Страшилка

Произошло это со мной в прошлом году, 17 февраля...
В коридоре у нас всегда горел свет...
Родители поссорились и с расстройства я не знала что делать, вызвала Пиковую Даму.

Сижу 10 минут - ничего, 20 минут... тоже ничего. Ладно, легла спать и оставила дверь слегка приоткрытой. Смотрю на стену и вижу как ко мне приближается чья-то тень, вышла в коридор - никого. Подумала, мама просто мимо проходила, успокоилась...

Смотрю снова та же тень, только уже ближе ко мне, тут я решила включить свет, только мне не пошевелиться - будто кто-то держит меня. А эта тень все ближе и ближе... Я резко вскочила с кровати и включила свет - опять никого нет... Выключила свет, легла - опять та же тень, только уже над моей кроватью. И тут я начала задыхаться...

Услышав мои вопли, прибежали родители - и она исчезла... тень исчезла, просто испарилась...

7 лет назад умер мой родной брат, ему бы могло исполнится 24 года. Мама очень сильно плакала, я никогда не забуду её крик... Максим редко приходит к нам с мамой и бабушкой во снах, у него мало времени (это я знаю из своего сна: мы с мамой очутились на небе, там нас встретил странный... человек вроде бы... я сильно рвалась к брату, но человек не пускал меня, он говорил, что у него много работы, что он занят...) но несколько раз мы встречались. Сон, про который я расскажу, приснился моей маме.

Около года назад одновременно попали в больницу мой дядя и мамина подруга - тётя Галя. Мама сильно волновалась за обоих, но так как она очень много работает, у неё не было возможности часто навещать их. Однажды ей приснился сон. Они с Максимом разговаривали. Она рассказала брату эту ситуацию. Максим сказал тогда ей: "Тётя Галя выкарабкается, не волнуйся за неё, а вот дядя Вова..." - брат молча покачал головой...

Вот и тётя Галя, и дядя Вова выписались. Дядя Вова решил почему-то покататься по миру, хотя родные говорили, что ему нужно до лечиться. В середине октября этого года дядя умер в больнице...

1866, Эль-Рио. Совсем недавно завершился конфликт, который навсегда войдет в историю США и будет именоваться "Гражданской войной Севера и Юга". Главный герой, уже не юнец, в прошлом солдат Союза, служивший под началом У.Т.Шермана, а затем У.Гранта, а ныне - простой работник по найму, каких на крайнем юге Дикого Запада полным полно, в последнее время ничем не занимающийся, если, конечно, не считать занятием каждодневное просиживание в кабаке с добрым бутылем текилы.

И этот день для Гарри был совершенно обыденным, во всяком случае относительно... Он, уже почти пропив все заработанное ранее (т.е. до того, как начал опускаться и потерял всякий смысл жизни) решил пустить все оставшееся у него имущество (он даже продал свой старый кортик, подаренный ему когда-то отцом, оцененный впрочем в 55 центов) с одной лишь целью - напоследок набить желудок всякой всячиной и... если повезет, умереть от отравления рвотными массами. Смерть, достойная героя, не правда ли? - Нет. Но наш герой думал иначе.

Встал он очень рано, на рассвете, так как больше 6 часов спать физически не мог, голова его трещала, в ушах звенело, в животе.. урчало. Гарри подумал: "Неплохо было бы подкрепиться!"

Забыл сказать, у Гарри не было постоянного места жительства и он снимал комнату в том самом кабаке, который служил ему и домом, и местом, где он в хорошей компании себе подобных заливал глаза. Да и вообще, у него не было более никакой отрады в жизни, кроме... бутылки. И он нашел свою истину - на ее дне.

Смерть пришла к Ниточкину в самый неподходящий момент, когда он только-только начал писать комментарий к посту своего френда. Его руки на секунду зависли над клавиатурой... и тут сзади донеслось: "Пойдем со мной". Не спавший третьи сутки Ниточкин замер. Как может что-то звучать сзади, если колонки - вот они - спереди?

- Допрыгался, - подумал блоггер, тряся отупевшей за компьютером головой, - слуховые галлюцинации начались. Надо все-таки спать иногда.
- Пойдем со мной, - не хотела сдаваться галлюцинация.

Ниточкин обернулся. После монитора комната выглядела какой-то плохо прорисованной. "Миру не мешало бы заменить видеокарту", - мелькнула мысль и тут же испуганно исчезла - на расстоянии двух шагов маячила черная фигура с сельскохозяйственным инвентарем, название которого почему-то выветрилось из головы, на плече.

