Страшилка

На дворе стоял 1238 год. Карл Тульпа как всегда ехал в своей маленькой скрипучей повозке, битком набитой различными украшениями, драгоценными камнями, ожерельями различных металлов и размеров и другими предметами роскоши. Ни одна девица не может просто так равнодушно пройти мимо его скромной лавочки, на которой сияют ослепительным блеском все эти сокровища, будто прося призрачным голосом "Купи меня". А барышни из тех знатных краев, куда он направлялся, просто обожали эти безделушки, особенно в разгар весны, когда снега уже полностью сошли и потеплевшее апрельское солнышко пригревало поля, на которых начинали прорастать первые зачатки полевых цветов. Путь его лежал в Вербицы - таинственный, но поистине красивый город, в котором всегда жизнь словно била ключом.
Медленно проезжая мимо лесных пейзажей и зеленых лугов, источающих чувство спокойствия и безмятежности, всегда навевали старому купцу воспоминания о его давно ушедших молодых годах. Воспоминания о том, как он впервые встретил свою любимую на одной из этих полян, как бегал за ней меж бесконечных деревьев этих лесов всегда грели ему душу даже в самый ненастный день.

Вы верите в числа? В их магическую силу? Ведь кто-то считает число 13 на самом деле мистическим, а кому-то на это наплевать. Но некоторые моменты жизни могут натолкнуть на смертельные поступки, связанные с числами.
Любовь - штука не простая, к ней надо относится осторожно. Только попробуй что-то сделать против этой могучей силы, так сразу наткнёшься на острые шипы. Но можно ли верить всему, что видишь?
Начнём издалека. Парень Артём, живший в селе, переехал в город. Он видел там свои перспективы, дальнейшее будущее. Его приняли с теплом, уважали на всём протяжении учебного года. Летом он познакомился с девочкой Мариной. Она была привлекательная, общительная, добрая. Она всегда смеялась, при встрече с Артёмом. Они вдвоём прятались от посторонних и целовались все сутки на пролёт.
Артём мало, что знал о Марине: кто её родители, где она родилась и самое главное - её день рождение. Она не говорила Артёму дату. Эму это показалось смешным: как это не сказать своему парню, когда у тебя день рождение? Но всё оказалось ещё хуже, когда он решил посмотреть её телефон.

Джейкоб Соул
Май того же года

Наконец настал новый день - один из тех, мысли, о котором повергают в ужас почти каждого человека на этом свете. Понедельник. Весь мир сегодня, матерясь и ворча себе что-то под нос, просыпается в 7:00 и плетётся на свою, уже осточертелую работу, не успев даже продохнуть от бесконечной городской суеты. Выходные, как обычно, пролетели настолько быстро, что осталось ощущение некой неудовлетворенности, будто их и не было вовсе. Ну для кого-то эта неделя начнётся обыденно и каждый день её будет заурядным, но только не для меня. Сегодня наконец произойдет нечто особенное в моей скучной жизни. Я никогда не любил свою работу, по крайней мере моих коллег - напыщенных и завистливых засранцев. Они никогда не давали мне проходу, бросая пренебрежительные взгляды в мою сторону и всячески высмеивая все мои неудачи.
Ведь несмотря на то, что мне всего 24, я добился гораздо большего, чем все эти невежды за всю свою карьеру. "Как же это так, что выскочку без ординатуры тут же взяли на должность, а мы свое место кровью и потом выбивали" - я довольно часто слышал подобное, проходя мимо кабинетов. Меня вечно задевали и заставляли выполнять работу, за которую никто не осмеливался браться. Но что самое забавное, у меня обычно получалось её выполнить, что ещё больше их бесило. Один раз кто-то из коллег тайком подмешал мне что-то в ланч. Я не мог выйти из уборной целую неделю. Неделю! Не то что из дома.

