Музей проклятого счастья. Глава 11

- Говард, может, тебе известно, хотя бы, кто готовил нападение на музей?
- А что, пропало что-то драгоценное? - оживился Говард.
- Скорее, важное. Пока не известен точный список вещей, но Этьен обнаружил пропажу, пока, только трёх предметов. Это арбалет, скальпель и тесак с книгой.
- Какому идиоту понадобился такой хлам?
- Это не просто хлам. Предметы обладают особой силой и способны манипулировать людьми.
- Дрейк, ты же знаешь, я не верю во всю эту чушь, но я знаю тебя, и ты бы просто так не заявился ко мне из-за безделушек. Так что, дело серьёзное, только, сомневаюсь, что смогу тебе помочь.
- Мне всего лишь нужно, что бы ты "пробил" по своим каналам, не было ли заказов на эти предметы, и не появлялось ли нечто подобное.
- Как только я что-то узнаю, сразу же сообщу. Но, тебе лучше поискать у "городских". "Чернь" вряд ли, заинтересуют подобные "ценности".
- И на том спасибо. Держи меня в курсе.
Расстроенные своим фиаско, отец и сын вернулись обратно в машину.
- Ты мне так и не рассказал о третьем экспонате. Что за "набор каннибала", и кто такой, этот Хаарманн Фриц?
- Это - немецкий серийный убийца. В прессе назывался также "вампиром" и "оборотнем Ганновера". У Хаарманна была своя мясная лавка, где они с любовником разделывали тела жертв, а их мясо добавляли в сосиски или просто продавали в рестораны и кафе. За два года они наладили рынок сбыта мяса в заведения. Люди даже и не подозревали, что под видом "говядины", они покупают человеческое мясо. Он душил жертву, а когда та теряла сознание, перегрызал ещё живому парню горло, выпивая кровь. Хаарман убивал только молодых мальчиков и мужчин, так как считал женщин "вместилищем порока и распространителями венерических заболеваний", и брезговал их кровью. К тому же, он имел сексуальные пристрастия к парням. Так он и знакомился со своими жертвами, а когда приводил их в лавку, они вместе со своим любовником Ханс Грансом разделывали труп. Они не только продавали мясо, но и сами его употребляли. На их счету около 27 жертв, от 10 до 22 лет. А книга, вернее, маленький блокнотик - это рецепты и руководство, как правильно нужно расчленять и готовить "человеченку". - Дрейк посмотрел на Эйдана, на лице, у которого читалось явное отвращение.
- Кажется, меня сейчас вырвет. - парень скривился, и поспешил открыть окно, а Дрейк расхохотался.
- Куда мы направляемся? - спросил Эйдан, когда смог побороть в себе приступ тошноты.
- Обратно в музей. Сейчас нам не удастся, что-либо узнать, пока предметы находятся у воров. Есть надежда, что они выдадут себя, когда попытаются их продать.
- Этьен, к сожалению, не могу тебя ничем порадовать. - произнёс Дрейк, как только они с Эйданом вошли в дом.
- У меня тоже для тебя плохие новости. Пропало ещё 5 предметов.
- Что именно?
- Музыкальная шкатулка, часы, фотоаппарат, колье и парфюм. - Этьен тяжело вздохнул.
- Я, так понимаю, нам нужно и этих "ужасающих" предметов бояться? - язвительно произнёс Эйдан.
- Молодой человек, сарказм здесь излишен, тем более, учитывая то, что вся эта история случилась по вашей вине. - набросился на него Этьен, но Дрейк его прервал.
- Этьен, того что случилось - уже не вернуть, но можно попытаться это исправить. Сейчас, лучше сохранять "холодный" ум и просто ждать, когда предметы проявят себя.
- То есть, нам нужно ждать записей в некрологах? - Этьен перешел на крик.
- Я понимаю, что это звучит жутко, но только так нам удастся выйти на след экспонатов. Не думаю, что воры дадут объявления в газету.
- Смерть невинных людей будет на вашей совести! - яростно выкрикнул Этьен, указывая на Миа и Эйдана.
- Я понимаю, что ситуация не из приятных, но тебе нужно успокоится. Пойдём, выпьем. - и Дрейк увёл Этьена в кабинет, где находились запасы спиртного.
- Вот видишь, я же тебе говорила, что нам нельзя быть вместе, и вот, к чему это привело. - сокрушалась Миа.
- Это всё просто дурацкое стечение обстоятельств.