- Ты кто? - сфокусировал красные глаза Ниточкин на фигуре.
- Я - Смерть, - торжественно ответила та.
- Смерть, говоришь? - развернувшись к компьютеру, потенциальный покойник снова застучал клавишами, - а как правильно набирать: "smert" или "death"?
- Чего? - слегка растерялась гостья.
- Ну, как набирать, спрашиваю?
- Зачем меня набирать? Я уже здесь. Я сама прихожу, когда нужно. Я - Смерть, - с вернувшейся торжественностью заявила черная фигура.
- Слушай, родное сердце, должен же я посмотреть, с кем дело имею - с кем дружишь, о чем пишешь? - попытался объяснить Ниточкин.

А вот и новая смена!
Дети радостно крича и смеясь бегут туда-сюда.
Старый охранник грустно качает головой.

Дети чуть не прыгали от счастья. Но была грустной Юля. Она смотрела на всех исподлобья. Дети как будто не замечали маленькую черноволосую девочку с большими черными глазами. Толкали её, кричали прямо в ухо и сбивали с ног. Даже вожатые не заметили девочку.

Она выбрала в комнате кровать. Вдруг вбежала другая девчонка и заняла её кровать. Юля в ужасе запротестовала. Как она посмела? Так нельзя! Юля уже заняла эту кровать! Но девочка стала распаковывать вещи, не замечая Юлю.
Черноволосая невидимка только вздохнула и заняла другую кровать. Вещей не было совсем, Юле они были не нужны.

Затем все пошли на обед. Юля только успела съесть суп, второе у нее забрали из-под носа и сколько она не кричала, ей не дали порцию. На прогулке, когда все играли в футбол, её чуть не растоптали.
Девочка звонила маме, но она не отвечала. Юле хотелось умереть.
Целую неделю она провела как в аду. Но потом познакомилась с мальчиком Никитой.

Как-то раз во время путешествия по Швейцарии знаменитый автор Шерлока Холмса Артур Конан Дойл задержался в маленьком отеле под названием "Шваренбах". Это была довольно странная и мрачная постройка. И сам городок был наполнен какой-то пасмурной атмосферой, побудившей писателя сделать отель местом своего нового криминального рассказа. Его сюжет родился сам собой и требовал лишь небольшой доработки.

Главным героем должен был стать хозяин маленькой мрачной гостиницы, затерянной в горах Швейцарии. Гостиница редко посещается людьми, и хозяин постепенно разоряется. Жена его умирает. Единственный сын убегает из дома, и след его затерялся. По мере того, как хозяин опускается, гости все реже задерживаются в гостинице. Наконец, в минуту отчаяния хозяин дает клятву, что убьет первого гостя, который решится у него заночевать. Проходит много недель, прежде чем удается выполнить клятву. В убитом молодом человеке хозяин узнает своего сына.

Сюжет был мелодраматичным и малоправдоподобным, но ум писателя снова и снова возвращался к нему. Бродя по городу и обдумывая подробности, Конан Дойл наткнулся на библиотеку и, чтобы скрасить вечер, взял томик рассказов Ги Де Мопассана. Каково же было его удивление, когда вечером он нашел свой рассказ уже записанным и опубликованным Мопассаном! Замысел рассказа, детали - все было идентично его грезам. Однако настоящее удивление и даже мистический страх он почувствовал тогда, когда узнал, что Мопассан останавливался в том же самом отеле "Шваренбах", в котором жил он.

Поздно вечером после киносеанса в поселке мы дружной компанией возвращались домой - в другой поселок. Решили срезать путь, пойти не в обход по дороге, а напрямую через железнодорожный мост. Он хотя и не приспособлен для пешеходов, но, если аккуратно переступать со шпалы на шпалу, то вполне можно перейти.

У моста все остановились, чтобы переждать поезд, шум которого уже был хорошо слышен. И тут моя молодая жена (а мы только-только поженились) схватила меня за руку и, смеясь, предложила: "Давай проскочим?!" Я не успел даже подумать, как она рванулась на мост. Я за ней...

Было страшно. Между шпалами в просветах блестела вода протекающей далеко внизу реки. Загудел набегающий сзади состав. И тут жена поскользнулась и провалилась между шпал. Я только успел подхватить ее, а вытащить уже сил не хватало...

