Страшилка

Очнулась я, как показалось, через несколько дней. Голова гудела и малейшее движение вызывало некую боль в спине. Открыв глаза, я поняла, что лежу в какой-то светлой комнате и на просто нереальных размерах кровати. Немного полежав, я пришла в обычное состояние мыслей, после чего я приподнялась на локтях.
Светлые обои цвета весеннего неба окрашивали всю комнату. В правом углу стоял небольшой шкаф, рядом с ним - белая дверь. В противоположном углу висело широкое круглое зеркало. Стены комнаты были увешаны различными картинами и постерами. Среди них я узнала несколько знакомых мне, хотя среди разноцветной массы плакатов сложно было выделить отдельные - красивые и знакомые.
Вздохнув и пребывая в мыслях, что я бы хотела остаться здесь жить навсегда, я медленно встала и направилась к единственной двери в этой комнате. Мой "выход" легко открылся от несильного касания моей ладонью. Выйдя, я оказалась в длинном и безумно красивом коридоре. Слева от меня был так называемый тупик, справа же коридор кончался метров через двадцать и превращался в огромный зал.
Я прошла несколько метров, как услышала какой-то шорох за спиной. Обернувшись, я увидела небольшой силуэт возле двери, из которой я только что вышла.

Семья Натальи в своем доме, отдаленно от всех. У Натальи было все, что только можно пожелать. У нее был любящий муж, большой дом и двое прекрасных ангелочков: 6-летней Ангелины и 4-летнего Тимоши.
Каждый день проходил одинаково. Наталья просыпалась, муж был уже на работе. Она вставала, готовила завтрак и шла будить детей. Весь остаток дня дети играли во дворе в прятки-салочки, прерываясь на обеденные перерывы и тихий час, а Наталья убиралась в доме: мыла посуду, пылесосила, подметала, мыла окна и протирала мебель.
Произошло это в обычный день, вернее сказать, уже вечер, ничем не примечательный. Наталья домывала последние три тарелки, оставшиеся после сытного ужина, дети играли на веранде. Отложив в сторону грязные тарелки и губку, Наталья села на стул. Она выглядела очень уставшей и бледной, ведь она целых 4 дня не была на свежем воздухе. Девушка мельком бросила взгляд на окно и увидела, что небо порозовело, а солнце закатывается за горизонт. Решив отдохнуть и полюбоваться закатом, Наталья вышла на веранду. Выйдя на воздух, она почувствовала себя счастливой, расслабленной и она совсем не собиралась уходить, хотя уже пора было готовить ужин для её мужа - Сергея.

Миле было 10 лет, когда она с родителями переехала в новую квартиру. Их большой и красивый дом сгорел при пожаре, а администрация города выделила им квартирку в старом деревянном бараке. Несмотря на то, что родителей новое жилье не удовлетворяло, Миле там нравилось - в доме все квартиры были заняты семьями с детьми. И Мила быстро со всеми подружилась.
Как-то раз, на один из больших праздников, все взрослые соседи собрались в квартире у Милы и ее родителей, а детей отправили в пятую квартиру, самую дальнюю по коридору, где жила семья девочки Насти. Ребята бесились, играли в "выше ноги от земли", лазали по диванам, столам и тумбочкам, бегали друг за другом и устраивали бои подушками.
Но, как это часто бывает в старых домах, вдруг вырубилось электричество. Из ребят никто не испугался, дело привычное. Только расстроились все, что играм пришел конец. Альбина, самая старшая из них, сходила за свечей и зажгла ее.
- А давайте страшные истории рассказывать? - предложил Миша, мальчик-непоседа из третьей квартиры.
- Не нужно, еще девчонок напугаешь, - ответила ему Альбина.
- Ну, пожалуйста, хотя бы одну? - не унимался Миша.
- Да ладно, мы уже не маленькие, нас не напугаешь, - сказала Настя, фыркнув на Мишу.

Я не хотел этого. Честно, я не хотел, слышите? Почему меня никто не слышит?! Куда они везут Дениса? Дэн, подожди! Но они везут его в операционную. Инна плачет. Успокойся, Инна, с нашим сыном всё будет хорошо. С Дэном всё буде хорошо, честно. Я не хотел этого, слышишь? Мысли в голове как битое стекло. Пытаюсь собрать всё воедино, но не выходит. Как всё это произошло?!

Мы были на Дне Рождения Илюшки - одноклассника и друга Дэна. Дети праздновали отдельно от взрослых. Или взрослые отдельно от детей? Мы выпили немного. Я выпил. Хоть и знал, что за рулём. Нам предложили остаться на ночь и я подумал: "А почему бы и нет?" И выпил. Никогда себе этого не прощу!
Потом Дэну стало плохо и он стал проситься домой. Очень просился. Бедный Дэн...
Была летняя ночь. Хорошая летняя ночь. Мы ехали по загородной трассе. Всё было чудесно. Я не ожидал, что на перекрёстке нас снесёт уснувший дальнобойщик...

Александр учился на четвёртом курсе университета. Он собирался работать банкиром, завести семью и детей. Жить, как порядочный человек. Александр всегда носил аккуратный пиджак, чисто начищенную обувь и приглаженные волосы. Он был очень умным, хорошим человеком. И не позволял себе тех шалостей, что парни делают в его возрасте. Он был идеальный мужчина, а таких девушки не замечают. В таком возрасте, девушки любят весёлых парней, бодрых, с кем можно поржать. Пару раз девушки увлекались им, но быстро бросали, с последний фразой: "Ты невыносимо скучный!". Конечно, Александер водил девушек в театр, на оперы. Но в то время, они хотели на дискотеки и в кино. Александр сильно страдал по этому поводу. Он пытался изменить себя, но попросту.

