Страшилка

- Какие длинные у тебя грязные ногти! Посмотри, какие у меня, ровненькие, подстриженные, - говорит девочка своей подружке.
- Я тоже хочу такие красивые ногти! - закапризничала девочка.
- Хорошо-хорошо, - ответила малышка. - У тебя есть ножницы?
- Да, только садовые. Им мама растения стрижет.
- Вот видишь, Вика, даже за деревьями ухаживают всегда, а ты за своими ноготками даже не ухаживаешь, стыд и срам.

Побежала девочка за ножничками в сад и быстро вернулась с ножницами назад.
Ножницы большие, красивые!
- Давай-ка сюда ручки! - говорит ей девочка и нажала на ножницы, которые принесла девочка.

Риту опять уволили с работы. Опять конфликт с руководством. Приехав в Москву три года назад, она так и не смогла смириться с вечной должностью "помощник руководителя". Ведь в своем городке она была "звездой". Рита была уверена, что достойно намного большего. Правда образования у нее не было, языков она не знала, но у нее было главное - уверенность. Уверенность а том, что она сама должна быть руководителем и не менее. И она не намерена тратить свое время на придурков, которые этого не понимают. Так она и сказала своему непосредственному руководителю, швырнув заявление об уходе ему в лицо.
"Да пошел, он и работа эта, буду искать руководящую должность или зам. директора минимум", - размышляла Рита, направляясь к метро. Она взглянула на относительно дорогие швейцарские часы, пусть и не золотые, а позолоченные. Подарок от бывшего поклонника. Они встречались пару месяцев. Он бросил ее тут же, как Рита заикнулась о серьезных отношениях.
Время было уже 11.30, но она особо не спешила. По дороге она купила себе две бутылки дешевого "Советского шампанского", одну усосала прям в сквере, возле работы. Вторую допила в процессе путешествия от сквера до метро. Настроение заметно улучшилось. А вот и метро. Она рылась по карманам и в сумочке, пытаясь найти карточку на 20 поездок. Но та, как назло, куда-то запропастилась. Вдобавок она ободрала о ключи перламутровый лак на ногте. Но это не испортило ей настроение. А вот и карточка нашлась.

Маша любила смотреть, как в зеркало красится ее мама.
Какая же она становилась красивая, просто загляденье.
И Маша решила тоже накраситься, чтобы выглядеть еще лучше, еще краше, чем мама!

Но мама всегда тщательно прятала от шестилетней дочери всю косметику, чтобы девочка не испортила ее.
Тогда Маша решила позвать котика и спросить куда прячет мама косметику.
Он только мяукал, прося молочка, не понимая, что от него хочет девочка.
- Ага, не хочешь говорить, противный котик! - заплакала девочка. Пошла на кухню, котик за ней.
Маша взяла ножик и отрезала котику хвост.
Так, макияжная кисточка готова!
Котик жалобно замяукал, и забился под стол.

Где-то...
За игральным столом сидели двое. На глянцево-черную, отполированную поверхность мягко легли карты. Один из игроков бросил "кости", кубики весело "запрыгали" по столу. Остановились. Согласно выпавшим знакам в ход пошли фигурки...

Майами, штат Флорида, США, наши дни.

Их было четверо, Джейн, Макс, Тедди и Джоанна. Обычные среднестатистические подростки. Тедди и Макс братья-ровесники, обоим по 19 лет, не близнецы, но внешне похожи. Высокие, длинные светлые волосы, светлые глаза, загорелая кожа и "подкаченная" фигура. Типичные сёрфингисты-любители. Любители весь день пошляться по пляжу с "короткой" доской под мышкой, типа "зацените, чиксы, какие мы спортсмены", тока волну ждем... Короче обычные понтовщики. Но в этот уик-энд братьям повезло - им удалось подцепить двух туповатых девиц из Нью-Джерси, которые приехали в Майами к каким-то дальним родственникам в гости.