Слышал, как друзья кричали мне: "Прыгай! Прыгай!" А куда прыгать? Высота моста более десяти метров, и внизу - мелководье и камни. И жену не бросишь... А поезд, не снижая скорости, уже влетел на мост и гудит, гудит...

Пробуждение наступило так внезапно, как будто на меня вылили ведро холодной воды. Я подскочила на кровати. Стягивавшие меня ремни исчезли. Видимо ночью приходил тот же противный врач и освободил меня. Правда, было до сих пор не ясно, насколько долго продлится моя «свобода».

Встав с кровати и подойдя к зеркалу, я долго разглядывала помятую больничную пижаму с темными следами ремней. Глядя на отражающее стекло с сальными следами, я снова и снова пыталась вспомнить - кто же я? Я так долго смотрела на саму себя, что перед глазами поплыли желтые круги и наконец, оставив это бесполезное занятие, я решила осмотреть больницу.

Подойдя к двери, я изо всех сил толкнула её. Дверь легонько скрипнула, и нехотя отворилась. Я никак не ожидала того, что меня не запрут или хотя бы попытаются помешать моим свободным перемещениям. Сначала, я несколько минут вглядывалась в темный коридор, но все было тихо. «Как там говориться? Налево пойдешь коня потеряешь? Ну что ж, терять мне нечего". И я спокойно покинула палату и вышла в длинный коридор с двумя рядами одинаковых дверей.

Я, не спеша, шла вдоль него. Мои шаги гулко отпрыгивали эхом от белых стен, время от времени откуда-то слышался стук капающих капель, но, несмотря на это, все было тихо и спокойно. Я оглянулась. Дверь моей палаты была чуть-чуть приоткрыта, так, как я ее и оставила. Спокойно выдохнув, я двинулась дальше. И тут, впереди что-то изменилось...

Два года назад я считал, что мне круто не повезло с машиной. Предыдущая мне практически никаких хлопот не доставляла, а эта - что ни день, то подарочек. То одно, то другое, причем без всяких причин. Автомеханики в мастерских только руками разводили: никаких причин найти не могли. И как всегда в таких случаях, предлагали делать одну замену блоков за другой. Я покупал, менял, но бесполезно. Больших материальных потерь мне это не приносило, так как снятое тут же уходило шурину, машина которого давно уже пережила саму себя. И тем не менее, его старушка пахала вовсю, а снабженная "непригодными" частями моей машины - молодела на глазах. А я, к примеру, новый замок зажигания поставлю - через неделю опять халтурит, а у него мой старый, вообще отказавшийся служить - на пять баллов!

Уж какими только словами я ее не крыл! "С..., - говорю, - ты долго надо мной издеваться будешь? Меня от тебя с первого дня тошнит! Лучше бы я свою старушку оставил - ведь верой и правдой служила - так нет, позарился на молодуху. У, уродина!" - и еще ногой по колесу пну.

Однажды ехал я со своей знакомой, опаздывали, дождь проливной шел, дорога плохая - не погазуешь. И начала моя "Лада" фортели выписывать. После каждого светофора глохнет и еле заводится, рычит, скачет как лягушка. Я озверел просто. Покрыл ее всеми словами, которые только на ум пришли. А она совсем встала. Стою в единственном ряду, где поворот разрешен, тронуться не могу, сзади очередь собралась, гудят, меня матерят, а я что могу?

И тут моя знакомая говорит: "Хорошо еще, что она замки в дверях не ломает, чтоб ты сесть в нее не мог, чтоб духу твоего поганого близко не было. Да она же тебя просто ненавидит!"

У меня умирал муж БАС - кто знает что за болезнь поймет. И снится мне сон - лето, полдень, маленькая речушка, поросшая по берегам кустиками и небольшими деревцами, я стою лицом к речке и чувствую, что за спиной кто-то есть...

Этот кто-то меня поднимает в воздух и я медленно лечу над речкой, очень приятное чувство полета, ветерка... И мне так хорошо, но я решила оглянуться и увидела над собой 3 фигуры в черных плащах: лиц не видно из-за капюшонов, руки раскинуты (их тоже не видно) - они летели со мной как самолеты в спарке, но как только я оглянулась, мой полет окончился.

Медленно я опустилась прямо в речку, вода чистейшая, прохладненькая, мне по щиколотку. Я лицом в ту сторону откуда прилетела, а мои ангелы полетели дальше. Проснувшись, чувствовала себя так, будто избежала огромной опасности, но было еще и огромное сожаление, что не полетела с ними дальше...