Страшилка

Капает кровь с волчьих губ, темный лес ужасом поражен.
Твоего Хатико в клочья рвут и будто он вспорот ножом.
Разодран живот, оторваны лапы, ему бы и сдохнуть!
Он еле живой, ранам кровавым не пересохнуть!

Последний вздох, предсмертные конвульсии
И вот издох - зажал зверь клыки на пульсе, и
Он застыл в атмосфере разодранных ребер,
Твой питомец, оказался на редкость съедобен!

Ожидание, боль, печаль и тоска,
Ляжет на гроб печатью доска,
В его пасти - будешь верещать, как дура в тисках,
И пока он за тобой не пришел каждое утро, ты будешь встречать
Пистолет у виска!

- Куда они могли деться? - спросил Кевин у меня, когда мы вернулись в коридор. Томас исчез вместе с Тимофеем, а на их месте была лишь кровь.
- Алекс, какого чёрта здесь происходит? - вновь спросил Кевин
- Понятия не имею - ответил я, заметив, что дверь выхода из коридора немного приоткрыта.
- Смотри, - сказал я. - Она открыта.

Мы вышли из коридора через дверь и попали в просторное помещение округлённой формы. Вновь напомнило приёмную в больнице. Слева и справа были очередные проходы куда-то вглубь офисов, а спереди находилась лестница, по которой можно было спуститься на нижние этажи. Рядом стояло два лифта, по, которым также можно было спуститься. В середине помещения стояло два больших стола и вокруг них стояли кресла. Около стены находился охранный пост, а по углам стояли вазоны с растениями. Пол и стены были в трещинах и где-то эти трещины переходили в дыры, в которые можно было успешно провалиться и упасть на нижние этажи.
Нашей основной целью был спуск на самый нижний этаж, в главную тестовую камеру, где, по словам Анны, находится какой-то вход в какой-то храм... Но сначала нам необходимо было попасть в генераторную. Карты у нас не было, поэтому необходимо было найти план лаборатории.

В далекой Америке есть Голливуд,
Там всякие фильмы снимают.
Там звезды роскошно, безбедно живут
И горя и бедствий не знают.

Все фильмы в Америке - просто говно.
И мы, режиссеры со стажем,
Как снять настоящее супер-кино
Сейчас компетентно расскажем.

Жевать свои сопли ты будешь потом,
Снимать мелодраму негоже.
Сними, чтобы писали все кипятком,
И какали с ужаса тоже.

Аня сидела и тихо млела, она так любила когда ее гладят по попке. Так нежно и ласково, как умеет только он...
Он?!
Он?!!
И тут наступило прозрение.
Ведь она сидела... На унитазе!
Дико взвизгнув, Анька подскочила до потолка.
И краем глаза успела заметить как что-то темное юркнуло вглубь фаянсового прибора...

Нервный тик преследовал до вечера, она заикалась даже в мыслях. Расскажи кому такое, так в дурку в момент отправят. И Ванька неизвестно чо учудить еще может: или тупо по морде настучит (ревнивый жутко) или полезет с лупой полупопия исследовать, улики искать, а потом неделю ржать будет.

Невеселые размышления прервал вой сирены. Нешто война наступила? - пужнулась поначалу. Но потом признала в том ударе по перепонкам соседку с четвертого, та была сильна поголосить и уже бывало, пугала всю улицу. Решив, что со своими проблемами можно и позднее, ринулась на спасение товарки.

Пробыв часа 3 в центре и купив сыну долгожданного робота, мы поехали домой, ведь Олегу до работы оставалось несколько часов, а он еще не спал.

Приехав домой, я обратила внимание, что не было браслета. Сославшись на то, что я просто забыла куда я его положила, я пошла готовить ужин. В паузах между готовкой, я слышала, что Валим с кем-то разговаривал, но, подумав что это разговаривает с ним муж, я продолжала готовку.

Закончив приготавливать ужин, я пошла к сыну. Проходя мимо спальни, я заметила, что мой муж уже сладко спал. Подходя к комнате сына, я его позвала кушать и заодно спросила, с кем он разговаривал, повернувшись ко мне, я увидела у него в руках браслет:
- Где же ты его нашел? Я весь дом обыскала.
- Мне его во-он та девочка дала, - и Вадик показал на окно. - она сказала, что это браслет ее мамы, но мама разрешила подарить его тебе.
- Вадим, ты опять начинаешь? Никаких монстров, невидимок и тем более никаких девочка в окнах не бывает.

Это была до ужаса мерзкая ночь с бурной грозой и крупным градом. Снег быстро смерзался в острые льдины, которые вонзались в землю, словно лезвия. Бешеный северо-западный ветер не унимался ещё с вечера, отчаянно бил с немереной силой в окна домов, пугая сонных людей звуком удара в стекло, и кроны деревьев, заставляя их опускаться почти до самой земли. Даже самому глупому из тех округов было понятно, что в такую непогоду просто опасно высовываться на улицу. Да и вообще, какому нормальному человеку взбредёт в голову выйти из дома в такие часы?..

На деревянном стуле, положив локти на подоконник, подпирая изящной кистью руки голову, сидит Фреда - хрупкая бледная девушка в белоснежном ситцевом платье и тёмными волосами, убранными в косу. Взгляд изумрудных глаз впивается в бунт природы за матовым остеклением, с неба стремительно опускаются не то льдины, не то воспоминания. Можно ли планирование дальнейшего существования разрушенного мира и оставленных на произвол судьбы людей назвать эфемерными мыслями? Хотя, "планирование" - довольно неуместное слово, как будто от неё - лишь атома, растворённого в диффузии планеты Земля что-то зависит.

