Страшилка

- Вилли? Ах, Вилли, поднимайся, пора вставать. - Тихий голос пролепетал рядом со мной.
"Или нет?" - я приподнялся. Вокруг всё та же комната, которую я вижу каждый день. Но тут никого. Этот голос показался мне знакомым, вот только я даже не смог предположить, кто бы это мог быть. Я встряхнул головой и вытер пот со своего лба. Показалось. Я перевернулся на другой бок и укутался одеялом.
- Опять кошмары? - прозвучало прямо из моей черепушки. Нет, совсем рядом. - Вставай, мальчишка, пора бы уже, что же ты... - Теперь ближе. Чувствую, как надо мной появляется тёмная масса, так и веет холод. Тонкие конечности медленно стали пробираться к моей руке, а затем резко схватились за предплечье. - Вставай!
Я открыл глаза. Мой страх заставил меня задержать дыхание. Всё, что я видел в данный момент - стена. И это единственное, на что я решился смотреть. Хватка ослабела. Я почувствовал, как пальцы стали отпускать мою руку. Не знаю, о, боже, не знаю, зачем мне так стоило рисковать, но в один момент весь мой корпус перевернулся прямо в ту сторону, где и должен был стоять этот самый источник ужаса. Ничего, чёрт возьми. Мои глаза наполнились слезами, но я их сдержал. - "Нет, - хотел я было сказать, - не кошмары".

Холодно. Запах озона после дождя. Вся одежда промокла, а я иду по улице под покровом ночи. Холодно. Я должен был надеть на себя что-нибудь потеплее, но уже поздно. Сейчас главное смотреть.

Ноги несут в неизвестном направлении. Соображать становится тяжелее, мне срочно нужно найти... Группа подростков проходит мимо. Скорей всего пьяные. Их смех оглушает меня, а они даже не посмотрели на меня. Интересно, как я выгляжу в их глазах? Странный мужик. Да, я странный. Тут все странные, все, кто ходит по улицам в такое время. Они отдаляются от меня. Трое юношей и две девушки. От них несёт выпивкой. Холодно. Больно. Чёрт, у меня начинает болеть голова. Она словно даёт трещины в черепушке, вся височная часть в огне. Я прохожу мимо круглосуточного магазина. На вывеске ярко красным горит цифра двадцать четыре. Подожду тут. Здесь уж явно повезёт.

Проходит пятнадцать минут ровно. Я знаю, я засекал. Если через пять минут никто не появится, я ухожу.
Одна минута.

О себе говорить не буду. И о тех, кто тогда участвовал в этой проклятой поездке. Да-да... мы тогда поехали на природу... идиоты...
Ну да ладно! Приспичило нам пятерым ребятам поехать на природу... шашлычки мы захотели пожарить... шашлычки... В общем, когда мы ехали, у меня не вовремя заиграл звоночек, свидетельствующий о том, что мне пора опустошить свой бак. Под дружный ржач ребят я вышел из машины и поперся в ближайшие кусты. Забыл упомянуть, что мы ехали по лестному шоссе и ределый лес покрывает обе стороны дороги. Хех... какое там первое правило ужастиков? "Не останавливайся на обочине у леса, чтоб сходить по малому?" И по правилам ужастиков первого сходившего в лес зверски убивают, но со мной все обошлось, и я благополучно вернулся в машину. Но вот машина не завелась. Было смешно наблюдать, как ребята носятся около машины и орали что-то типо: "Что за фигня, что за фигня?". И пока ребята были увлечены беготней, я невольно заприметил небольшую грунтовую дорогу, которая была расположена с левой стороны дороги. Я подозвал ребят и показал им эту проклятую дорогу. Наш организатор... назовем его "Хилый", сказал всей нашей компании, чтоб мы чесали по этой дороге и попросили помощи. Забавно, но мы не возразили и пошли по этой дорожке, а Хилый остался возиться с машиной.

