Мат чёрному королю

Паршивец наверняка уже парковался за углом, когда звонил. Ну да ладно. Я почти готова. Да, я - девочка по вызову. А куда деваться? Работы в нашем городке не сыскать днём с огнём даже молодому крепкому мужику. А мне, выпускнице провинциальной средней школы, так подавно. С моим аттестатом ехать в столицу и поступать в престижный и даже непрестижный вуз - даром время терять. И всё ж, в один прекрасный день я было собрала манатки, да одноклассник Никитушка некстати подвернулся. Когда билет в первопрестольную почти купила. Посулил мне сутенёр горы золотые, я и заглотила наживку. Предки узнали кем я работаю, с дому попёрли. А когда я их содержать стала, так вежливо пригласили обратно. Мерзавец Никитка бизнес организовал на широкую ногу. Клиенты не скупились. Был в нашем городке сторйцех, когда-то государственный, но приватизированный местными нуворишами, и богатенькие заказчики чуть ли не толпами наезжали. Ну, и насчёт клубнички были, само собой, не против. В стройцех набрали на работу каких-то там таджиков, а местным отказали.
Привёз меня Никитка по назначенному адресу.
- В общем, так. Насколько я понял, тебе с клиентом не придётся даже привычным делом заниматься. Он сказал, что поговорить по душам не с кем. А баблосы хорошие отвалил. Смекаешь? Чушь всякую выслушаешь, головкой покиваешь, посочувствуешь, и всё дела.
- А ты не маньяка мне подсовываешь?
- Обижаешь. С этого маньяка уже труха со всех щелей сыпется. Вообще-то, клиентик какой-то чокнутый, нетривиальный. Но вежливый. Сказал – проигрывать любит. Выходит, ты будешь доминировать.
- Услуги госпожи оплачиваются втройне, и ты это прекрасно знаешь. Да у меня с собой и плётки захудалой нет.
- Не парься. На этот счёт ничего такого и близко. Эх, Танюсик, закрутил бы я с тобой, да некогда. Бизнес. Ладно, давай, иди. Если что пойдёт не так, звони. Я по шустрому бычков пришлю.
Дверь открылась, а за ней... ох и сволочь же Никитка. Дед во сто лет! Едва на ногах держится и о костыль опирается. Правда, в прикиде, не вонючий. Седая бородка аккуратненько подстрижена. Парфюм опять же. Неужели в таком возрасте мужикам это надо? Однако Никитос говорил, что до такого даже не дойдёт. Оно и видно. Пальцем ткни, и вправду рассыпется.
- Проходите, – проскрипел дедок, закрывая за мною дверь, – это даже лучше, чем я ожидал. Великолепный экземпляр.
- Что? – опешила я.
- Не обращайте внимания на старого брюзгу. Присаживайтесь.
Мы находились в тесной комнате с низким потолком, посреди которой стоял стол с раскрытой шахматной доской, на которой теснились стройными рядами расставленные фигуры.
- У меня сразу вопрос, - прокаркал старикашка, - в ваши обязанности входит оказывать услуги, скажем, далеко не сексуального характера? Это важное условие. Не должно быть никакого принуждения.
- Входит, если речь не идёт о насилии. Я не против, раз уж здесь оказалась.
- Ну и славно. Это не займёт много времени.
- Время – деньги. А по мне, так всё равно, раз клиент платит.
- Вы глубоко ошибаетесь. Время несоизмеримо ни с какими деньгами. Оно бесценно. Скоро вы это поймёте. Присаживайтесь. В шахматы играете?
- Вообще-то играла в школе. Даже на каком-то турнире третье место заняла.
- Вот и прекрасно. Объяснять, что к чему, не придётся. Даю вам фору. Будете играть белыми.
- Мне всё равно. Но раз так, тогда хожу.
Я двинула пешку вперёд на две клетки. Мы начали. Какое-то время мы молча передвигали фигуры, а старик посматривал на прибитые к стене часы с кукушкой. Где он такие откопал? Наверное, с его молодости ещё сохранились.
- Что за часы? Вы так на них смотрите. У вас же на руке часики, наверное, не из дешёвых будут, - удивилась я.
- Вы правы. На моём запястье ручной работы скелетон в корпусе из белого золота. Маятник выполнен из миниатюрного фрагмента свитка Джераша, если вам известен этот артефакт. В общем, не заморачивайтесь. А на стене часы особенные.