- Призрак Радар. Скачать. - Щелкнул Тимур по экрану недавно купленного ему родителями телефона. Стоил гаджет порядком тысяч десять-одиннадцать, чем он чертовски гордился. Однако Даниил быстро усмирил его, сказав что с его руками даже Nokia 3310 сломается минут эдак за десять. Не поняв смысла, обладатель сотника попросил все разжевать и подать. Не деликатничая Владислав объяснил, что у нормальных людей руки из плеч растут, а Тимур наш "родом с Чернобыля, потому вместо мозга - орех грецкий и руки-крюки из другого вообще места отрастают".
- Ладно. Пошли лучше на фабрику. - мигом перевел Тимка тему. Там при-и-израки водятся.
- Ты первый. - сразу отошел Влад.
- Эге-ге! Много захотел! - начал отпираться подросток с телефоном.
Хмыкнув Даниил повел всех. Путь на старый завод был всем. Желая подшутить над маленькими третьеклассниками, Вика и Лена повели их туда, обещая приключения. И устроили. Объявив, что мальчики должны заступаться за девочек, они пошли в конце своеобразного строя, а потом спрятались. Когда маленькие начали их искать, бабы выскочили и завопили что есть мочи. Все бы ничего, да после этого один пацаненок заикаться стал.

Там была клетка. Она выглядела так, будто какой-то зверь очень долго пытался выбраться. Бился о стены, грыз толстые металлические прутья. И это сказалось на клетке. Прутья, дно и потолок были покрыты пятнами крови разной степени давности. Прутья были исцарапаны. На стальном дне клетки лежала смирительная рубашка. Вся в крови. У клетки в луже крови, которая казалась особенно алой на белом полу, лежал выпотрошенный труп девушки, который я уже пыталась разбудить в одном из снов. Дальше была небольшая могилка вымощенная камушками, которые мы с Евкой подобрали у дороги. На самодельный крест из веток опирался плоский камень, на котором мелом было написано: "Муська". Это писал... это писал Миша. Он был в старшей группе. Там учили писать. Я... я не знаю, откуда я это знаю, но чувствую - это знание было где-то рядом с пониманием, где в квартире кухня и кто та девушка в коридоре. Маша, Машенька. "Маш, подай соли". - Это говорил кто-то из моих снов. Папа. Я шла думая о том, почему в последнее время своих родителей не считаю родными себе. Не знаю. Это чувство находилось на грани всего. На грани разума, интуиции, подсознания, инстинктов. На перепутии четырёх дорог. Я дошла до клетки. За мной всё время плелась девочка.

Кира спускалась по многочисленным ступенькам метро. Рабочий день выдался хуже некуда, она была ужасно вымотана. Глаза болели, а ноги как вата. Вытерпев все издёвки начальника, Кира приняла решение написать заявление об увольнении. Терпеть это было уже невозможно. Только есть проблема: у Киры не осталось ни шиша. Ее молодой человек, с которым она прожила уже как 3 года, свалил от нее, не вытерпев ее исчезновения на работе. Родители уже 5 лет живут в Крыму, а машину Кира продала, чтобы сделать ремонт в квартире. Да кому сейчас он нужен этот ремонт, если в квартиру некого привести? Вот и приходится добираться до работы своим ходом.

Взяв жетончик в кассе метро, Кира проскочила через металлоискатели и помчалась ждать поезд. Сейчас хотелось только одного: прийти домой, принять горячую ванну с пеной, выпить абсента и заснуть в теплой постели, дня так на 3. Глаза уже слипаются. Кира уселась на лавочку, опустила голову на грудь и не заметила как уснула.

Киру разбудил громкий звук закрывающихся дверей. Открыв глаза, она посмотрела по сторонам. Свет горел, повсюду никого, двери, которые вели к спуску в метро, были закрыты. Девушку охватила паника. Она поднялась и направилась к закрывшимся дверям, оставался очень маленький кусочек надежды, что двери не заперты на замок. Кира дернула за ручки. Тщетно. Двери были закрыты и причем довольно крепко.
- Видимо здесь я проведу остаток своей жизни. Одинокая, безработная, еще и ни копейки за душой нет. Отлично! - Кира издала легкий смешок, снова села и задремала...