Уна очень боялась оставаться дома одна. Ведь, когда родители впервые оставили ее одну, то произошла весьма странная ситуация. Ей тогда было 13 лет. Девочка смотрела телевизор в своей комнате, а на кухне послышался звон стекла. Прибежав на кухню, Уна обнаружила разбитую посуду. Причем разбита была абсолютно вся посуда. Все тарелки. Все чашки. Все. Девочка тут же позвонила маме, но та лишь поругала Уну за то, что она не просто разбила посуду, но еще и нагло соврала. Зарыдав, девочка побежала в свою комнату и заснула там до приезда родителей.

Разбудил Уну крик матери. Вся квартира была перевернута вверх дном, а надпись на стене гласила: "МыЕщЕвЕрНеМсЯ!" Конечно, после всего вышесказанного родители наказали дочку. Ей запретили смотреть телевизор, играть в компьютер и т.д. Ко всему прочему, девочку заперли в комнате на неделю. Так как в ту неделю у мамы был отпуск, она могла контролировать дочь. Например, если та хотела в туалет или нужно было помыться и почистить зубы, мать выпускала ее и присматривала за ней. Еду девочке просовывали через окошечко в дверце. Но вот спустя 3 года, об этом инциденте забыли. Все, кроме Уны.

Марина стоит в полутемной комнате. Холодными и скользкими от крови руками она крепко сжимает в кухонный нож. Девушка огляделась вокруг, и волосы на ее голове зашевелились. Прямо перед ней в кровавой луже лежит Катя, ее лучшая подруга. Она не дышит. Живот распорот, по углам комнаты раскиданы внутренние органы. Глаза лежат рядом с безвольно опущенной головой, рот разрезан от уха до уха. Из вдоль и поперек истерзанных запястий торчат два железных штыря.
Девушка выпустила из рук нож. Она ничего не помнила - как оказалась в этом месте, что произошло с Катенькой, почему ее руки в крови по локоть. Марина поднесла к лицу ладони.
- Катюша... - только и смогла выговорить она, - Кто же тебя так?..

За два дня до того.

Марина направлялась домой в очень хорошем настроении. Солнце улыбалось ей как родной, птицы щебетали на ветках, под ногами зеленела трава. Лето было в разгаре. Люди на улицах весело смеялись, шутили и веселились во всю. Пока Марина добиралась до дома, в нее прилетело два шарика, наполненных водой. Поскольку ответить на атаки было нечем, девушка только со смехом убегала прочь. Позитив вокруг был на предельной мощности. Хотя, а как еще должно быть летом?
Но вдруг все стихло. И хохот прохожих, и щебетание птиц, и даже ветер. Солнце будто померкло, вокруг сделалось темно и холодно. Марина огляделась - место было незнакомое. Серые стены домов, на которых граффити и не пахло, образовывали длинную узкую улочку, в которой едва могли разойтись два человека. В воздухе запахло сыростью и гнилью. "Наверно, свернула не там" - подумала девушка, пожав плечами...

Прошлым летом родители решили отправить меня в деревню к бабушке. Три часа в электричке и вот я уже подхожу к небольшому одноэтажному домику. Я пошла в свою комнату, разложила вещи и решила пройтись по небольшому посёлку. Я всегда любила проводить лето у бабушки. Недалеко от нашей деревни есть большой сосновый лес. Я часто ходила туда собирать грибы и ягоды. Правда, был один недостаток - детей в нашей деревне почти не было. Я шла по направлению к лесу и смотрела, что могло поменяться за два года моего отсутствия. Я прошла ещё несколько метров и заметила дом. Выглядел он весьма новым.

"Наверное, недавно построили" - подумала я и решила подойти поближе. В это время как раз из-за калитки этого самого дома вышла девочка. Она заметила меня подошла ближе.
- Меня зовут Лера - сказала она мне - Давай дружить?
Я согласилась, ведь гулять самой мне как-то не очень хотелось.

Пятый час утра. Стало только темнее, чем двумя часами ранее. Никаких признаков утра. Никаких признаков, что оно наступит. Лишь темнота вокруг. И тишина.
Шум двигателя, короткий, прерывистый сигнал – и комната снова погружалась в тишину.
Всю ночь шел дождь. Барабанил по карнизам, по крыше дома. Моросил по лужам, капал на асфальт, таял в траве.
Открыто окно на улицу, я вдыхаю свежий воздух, пытаюсь разглядеть отблески света в этой темноте, но ничего – вокруг только мрак.

