Грузовой лифт
Я жутко боюсь лифтов. Нет, бывало, что я застревала раза два, но не это вызвало у меня страх перед этим механизмом. Да и клаустрофобии у меня нет. Было нечто другое, вызвавшее у меня эту «лифтофобию». Ваше дело, верить или нет. И я не буду говорить стандартную фразу «Все это – чистая правда». Я просто расскажу вам, как и что произошло.
У нас городок маленький, и высотных зданий не так уж и много. И есть у нас «легендарные» дома-близнецы в семнадцать этажей – это единственные самые высокие здания в нашем городе. И в них два лифта – обычный и грузовой. В одном из них, на семнадцатом этаже, живет моя бабушка. И в этом доме отчего-то сломался грузовой лифт и он уже долгое время не работал. Поэтому все ездили на обычном.
В тот день, я пришла к бабушке в гости и мы долго сидели у нее на кухне и пили чай. Время быстро пролетело и вот, я собралась домой. Стою и жду пока приедет лифт. Но он был все время занят. Кто-то снизу вызывал его, ехал, потом на лифт садился кто-то другой и снова ехали на какой-то этаж. Я уже даже разозлилась и хотела было спуститься пешком. В этот момент в коридоре начал мерцать свет, причем, довольно... «мелодично», словно кто-то что-то передавал с помощью азбуки Морзе (вот такие ассоциации). Я же списала это на испорченную проводку. В этот момент рядом со мной что-то звякнуло и на этаж подъехал грузовой лифт. Я уж было обрадовалась, мол, наконец-то починили его! Зашла, нажала на первый этаж и лифт с кряхтением стал спускаться вниз.
У нас городок маленький, и высотных зданий не так уж и много. И есть у нас «легендарные» дома-близнецы в семнадцать этажей – это единственные самые высокие здания в нашем городе. И в них два лифта – обычный и грузовой. В одном из них, на семнадцатом этаже, живет моя бабушка. И в этом доме отчего-то сломался грузовой лифт и он уже долгое время не работал. Поэтому все ездили на обычном.
В тот день, я пришла к бабушке в гости и мы долго сидели у нее на кухне и пили чай. Время быстро пролетело и вот, я собралась домой. Стою и жду пока приедет лифт. Но он был все время занят. Кто-то снизу вызывал его, ехал, потом на лифт садился кто-то другой и снова ехали на какой-то этаж. Я уже даже разозлилась и хотела было спуститься пешком. В этот момент в коридоре начал мерцать свет, причем, довольно... «мелодично», словно кто-то что-то передавал с помощью азбуки Морзе (вот такие ассоциации). Я же списала это на испорченную проводку. В этот момент рядом со мной что-то звякнуло и на этаж подъехал грузовой лифт. Я уж было обрадовалась, мол, наконец-то починили его! Зашла, нажала на первый этаж и лифт с кряхтением стал спускаться вниз.
Едет, едет, медленно так. И вдруг он остановился, его двери открылись. Смотрю – шестой этаж. Я подумала, что вдруг кто-то вызвал его с шестого, но на этаже никого не было. Ну ладно, может не до конца лифт починили, вот и «глючит» его. Нажала на кнопку, лифт закрылся... и не сдвинулся с места.
Я испугалась: кому приятно будет застрять в лифте? Стала нажимать на все кнопки подряд. Ничего. Нажала на кнопку вызова диспетчера. Тоже ничего. Решила позвонить родителям, дабы они вызвали лифтера. И связи, конечно же, не было. Тогда я стала тарабанить по двери лифта. Авось кто-то услышит. Тарабанила минут эдак пятнадцать – безрезультатно. И что же дальше делать?
Я села на пол и давай ковыряться в телефоне, ибо делать больше нечего. Может, мама позвонит бабушке, мол, дочки нет до сих пор. Бабушка пойдет к консьержке, выяснять проходила ли я. А потом увидят, что лифт не работает. И все поймут. Вот так я себя успокаивала, хотя на душе была какая-то непонятная тревога.
Вдруг в лифте погас свет. Лишь кнопки лифта неприятно светись красным светом. В этот момент я ясно услышала чьи-то шаги на этаже. Обрадовалась, мол, кто-то все-таки вышел. Давай кричать и бить по дверям, чтобы меня заметили. Шаги стихли как раз напротив двери в лифт и я с бьющимся сердцем ожидала услышать «кто там?» Но вопроса не последовало, а из-за двери раздавалось лишь тихое сопение.
В эту секунду что-то начало царапать пол лифта. Аккуратно так, медленно, словно ощупывая его. А рядом со мной раздался тихий шепот, говорящий что-то. Мне показалось, что это все-таки была латынь, ибо некоторые слова были похожи и все время повторялись (все-таки латынь на филологическом факультете изучают).