Дорогой читатель, я хочу поведать тебе один невероятный, но не выдуманный случай из моей жизни. Я не берусь утверждать, что именно произошло в ту летнюю ночь и с чем нам пришлось столкнуться, а просто расскажу тебе все так, как было.

Мне было пятнадцать лет. Мой друг - имена выдуманы, ибо настоящих имен своих друзей детства я, по понятным причинам, раскрыть не могу - Стас занимался спортивным ориентированием и вечно ездил на соревнования от нашей школы. Он коллекционировал фонарики и всегда носил парочку с собой. Его походная куртка, по сути, являлась одним большим карманом, молния, которого располагалась на груди. В его коллекции были и большие и маленькие фонарики, в общем - на все случаи жизни. Мы с друзьями: Игорем, Стасом и Дэном, любили пошатать друг другу нервишки, рассказывая темными вечерами истории, выдуманные на ходу, от чего, рассказчику становилось не менее жутко, чем слушателям. Помню как Стас, посмотрев фильм "Полтергейст", стал пересказывать нам сюжет и мы, глядя безумными глазами, друг на друга, боялись даже пошевелиться. Именно в тот день, основательно нас припугнув, Стас и предложил такую забаву, как набрать еды, стащить из дому какую-нибудь клеенку, чтобы было на чем умоститься, да пойти в открытый подвал его дома. Мы дружно кивнули, разошлись по домам, взяли все необходимое и встретились у его подъезда. Стас раздал нам по ручному фонарику, сам же, нацепил на кепку туристический. И вот, завершив все приготовления, поправив лямки на рюкзаках, проверив фонарики и поиграв с регуляторами яркости, мы вошли в подъезд.

В следующую минуту он подхватил меня на руки и начал кружить. Я звонко смеялась и понимала, я нужна ему. Мой малыш нужен ему. Наш малыш.
От одного упоминания про-то, что мой ребёнок пострадал от рук Силин, мне стало плохо. Смех резко пропал и сейчас слёзы подступали к мои глазам. Заметив это, Жак остановился.
- Что случилось, Кайли?
- А что, если...
- Не говори загадками.
- А что, если малыш пострадал в тот момент, когда Силин протыкала меня ножом? Что, если она ранила и его, но его раны зажили? - с этими словами мой голос оборвался. Я наблюдала за лицом Жака.
В его глазах появилось чувство страха. Зрачки расширились. Сложно сказать о чём он думал, но его лицо чётко выражало душевное состояние. Я заметила это давно.
- Если это так, то... - я чувствовала, что Жак сжимает кулаки. Страх менялся на гнев, - ей не жить! - с этим криком он развернулся и разбил мирно стоящую вазу в углу кухни. Сейчас он злился, злился не на шутку.

В палату входит мужчина пятидесяти лет. На нём белый халат и улыбка до ушей. Волосы зачёсаны назад. У него приятный парфюм. Такое сложно не учуять, учитывая моё происхождение, и мои способности.

- Больная очнулась.
- Здравствуйте, доктор... - шепчу я, так как говорить мне очень и очень тяжело. Его добрый взгляд переменяется в грозный.
- Лучше тебе сейчас не говорить, не вставать. Полностью постельный режим. Я знаю, что твои раны уже скоро затянутся. Она вколола большую дозу, но её действие уже прошло. Так что, скоро пойдёшь на поправку, - я ошеломлённо смотрю на него. Дозу? Откуда он знает кто я?
- Кайли, он один из верховного суда. Он работает тут, чтоб подстраховать, - он смотрит на меня смущённо. Ясно, меня опекает мой же, так сказать босс. Нет, круто, что ещё сказать.
- Я...