Шутник

Вот стучит сестра в окно, выходит сосед, спрашивает она, где брат, а тот ей, мол, умер еще вчера. Она, конечно, не поверила, видит, что он пьяный, зашла в дом, смотрит, а тот и правда лежит, и в руках свеча горит. Вскрикнула она, заплакала, подбежала, запричитала. А тот молчит лежит. Пошла она жену его во дворе искать, расспросить, как же это произошло, а той, как нарочно, дома не было, уехала она в район, в больницу, зуб удалять. Приступила тогда к соседу с допросом, а тот толком ничего ответить не может, мычит что-то нечленораздельное. Подошла она к брату, села к изголовью и плачет. А тому уж и неудобно стало, не знает, что и делать. Лежит тихо, глаза закрыты, а сам думает, как из этой ситуации выпутаться.

Вот плакала она, плакала, и тут дяде Мише и самому стало ее так жалко, что не выдержал он и сказал: "Да не плачь ты, живой я". Она как вскочит, чуть удар с ней не сделался. Ох и был потом скандал! Жене его, когда та вернулась, все рассказала, та стыдить его стала, ну, пошумели, поругались, на том дело и кончилось.

Когда мой отец узнал об этом, мы долго потом эту историю в семье вспоминали, смеялись - отчудил так отчудил!

И вот настало время реализовывать урожай с огородов. Ну, куда все раньше возили? Естественно, в Москву. Тут принимали раньше картофель, лук, но слишком дешево. Пашут люди, пашут на своей земле, а им за копейки отдай, вот и стремились все отвезти свою продукцию в столицу нашей родины. Сестра дяди Миши тоже поехала, а оттуда когда вернулась, привезла покупки разные, в том числе и ковер красивый, с орнаментом, и на стену его у себя в зале повесила. Дядя Миша, как приехали из Москвы, у нее ночевать остался, устали все, да и выпил он опять немного. Она ему в зале постелила, а сама в спальню ушла.

Ночью слышит - крик душераздирающий. Вскочила, свет включила, забегает в зал, а брат сидит на диване с выпученными от страха глазами и на ковер смотрит. Что такое? В чем дело? Никак не поймет. А он ей, мол, гроб на ковре и покойник. Она глядит - нет ничего, один орнамент, пожурила его, пить, мол, меньше надо, и ушла к себе. Утром встала, брата нет, пошла искать, смотрит, а он на пороге сидит, дрожит, и волосы совсем белые стали. Тут уж пришел ее черед испугаться, в дом чуть ли не силой привела, чаем напоила, стала расспрашивать. Он, когда немного в себя пришел, рассказал, что захотел ночью по нужде в туалет сходить, а когда открыл глаза, то увидел, что над ним гроб светится, и свечи в канделябрах горят, а за ними мертвецы стоят и смерть с косой, так он решил, что умер.

Как потом уже выяснилось, ковер этот и правда светился, только если свет выключить, а так, при свете, на нем обычный орнамент был. С тех пор дядька больше над людьми так не подшучивает.

И все бы ничего, только после этого пропал ковер со стены, и сколько его хозяйка ни искала, нигде не могла найти, как испарился, прямо мистика какая-то. А на его месте, прямо на обоях, тот гроб проявился, о котором дядька рассказывал. Она уж и ремонт делала, и другие обои клеила, а он все равно проступает, причем в натуральную величину, и ночью светится. Она, чтоб его не видеть, шкафом загородила.