Но вот, в их университет пришла девушка. Вероника была на удивление красива и мила, и конечно, парни такую девушку не пропустят. Но Вероника не обратила внимание ни на красивого Серёгу, ни на классного Никиту, не на весёлого, буйного Кирилла, главного головореза во всём университете. Дело в том, что девушке было неудобно в новом месте, она была стеснительна и среди парней над ней подшучивали.

Глухой стук, раздавшийся из конфессионала после того, как из него вышла молодая девушка с влажным, но счастливым лицом, по обычаю пригласил следующего пройти к ожидающему внутри священнику. Исповедующийся вошел внутрь, тихо прикрыв за собой дверь. В отделанной резным деревом кабинке пахло духами и потом; было довольно душно и вошедший мужчина расстегнул ворот рубашки. Услышав шаркающий звук от соприкосновения колен прихожанина с полом кабинки, святой отец, в другой ее части, отгороженной стеной с небольшим решетчатым отверстием, откашлялся и окрестил безмолвную фигуру вялым движением кисти руки. Фигура последовала примеру и тоже очертила крест.

- Слушаю тебя, сын мой, представься, - устало и на выдохе произнес священник. Воскресная исповедь подходила к концу, он уже выслушал несколько десятков человек; почти всех из них он знал лично и очень хорошо - ведь это все паства его прихода. Смертных грехов отпускать не доводилось ни сегодня, ни за всю практику - все больше повседневные, бытовые грехи, которые отпускались уже автоматически и не задумываясь.

"Даже самая непримечательная зацепка, может привести к неопровержимым последствиям" (с) Шеф

В воздухе, непривычно расстилались клубы табачного дыма. Долгое время, дурная привычка оставалась где-то в стороне, но сегодня кажется был совершенно другой случай. Возможно, была на то веская причина, чтобы вновь можно было вспомнить её. Это бренная ноша, коя оковывает его сердце и душу. Это та самая боль, о которой не хотелось бы вспоминать. Зачеркнуть и без того в перегруженной памяти, и не думать об этом ещё тысячу лет. Это то, что уже казалось бы было давным-давно забыто. То самое известие, которое бьёт по больному. Сколько лет он уже не курил? Сколько лет, он не вспоминал об этом, и старался лишний раз не одёргивать себя, лишь одной мыслью? Возможно, оно и стоило того, но ушедшего как известно, не вернуть.

На лбу виднелись очередные морщинистые лучики. Вечно терзающие мысли, доводящие порой до головной боли. Иногда есть то, что стоит забыть. Но иногда есть такое, что забыть совершенно невозможно, и сколько не делая вид, в глубине своей души ты прекрасно знаешь об этом. Не так ли?

Все прыгали от крыши к крыше, белая девочка не отставала.
- Да как она так умеет? - спросила Света.
- Будто я знаю! - ответила Наташа.
Добежав до крыши своего дома, они наконец остановились.
- Фух, все... - сказала Света.
- Ага.
- Ты не знаешь, что это за девочка?
- Знаю. Вспомнила. Это чертик.
- Какой чертик?! Она ж белая!
- А дядька тот Сатану вызывал. Пришла она. Чертик, значит.

Это было не так давно, скорее это было совсем недавно. Это произошло в 1947 году, на базе ВВС США. Я был великолепным пилотом и был не раз награждён медалью за отвагу во время второй мировой. Сейчас же я просто инструктирую новичков. И вот во время одного такого инструктаж я пролетал над базой, показывая новобранцев высший пилотаж. После чего в небе появился неопознанная летающий объект. Мне сразу же поступил приказ об огне на поражение и я начал атаковать цель на расстоянии. Вскоре времени, когда я готов был выпустить ракету, все приборы будто бы взбесились и мой самолёт начал падать. И вот когда объект почти скрылся, в него попала та самая ракета, которую я собирался запустить. Я вовремя катапультировался и открыл парашют. Через какое-то время меня и мою добычу отвезли на базу.
Спустя некоторое время меня начали расспрашивать: "Что ты увидел?", "Что это было?". Такого внимание мне не уделяли даже отец и мать, когда я приходил после школьной драки домой. Я не знал, что сказать. Но я всё же нашёл в себе силы рассказать им что видел.
После моего рассказа генерал тут же покинул мою казармы и направился в сектор "дельта".

Яркая луна бледно-матового оттенка льет свет на мрачный город. Под сенью увядающих деревьев стелился мутный, мягкий как пух, туман. Только 1 яркое пятно нарушало эту темную обстановку. Это была Кэти. Длинная русая челка свисала из-под капюшона толстовки с одной стороны. Староватые джинсы потерлись во многих местах, но это придавало им еще больше... современного вида. Толстовка у семнадцатилетней девушки была настолько яркой, что создавалось впечатление, что в ней регулярно играют в пейнтбол. На ней были кроссовки со светящейся подошвой и разноцветными шнурками...

Но вернемся к ее прогулке. Надо сказать, что эта прогулка была не первой. Вот уже второй месяц Кэти выходит гулять в осенний парк при свете луны. Последнее время ее не привлекал жизнерадостный дневной шум - напротив, лишь тишина ночи. Без звука, смеха и суеты казалось, что время здесь остановилось. Здесь можно было спокойно подумать, о всех утратах, перенесенных недавно... Она предпочитала "выбрасывать" эти эмоции под покровом ночи. Днем она пыталась натянуть на себя маску с улыбкой, но не всегда это получалось.