Взгляд под ноги. Глава третья. Один день до...

- Ну ты и эгоист! – Нарочито громко произнес он. – А мы что, не люди? Хотя бы ради мамы. Про себя я молчу. Я-то дома-то у своих, а тебе теперь жить в нашем доме с мамой.
- Но я хочу к Кате! – Я поднял мокрые глаза.
- Докажи! Брось ты это пиво, встань на ноги, вернись на работу. Игорь уже столько раз звонил спрашивал, когда ты выйдешь на работу! – Я вновь промолчал, лишь опустил голову. – Я не хочу тебе читать нотации, просто вернись в строй и все наладится.
- И Катя вернется? – Теперь он промолчал. – Я так и думал.
- Брат, пойми, эти горю не поможешь. Давай уже, вставай на ноги и выходи на работу. – Дима встал и пошел к выходу, но вдруг обернулся. – Я верю в тебя, даже если ты не веришь. – Сказал он и вышел из комнаты.
«Да ну его, давай лучше поищем пиво!» - пронесся голос в голове.

И почему этот ненавистный голос так пытается меня споить? Зачем мне эта пьянка? Ведь любовь из-за нее я уже потерял, возможно, и работу тоже. Что для меня осталось только одна радость это – пить? Нет! Хватит! Брат прав, пора браться за голову и бросать! «Но тебе ведь будет плохо!» - опять раздался голос. «Да ну и пусть!» - ответил я мысленно. Скольких людей сгубила эта синяя отрава! Взять даже Славу! Жил парень, работал, была семья, жена и дочь. А теперь что? Ездит на кресле-каталке с отказанными ногами и стреляет копейки у магазина. Мне не нужна такая жизнь! Пусть я и не обрел счастье в семейной жизни, но из-за этого я не скачусь в пропасть. «Посмотрим!» - звонко раздался голос в голове, оставив боль. Я оглянул комнату взглядом и увидел, что возле компьютерного стола опять стоял пакет с красными банками.
- Ну уж нет! – Произнес я и лег, закрыв глаза.

Время подходило к полудню. Я лежал в холодном поту под старым пледом. Все тело дрожало будто осенний лист под ливнем. Время тянулось мучительно долго. Руки и н6оги то сковывало, то неестественно выворачивало. В голове взрывались снаряды боли. Постоянная жажда не отпускала меня. И голос... Этот голос в голове то умолял меня выпить, то приказывал, то кричал будто дикий надзиратель. С моих уст срывался только стон боли, больше ничего. Даже когда мама или брат заходили меня проведать, я смотрел в потолок, не обращая на них внимания. Я даже не видел, как они меняли бутылку с водой что, стояла у дивана. Попытки забыться сном срывались раз от раза. Радовало только одно, что, на улице ровно, как и в моей комнате было прохладно.

Не силясь больше терпеть похмельный синдром, я попросил таблетку снотворного и через пол часа забылся сном. Перед глазами мелькали разные сны: вот я в детском возрасте гоняю с друзьями мяч, вот я в юношестве делаю свой первый затяг серого дыма, вот в шестнадцать лет мне протягивает друг банку пива. Сны мелькали как зубцы шестерни на велосипеде. И вдруг я очутился в старой деревушке на пороге отчего дома Кати. Я стою, шатаясь и нажимаю на дверной звонок закрепленный на железных воротах. Мне открыл старший брат Кати, мой тезка. Мы прошли во двор и уселись на старенький диван под живым навесом, я протянул ему банку горячительного напитка. Из дома вышла девушка с голубыми глазами и длинными золотистыми волосами. Я, увидав ее простое, но очень красивое лицо, влюбился как мальчишка. Я дрожал, голос предательски срывался в вялый писк. Попытки встать и поздороваться увенчались провалом. Она, улыбнувшись, протянула мне руку и тихо сказала: «Здравствуйте. Катя».
Но сон оказался коротким, все потемнело и сквозь эту темноту я отчётливо слышал два слова «Выпей пиво». Руки и ноги стало страшно выкручивать против часовой оси. В голове нарастала боль, сопровождающаяся звоном стекла о железо. Я закричал во все горло: «Помогите!». И вдруг яркий красный свет заполонил все вокруг и передо мной появился я сам. Он подошел ко мне впритык и сказал.
- Ну, привет. Вот и встретились.
- Кто ты такой, черт возьми!?
- Я? Я никто, я просто шепот, голос позади. – Он улыбнулся и прошептал: «Выпей пиво».
- Так это ты! Это все ты!
- Да.
- Какого черта ты ко мне пристаешь?
- Ты еще не понял? Я не пристаю к тебе. Я просто говорю вслух твои желания.
- Я не желал быть пьяницей! Тем более - расставаться с Катей.
- Нет желал. Я тебе больше скажу ты и сейчас этого хочешь.
- Нет!
- Да! И не смей отрицать! Ты все делал чтобы выпить. Вспомни как ты прятал банки пива под вашей совместной кроватью. Вспомни разговор, что тебе нужно выпить чтобы стало легче от твоих же созданных проблем. Да, черт возьми, ты даже придумал несуществующую у тебя болезнь чтобы просто напиться. А девчонка все терпела, понимала и плакала, когда ты спал пьяный.
- Нет! Это неправда! – закричал я во все горло.
- Правда и не смей отрицать! – Он покосил голову. – Но я не осуждаю тебя, я хочу помочь. Просто выпей пиво, когда проснёшься, и все проблемы уйдут, как страшный сон.
- Но как же Катя? Я хочу быть с ней.
- Да как ты не поймешь, поезд ушел, закончились твои страдания. Пиво — вот твоя жена! Зачем изменять ей?
- Возможно, ты прав...
- Конечно, прав. Давай, уже признайся себе, что ты и алкоголь должны быть одним целым.
- Хорошо, как скажешь.
- Молодчина! – Он взял меня за плечи и улыбнулся. – А теперь просыпайся. – Он щелкнул пальцами, и я открыл глаза у себя в спальне.

«Может быть, он прав? Может все что нужно мне в этой жизни забыться в пьяном угаре? Зачем эти все семейные скандалы вперемешку со светлыми моментами, в которых и радости то со спичечную головку. Зачем ходить на работу и кланяться, пресмыкаться перед начальником и выполнять непосильный труд? Лучше веселится и уйти от этих земных проблем, все равно конец жизни — это смерть, так лучше прожить ее как я хочу». Я уже настроился встать и открыть баку пива, чтобы стало легче, как вдруг зазвонил будильник на смартфоне, оповещающий что время шесть часов утра. Я взял черный телефон и нажал кнопку отмены. Вслед за этим на экране появилась фотография меня и Кати. Мы стояли на склоне заснеженной горы и улыбались в объектив. Я вспомнил, как мы провели этот день, не было никого, ни людей, ни проблем, только счастливые мы. Мы гуляли, дышали свежим воздухом и целовались. Я вспомнил сладкий вкус ее алых губ.
- Ну нет! Я должен держаться ради нас! – Произнес я и лег на кровать. «Ты об этом пожалеешь!» - пронесся эхом голос в моей голове.