И так, с вами снова я. Ваш покорный слуга Роман. Расскажу сейчас еще одну историю, не менее захватывающую, чем первая. На этот раз, начальство отправило меня дежурить на окраину города, в заброшенную тюрьму. Да-да, в тюрьму. В Советские годы, да, и в девяностые, это был, так называемый СИЗО. В начале нулевых, жители города принесли в администрацию петицию, чтобы эту тюрьму убрали. Так как, оттуда сбежали несколько заключенных и укрылись в городе. Это были серийные убийцы. Их, конечно, поймали. Но они успели натворить немало страшных деяний. Но наказание не заставило себя ждать. Они, просто, исчезли в тюремных застенках. Были, после еще два побега. И последний побег, в 1999 году, когда оттуда сбежал фанатик и взорвал себя в детском садике. Погибли дети, многие остались инвалидами.
Вот, тогда и понесли петицию на закрытие этого места. Мэр подписал указ, он испугался разъяренной толпы. Заключенных увезли в другое место, а здание так и осталось стоять.
Его облюбовали местные экстремалы, наркоманы, подростки, да, что скрывать, даже влюбленные парочки. Здание тюрьмы, конечно, пытались отделать, перестроить. Но из этих затей ничего не вышло. И тогда было решено, попросту, снести его, из-за череды несчастных случаев. Несколько было со смертельным исходом.
Но, денег, выделенных на снос, как всегда, не хватило. И здание до сих пор стоит нетронутым. Пока было решено отдать его под охрану ЧОПа. Чтобы охранники сторожили и никого туда не пускали, ни днем, ни ночью. Ну, ночь, как всегда, выпала мне, ибо, днем у меня учеба.

Эта история произошла не так давно, но всё же я начну рассказ.
Я учусь во второй смене и нас отпускают затемно и меня встречает из школы дедушка. А пока я жду, делать нечего и я брожу по школе. И забыла сказать: было за семь, а после семи вечера все ученики и учителя уходят и школа практически пустая. Я как обычно гуляла и увидела девочку (она стояла ко мне спиной). Я отозвала ее и... Она повернулась. Её лицо было в крови:
- Прости за мой вид - ответила она мне - я просто упала и разбила бровь.
Я проводила её в дамскую комнату, чтобы она смыла кровь. Мы с ней сдружились. Она сказала, что ее зовут Мирова Маша. Она рассказала мне то, что её семья часто путешествует и она здесь ненадолго. Мы разговорились и тут позвонил дедушка и сказал, что ждёт около школы. Я с Машкой быстро попрощалась и пошла одеваться.
На следующий день у подруги я спросила: знает ли она Машу? Вика (подруга) ответила:
- Да... Я знаю такую, только она разбилась две недели назад. Ты что забыла, об этом вся школа гудела.

Помню... Помню как шёл из магазина... Нёс маме её любимых конфет... Резкий и противный, словно пенопластом по стеклу, звук тормозов... Мой вскрик... Потом память строго поставила крест на своей работе.
Что за комната? Что за человек? Где я, чёрт возьми?!
- Так-с... Значит Вы Черниковский Дмитрий Владимирович 1998 года рождения?
- Да, так и есть... Позвольте узнать Ваше имя и что со мной случилось, где я, если Вам это известно.
- Что ж, молодой человек, я Вам представлюсь. Моё имя Николай, отчество Степанович. Фамилию Вам знать не обязательно, как и возраст. Что касается второго вопроса... Эх, вот молодёжь пошла! Всех одно и то же интересует. Хоть бы немного креатива проявили! Но теперь по делу... Дмитрий, добро пожаловать в так называемый "Мир иной". В том мире Вас больше нет, Вы мертвы. - усмехнулся он - Но я не смогу Вас пропустить дальше, так как Вас не отпускают на земле. Искренне сожалею, но помочь вам ничем не могу. Разберитесь сначала со своими родственниками и обещаниями на Земле, а потом будь что будет. Удачи Вам, надеюсь ещё встретимся.
Прежде чем я успел что-либо сообразить и ответить, меня бесцеремонно какой-то неведомой силой вышвырнуло обратно, и то, что предстало перед моими глазами убило во мне всю надежду на что-либо хорошее. Я не могу в это поверить...

Она сидела на простеньком деревянном стуле из ИКЕИ, привязанная за грудь, живот, ноги и руки. Голова её упала на грудь, и из угла брови на лоб стекала кровь. Она была без сознания.
Я стоял в противоположном углу комнаты, там, куда не добирался свет одинокой лампочки, свисавшей с длинного провода, в середине потолка, и терпеливо ждал. Ждал, пока эта мразь придёт в себя.
Наконец, её ресницы дрогнули. Она едва приоткрыла правый глаз – левый полностью исчез под слоем запёкшейся крови – и тихо застонала. На миг мне стало жаль её, пробудился внутренний порыв отпустить женщину на свободу. Но секунду спустя этот порыв угас. Я знал, что эта баба никогда не выйдет из этого подвала живой. Женщина едва смогла приподнять голову, чтобы оглядеть место, в которое попала. И, если бы я был незаинтересованным третьим лицом, я посоветовал бы ей не смотреть. Ей не понравился мой подвал. Очень не понравился. На подсознательном уровне она уже знала, для чего свисают с потолка эти крюки на толстых цепях, для чего прямо под ней канализационная решётка и как именно будут использоваться эти начищенные до блеска орудия на громадных столах по краям помещения. Из её мерзкой глотки вырвался слабый стон.
- Пожалуйста... - просипела она своим мерзким писклявым голоском. – Пожалуйста...
- Заткнись, - рявкнул я, выйдя из тени и мгновенно раскрыв свою личность.