Марк шел по грунтовой дороге, пытаясь не оглядываться. В лесу стоял густой утренний туман. Он шел налегке. Да и смысл ему носить много вещей, он шел не в поход.
Вскоре, перед ним возникла табличка с обшарпанными буквами и облупленной краской: "Село Верховое". Пройдя совсем немного, парень вышел в деревню, там было подозрительно тихо. Немного времени спустя, Марк уже был у входа в лес, ведь не зря он так долго сюда шел.
Он шел по лесу с тяжелым рюкзаком, в котором была накоплена вся та злоба, которую парень держал на других, на друзей, на родственников и прочих людей, не понимавших его. Всю жизнь, всю, его покрытую мраком и неистовой злобой, жизнь, нес он в рюкзаке.
Не пройдя и пары километров от деревни, он ужасно устал, и не мог идти дальше. Придется делать привал.
Прошло около трех часов с момента прихода в лес, ему очень хотелось есть. Он бросил рюкзак у не начатого костра и побежал искать еду. Бегая по лесу, лихорадочно осматривая кусты и деревья, он понял, что не помнит где его привал. Парень огляделся, но так и не вспомнил откуда он пришел.
Марк очень долго бродил по лесу, но вскоре ему улыбнулась удача, он нашел шиповник. Он стал тянуться за ним и наступив ногой на скользкую корягу, поскользнулся и упал в реку.

Я скривила рот от отвращения. Рядом с крыльцом лежала еще одна мертвая кошка. В остекленевших, налитых кровью глазах застыла пустота. Кошка уже остыла и задубела, на белом снегу она ненатурально вытягивала конечности и смотрела в никуда. Я отвернулась и быстро поднялась по ступеням. Замерзшими руками достала ключи и открыла дверь. Сколько дней подряд один и тот же кадр, только расцветка бедных животных меняется. На одном и том же месте, темная кровь уже пропитала землю. Кто это делает? Зачем меня запугивать? Хотела бы я знать ответ на этот вопрос.
Итак, начнем с самого начала, с самого своего детства я отлично знала, что такое смерть. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала, что это такое. Да, вот такая вот ненормальная жизнь. Наверное, все началось тогда, когда я застукала свою матушку с ее новым приятелем. Ничего необычного. Она всего лишь попыталась меня задушить, из-за того, что он взглянул на меня... Странно, но в тот момент я почувствовала спокойствие. Такое одухотворение, что моя маленькая, но никчемная жизнь наконец кончится. Полуголый Джек, так его звали, оттащил мать, когда я уже теряла сознание от недостатка кислорода, я почти ненавидела его в тот момент. Моего спасителя.

Я поспешно собирала вещи озираясь по сторонам. Мне нельзя тут оставаться. В голове всё ещё звучал этот ужасный смех и хриплый громкий голос. Когда я наконец упаковала всё самое необходимое в чемодан и вышла из дома в окно постучал Он... Но я не обернулась. Иначе он заставил бы меня остаться... Навсегда...

Эта история началась, когда мне было 5 лет. Я весь день проводила в детском садике. Только вечером, после работы меня забирала тётя, так как мама работает в другом городе и присылает нам с тётей Жанной деньги. Жили мы с ней одни в большом двухэтажном доме. В нём было много просторных комнат и страшный тёмный чердак. Я жила на втором этаже, любила играть в своей комнате, ведь у меня было много игрушек и кукольный домик.

В тот момент был вечер. Я сидела в детском саду и смотрела на улицу через мутное из-за грязи окно. Вдруг к высокому забору садика подъехала тётина машина. Она резко затормозила и грязь из осенней лужи разбрызгалась во все стороны. Дверь машины открылась и из неё вышла тётя Жанна. Она измоталась в своём офисе и очень устала. Я решила, что сегодня не буду приставать к ней насчёт покупки очередного "Киндера", а вместо этого молча сяду в машину и поеду домой.

Крик застрял в горле у Кати. Это было существо, отдаленно напоминающее человека анатомическим строением. Но его внешность этого не подтверждала. На теле красовались рваные раны, края, которых удерживала запекшаяся кровь. Вместо левой руки торчала обрубленная по плечо кость. Подставкой для ножей служил порез на правом предплечье. Но самыми жуткими были глаза... Горящие ненавистью, два красных шара были в глазницах этого существа.
- Проснулась... Можно начать игру! - прошептало это существо, приблизив голову к самому лицу Кати.
- К-какую игру? - с явным ужасом выдавила пленница

Разрезав веревки, которыми она была привязана к стулу ножом, оно взяло ее за шиворот и потащило в коридор этого помещения. Девушка показывала незначительные попытки сопротивляться, но после оглушительного пинка по голове перестала пытаться что-либо делать. Вдруг существо остановилось подняло лицо, если это так можно назвать вверх и прошипело:
- Чертов рассвет!
Но повернувшись на Катю, оно растянулось в зловещей улыбке и впиваясь глазами в испуганное лицо девушки своими сказало:
- Ничего страшного, завтра мы поиграем. Я терпелив, я ждал два месяца, я потерплю еще один день...