Я пожала плечами. Действительно, мне дела никакого нет до элитных и, тем более, каких-то древних механизмов. Какая блажь бывает в старости? И на хрена сейчас часы, когда точное время можно в телефоне и на компьютере посмотреть. В наше время наручный хронометр, по мне, уже отживший анахронизм, представляющий ценность лишь для каких-нибудь коллекционеров. Постоянно заводи, стрелки подводи, батарейки меняй. Лишние головняки.
Мы продолжали играть и я выигрывала. Мне удалось отыграть двух коней, ферзя, и одного слона, после чего я сделала рокировку, загнав таким образом короля в угол. Следующим ходом должен был следовать шах и мат.
- Похвально, – проговорил наконец старикан, - вы доставили мне истинное удовольствие. Сто лет так не играл.
- Сдаётесь? – задорно спросила я.
- Играйте до конца. Я не положу на поле чёрного короля. По правилам игры вы должны взять его в руки сразу же после объявления мата. Не все это делают, но смею заверить, первоначально правила были таковы. Побеждённый король не должен оставаться на доске. Как в жизни на троне. Я это знаю точно, – и он передвинул пешку в последний раз.
- Мат! – победно сказала я, делая ход конём, и зажала в кулачке ключевую фигуру.
В этот момент в часах на стене затрещало, старинные шестерёнки пришли в движение, и из окошка вылезло на пружине нечто, вовсе не похожее на деревянную кукушку. Это был самый настоящий мохнатый чёрт! Блеснув глазами, он ухмыльнулся, сделав мне воздушный поцелуй когтистой лапой, и вновь спрятался в дырке. Я в изумлении пялилась на дьявольские часы, и до меня донеслось, наконец:
- Честь имею откланяться, сударыня. Вы выполнили условия сделки, а посему, не смею более злоупотреблять вашим вниманием.
Я повернулась в сторону деда. Но сидящего напротив на месте не оказалось. В прихожей хлопнула дверь. Чёрный король покатился по полу. Я сидела в ступоре, и тело сковал непонятный, немыслимый паралич. Не в силах двинуться, я таращилась на шахматную доску. Дверь снова стукнула, и в комнату вихрем ворвался Никитос.
- Танюха, ты где?
Он подошёл ближе.
- Вы не видели тут девушку, красивую такую? – обратился он ко мне.
Затем помахал перед моим лицом рукой.
- Ясно, – произнёс он, и выбежал вон.
Что, чёрт возьми, происходит?! Наконец ко мне вернулась способность двигаться, и я встала. Резкая боль прострелила спину от шеи до поясницы, и полностью разогнуться я не смогла. Что-то было не так. Пройдя в прихожую, я глянула в зеркало.
На меня смотрело старушечье лицо! Иначе говоря, в зеркале было отражение сгорбленной столетней старухи.
Я посмотрела на руки. Пергаментная кожа свисала лоскутами. Скрюченные ногти едва открыли пудреницу, и в зеркальце я увидала то же самое. Вернувшись в комнату, я обнаружила, что часы и шахматы непостижимым образом исчезли. В стене зияли лишь четыре дырки от гвоздей. От негодяя старика и след простыл.

И вот сижу я на лавочке возле подъезда злосчастного дома, куда доставил меня чёртов Никитка, и непослушными пальцам тычу в виртуальную клавиатуру своего смартфона, заканчивая текстовый документ. Идти дальше не слушаются ноги. Мне помогли спуститься со второго этажа какие-то мальчишки. Сегодня я умру от старости. Я это чувствую. А мою жизнь проживёт тот, кто её забрал. Когда-нибудь он отберёт и следующую. Так кем же был на самом деле тот старик? Теперь он не старик, а мальчик, парень, юноша. Сколько ему лет? Возможно, тысячелетия. Много ли их в нашем мире? А если много. Кто попадётся дальше? У кого ещё отнимут жизнь? Только теперь я поняла, что время, отпущенное нам, действительно бесценно. Вот сколько без вести пропавших граждан и так и не нашедшихся по полицейским сводкам? Кто их считал? Я перед смертью всех хочу предупредить о ловушке, в которую могут заманить эти, с позволения сказать, люди. Меня подставил Никитушка. Невольно и из жадности. Но я же согласилась добровольно. Вот так. А посему, выкладываю это...