Мне стало жутко. Я кинулась в самый дальний угол лифта и замерла, прикрываясь своей сумкой как щитом. Шепот же двинулся за мной, непрерывно повторяя одну и ту же фразу: Alea jacta est. С каждой секундой он становился сильнее и громче, и я уже слышала тысячи других голосов, которые стали скандировать эти слова. А снизу что-то начало царапаться с еще большей силой, словно прорываясь ко мне. Из-за двери лифта кто-то начал стонать, словно в предсмертной агонии, и из проема сочился слабый голубоватый свет.
Помню, что я закричала и начала биться об стенки лифта. Я молилась, чтобы хоть кто-то меня услышал. Я кричала и ругалась. Пыталась закрыть уши. Мне казалось, что я схожу с ума. В ту секунду, когда я уж почти помешалась – все резко прекратилось. В лифте загорелся свет и он медленно стал спускаться на первый этаж. Как только двери открылись, я пулей вылетела в коридор.
У выхода меня поймала консьержка и стала допытываться, что произошло и почему у меня такой перепуганный вид. Я не стала ей все рассказывать, а ответила, что просто застряла в грузовом лифте. А то мало ли, подумает, что я чокнулась совсем. На лице консьержки отразилось недоумение, и на мой вопрос «что случилось?», она ответила:
-Не могла ты в нем застрять. Грузового лифта уже полгода как в шахте нет.
С тех пор прошло некоторое время и лифтов я до сих пор панически боюсь. Однако в голове глубоко застряла эта фраза «Alea jacta est» и я решила спросить у своей учительницы по латыни, что она значит. Оказывается «Alea jacta est» переводится как «Жребий брошен». И я до сих пор не могу понять, что она означает. К чему это? И что это вообще было?
Я испугалась: кому приятно будет застрять в лифте? Стала нажимать на все кнопки подряд. Ничего. Нажала на кнопку вызова диспетчера. Тоже ничего. Решила позвонить родителям, дабы они вызвали лифтера. И связи, конечно же, не было. Тогда я стала тарабанить по двери лифта. Авось кто-то услышит. Тарабанила минут эдак пятнадцать – безрезультатно. И что же дальше делать?
Я села на пол и давай ковыряться в телефоне, ибо делать больше нечего. Может, мама позвонит бабушке, мол, дочки нет до сих пор. Бабушка пойдет к консьержке, выяснять проходила ли я. А потом увидят, что лифт не работает. И все поймут. Вот так я себя успокаивала, хотя на душе была какая-то непонятная тревога.
Вдруг в лифте погас свет. Лишь кнопки лифта неприятно светись красным светом. В этот момент я ясно услышала чьи-то шаги на этаже. Обрадовалась, мол, кто-то все-таки вышел. Давай кричать и бить по дверям, чтобы меня заметили. Шаги стихли как раз напротив двери в лифт и я с бьющимся сердцем ожидала услышать «кто там?» Но вопроса не последовало, а из-за двери раздавалось лишь тихое сопение.
В эту секунду что-то начало царапать пол лифта. Аккуратно так, медленно, словно ощупывая его. А рядом со мной раздался тихий шепот, говорящий что-то. Мне показалось, что это все-таки была латынь, ибо некоторые слова были похожи и все время повторялись (все-таки латынь на филологическом факультете изучают).
Мне стало жутко. Я кинулась в самый дальний угол лифта и замерла, прикрываясь своей сумкой как щитом. Шепот же двинулся за мной, непрерывно повторяя одну и ту же фразу: Alea jacta est. С каждой секундой он становился сильнее и громче, и я уже слышала тысячи других голосов, которые стали скандировать эти слова. А снизу что-то начало царапаться с еще большей силой, словно прорываясь ко мне. Из-за двери лифта кто-то начал стонать, словно в предсмертной агонии, и из проема сочился слабый голубоватый свет.
Помню, что я закричала и начала биться об стенки лифта. Я молилась, чтобы хоть кто-то меня услышал. Я кричала и ругалась. Пыталась закрыть уши. Мне казалось, что я схожу с ума. В ту секунду, когда я уж почти помешалась – все резко прекратилось. В лифте загорелся свет и он медленно стал спускаться на первый этаж. Как только двери открылись, я пулей вылетела в коридор.
У выхода меня поймала консьержка и стала допытываться, что произошло и почему у меня такой перепуганный вид. Я не стала ей все рассказывать, а ответила, что просто застряла в грузовом лифте. А то мало ли, подумает, что я чокнулась совсем. На лице консьержки отразилось недоумение, и на мой вопрос «что случилось?», она ответила:
-Не могла ты в нем застрять. Грузового лифта уже полгода как в шахте нет.
С тех пор прошло некоторое время и лифтов я до сих пор панически боюсь. Однако в голове глубоко застряла эта фраза «Alea jacta est» и я решила спросить у своей учительницы по латыни, что она значит. Оказывается «Alea jacta est» переводится как «Жребий брошен». И я до сих пор не могу понять, что она означает. К чему это? И что это вообще было?
(голосов: 32)
Категория: Страшные рассказы