Отшвырнув пленницу к стене, она вскрикнула и открыла глаза. Катя все еще сидела на той самой лавочке, на которой выплескивала свой негатив каждую ночь.

В тронном зале стол ломился от разнообразных кушаний. Король Фридрих праздновал день рождения своей маленькой дочери Изольды, которой исполнилось три года. Младший брат короля Ионас злобно смотрел на девочку, которая улыбалась всем собравшимся гостям. Его мысли были исполнены черной завистью к брату и страшной ненавистью к девочке.

- Брат мой, что ты угрюм сегодня? - смеясь подошел к брату Фридрих.
- Все хорошо, Ваше Высочество. Мне просто нездоровится. Я пойду немного вздремну в свои покои. А напоследок хочу выпить с тобой бокал экзельского вина.
Ионас кивнул своему слуге горбуну, который стоял с подносом с двумя бокалами и кувшином вина чуть поодаль, буквально мгновенно, ковыляя появившийся возле братьев. Страшный урод-горбун, лицо которого было скрыто, едва держал в руках поднос.
- Отлично, братец, очень хорошо! - воскликнул Фридрих, обожавший вино Экзельских Земель.

Здравствуй, дорогой читатель. Правда "здравствуй" здесь совсем неуместное слово. Несмотря на то, что мы совсем незнакомы, далее я буду обращаться к тебе, как к давнему другу. Извини за мою поспешность в нашем "недознакомстве", хотя для тебя мои извинения уже не должны иметь никакого значения, как впрочем, и для меня. Мне правда искренне жаль, что ты читаешь это. И жаль, что когда-то я был вынужден написать эти строки. Однако, считаю, что ты должен знать все то, что узнал я за время пребывания в этой зловонной дыре, куда мир извергает все то, что не поддается никакому логическому объяснению и не имеет абсолютно никакого здравого смысла. Есть ли у тебя семья? Постоянная работа? А может ты заядлый любитель всего необыкновенного и пугающе притягательного, каковым, к несчастью, являлся и я в свое время, когда юношеский азарт исследователя перекрывал собой всю трезвость моих суждений? Для них не важно кто ты. Они не делят людей на хороших и плохих. Если ты хоть ногой вступил на их землю, знай, они уже заметили и отныне ведут на тебя охоту. Ты сам того не осознавая стал жертвой. Проклятые твари. Я знаю, что ввожу тебя в состояние полного недоумения, и все объясню ниже, но ты должен прочитать до конца, как бы тебя не напугали мои слова. Ты обязан знать, с чем имеешь дело. Я начинаю свой рассказ.

В тот дом я приехала когда мне было 15 лет. Это был коттедж с пятью комнатами, огромной столовой, гостиной и двумя санузлами. Мне безумно понравилось моё новое жилище и в ближайшие выходные я позвала к себе друзей. Родители уехали в город за товарами для ремонта (дому требовался хотя бы косметический ремонт), а мы с подругой Леной полезли на чердак. Ещё в день нашего приезда не состоявшаяся мансарда привлекла моё внимание своим маленьким, круглым, мутным окном. Если приглядеться, то из-за этого окна, наш дом с лицевой стороны походил на циклопа с этим бледным "глазом" - окном.
Как только мы оказались наверху, то первое что увидели - старый чемодан. Он лежал среди сломанной мебели, каких-то дверей, оконных рам и прочего сломанного, грязного хлама. Мы незамедлительно приняли решение открыть чемодан и изучить содержимое. Но не так-то всё просто, как оказалось. Чемодан был плотно заколочен. Но сдаваться не хотелось, ибо любопытство съедало изнутри. Я сбегала за плоскогубцами и уже через пятнадцать минут мы с подругой выдёргивали последний из шести гвоздей, которые были на крышке. Последний рывок и... крышка резко распахнулась и, ударившись о что-то сзади (по-моему, это была одна из оконных рам) извернулась в исходное положение. В углу, где лежал наш старый интриган, было темно, поэтому подруга решила вытащить его на свет. Оказавшись под прямыми солнечными лучами, чемодан показал нам свой истинный облик - прогнивший кожзаменитель, ржавые замки, оторванные пимпочки-ножки... Брр!