моргнуть и глазом он, как потерял все вмиг и вот сидит он в пустоте бескровной, думая лишь о том, что могло бы быть и чего не будет более.

Наверняка вы не понимаете где находится и что происходит с Даниэлем, но правда в том, что он нигде, и не происходит с ним ничего, очутившийся в бесконечной тьме, он не видел ни солнца, ни луны, лишь неизвестным блеклым светом освещенное здание, что было так же пусто, но почему-то Даниэль стремился что-то найти, а точнее - кого-то, кого-то, кто вытащил бы его отсюда, кого-то, кто осветил бы всю эту кромешную тьму, кто подал бы руку помощи, что он не отпустил бы никогда, он не знал кто это и существует ли в этом мире вообще кто-то, кроме него.

Жил на свете Иванушка. И весил он 150 килограмм. Решил он отправится за тридевять земель. Вспрыгнул на своего конька. И стали потом звать конька - Горбунком, а Иванушку - Дурачком.

Оторвал раз Иванушка Кащею яйцо. И стал потом Кащей Бессмертным, потому, что без яиц ему жизнь вечностью показалась.

Жила-была Василиса Премудрая, но мужики ее не любили, а любили Елену Прекрасную. И состарилась она в одиночестве и стали ее звать Баба-Яга, а дружил с ней только Кащей, потому что ему все равно было.

Жил-был царь. И была у него дочь Hесмеяна. А звали ее так, потому что муж ей пасть зашил, чтобы не доставала.