Я помню, как поднималось солнце, еще совсем недавно. С самого утра небо было безоблачно голубым, ни единого облака, обещая жаркий летний день. Солнце уже достаточно поднялось над горизонтом и ласкало своими лучами мое лицо. Утренний туман почти развеялся, только ярко-зеленая трава еще не успела полностью обсохнуть от блестящей росы. Город тоже просыпался, его привычный гул, состоящий из тысяч, тысяч звуков постепенно нарастал, дополняясь вновь вливающимися в него частицами этого ежедневного шумового фона.

Слева и справа от нас стояли по 2 кровати, которые были расположены по длине. Над нашими головами был выдвижной телевизор из потолка. Стены отражались более желтыми, чем нормальные, из-за яркого света. Возле каждой кровать у ног, стояли по одней тумбочке, они были коричневого цвета, с несколькими набросами черного. Кровать прикрывала разноцветная простыня, разных, ярких цветов. Дальше, слева, стоял большой стол со стульчиками и табуретками на 4 человек, которые были расположены вдалеке друг от друга. Справа стоял шырокий и высокий, светло-коричневый шкаф.
Пройдя переход через прикрепленную дверь в прицеп, мы узрели так же большущую красоту. Кровати, тумбочки и телевизор, были точно такими же и расположены точно так же.
Дальше, аналогично, стоял стол. Да и шкаф был похожим как по виду, так и по расположению. В самом конце была дверь, ведущая в туалет, в котором были синие стены, маленькая, серая душевая кабинка, белый умывальник, белый унитаз и даже небольшая ванна такого же цвета.

30.06.2016 22:28
(Запись в электронном дневнике)
"Тихая летняя ночь за окном. Наверху, на втором этаже, скрипят старые деревянные половицы. Я лежу в теплой кровати, и все равно мерзну. В открытую форточку задувает прохладный ветер, развевая тонкие светло-зеленые занавески. Я оборачиваюсь, смотрю в окно, за которым, под огромной полной луной видна деревня. В небе горят звезды, я встаю, и иду скрепя холодными половицами. Я смотрю в окно, раскрываю его, и вдыхаю холодный вечерний воздух, пропитанный вечерней росой и запахом цветов в саду. В полутьме сада они различимы. Закрыли бутоны и спят. Кусты освещены белым лунным светом. Невдалеке, у уличного фонаря, кружатся ночные мотыльки. Я уже закрываю окно и собираюсь возвращаться в кровать, но..."
"Как часто так начинаются истории", - подумал я разочаровано, вздохнув и откинувшись на спинку кресла. Уставшие печатать руки я положил на подлокотники, кожаные и потертые, такие удобные. Какой раз перепечатываю! Обернулся лежа и осмотрел комнату. Все как на экране напечатано... И дверь уже вертящаяся в моих мыслях, которая должна со скрипом открыться через мгновение в сюжете, но... ничего. И тут дверь закрыта. Старая, лакированная, деревянная. С круглой исцарапанной ручкой. С врезанным, блестящим металлом, замком.

Смеркалось. Пение птиц, до этого такое жизнерадостное и веселое, окончательно умолкло, а ночные хищники пробуждались от дневного сна и готовились вступить в свои владения. На небольшой поляне горел костер, у которого сидело двое парней. Одеты они были просто – вязаные безрукавки да штаны, едва достающие до щиколоток. Оба старались держать руки поближе к костру, так как с наступлением ночи в лесу становилось холоднее.

Оба парня насторожено прислушивались и встревожено вглядывались в окружающий их сумеречный лес, особенно туда, где в зарослях наступающая темнота, борясь с последними лучами солнца, порождала густой мрак или постоянно меняющиеся, корявые тени. Видно было, что оба напуганы. Еще бы: совсем одни посреди ночного леса, до поселка далеко, и засветло добраться туда не успели, вот и пришлось заночевать прямо в лесу. Парни договорились по очереди стоять на дежурстве, чтобы в случае чего отпугивать голодных хищников, которых здесь водилось немало, и по сравнению с которыми волки и медведи были чуть ли не самыми безобидными.