- Которое повлечёт за собой ужасные последствия. Эйдан, речь идёт о реальной угрозе для жизни людей. Как ты этого не понимаешь?
- Я это понимаю. Только я не могу понять, какое это имеет отношение к нам с тобой?
- Самое прямое. Как только мы попытались пойти против судьбы, она тут же послала нам предупреждение.
- Ты преувеличиваешь. Это всё предрассудки и суеверия. - Эйдан подошел к Миа, и обнял её. - Всё будет хорошо. Мы вернём все эти проклятия на свои места с минимальными потерями.
- Ты так цинично рассуждаешь о жизни людей? - Миа отстранилась от него и посмотрела с укором. - Я думала, ты другой. Нам, действительно, не стоит быть вместе.
- Но, Миа... - Эйдан попытался взять девушку за руку, но она резко выдернула её, и убежала в сад.
Эйдан стоял растерянный посреди коридора. Внезапно, он услышал, как Этьен в разговоре повысил тон. Любопытство взяло вверх над приличием, и Эйдан ближе подошел к двери.
- Этьен, самого главного они не нашли, поэтому и выбрали то, что лежало "сверху".
- Дрейк, они искали его, и я уверен, что это было не случайное ограбление. Не добившись цели, воры вернуться.
- Но, ты же сам сказал, что всё надёжно спрятано, так что, пока нет причин паниковать. У нас есть время подготовиться к новому вторжению.
- Времени, как раз, и нет. К тому же, нам не известно, были это обычные аматоры или демоны, которые знали за чем шли? Вы с Эйданом будете заниматься поисками пропавших предметов, так что музей снова остаётся без охраны. А без магических способностей твоего сына - это лёгкая добыча.
- Прошло несколько часов. Как ты думаешь, что они попытаются сбыть первым?
- Я даже боюсь представить. Все эти предметы по своему опасны. Музыкальная шкатулка принадлежала одной девочке Эстер. Она зверски убила своих родителей, а дом подожгла. Девочку поместили в психиатрическую клинику, где она убила ещё двоих пациентов. Одному она выколола глаза, из-за того, что он "странно на неё смотрел", а другой пациентке исполосовала ногтями лицо и откусила часть щеки. После выписки, её поместили в интернат, и Эстер стала вести себя прилежно. Вскоре, её захотела удочерить одна пара, у которой уже была дочь. Эстер делала всё возможное, лишь бы пара взяла её к себе, а спустя месяц её проживания с новыми родителями, их постигла та же участь, что и предыдущих - они были убиты, а что бы скрыть следы своей кровавой расправы, Эстер снова применила поджог. После этого, она снова отправилась в психиатрическую клинику, где и провела остаток своей жизни. Шкатулка всегда была при ней, и по её словам, она убивала обе семьи именно под мелодию из шкатулки.
- Ты что, подслушиваешь? - спросила Миа, и от неожиданности, Эйдан отскочил от двери, и опрокинул столик с вазой.
- Опять от меня одни неприятности. - пробурчал он, собирая осколки. Об один из осколков Эйдан поранился. - Ну вот, только этого мне не хватало.
Миа нагнулась, что бы помочь ему, и заметила, как рана чудесным образом стала исчезать.
- Как ты это сделал? - она удивлённо уставилась на руку Эйдана, на которой только что был порез.
- Это ещё одна особенность, которая досталась мне по наследству.
- И всё же, что ты делал у двери?
- Как ты правильно заметила - подслушивал. - Эйдан криво усмехнулся.
- И что же тебе удалось услышать? - насторожилась Миа.
- Ничего из того, чего бы я не узнал позже. - ушел от ответа Эйдан.
В эту минуту, из комнаты выскочил Дрейк.
- Нужно ехать. Звонил Карл Торенс, бывший шериф. Его младший сын, Питер, теперь занимает его место в полиции. Он сообщил, о загадочной смерти в торговом центре.
- И чем же она так загадочна?
- Тем, что молодая девушка, которая была абсолютно здорова, просто взяла и умерла.
- Ну, люди часто умирают. - отмахнулся Эйдан. - Даже молодые и здоровые.
- Карл сказал, что девушка, перед тем, как упасть на пол в конвульсиях, покрыться страшными экземами. Она воспользовалась духами, которые стояли на полке магазина.
- Может, у неё была просто аллергия на этот запах? - предположил Эйдан.
- От аллергии, люди так не умирают. Хватит препираться. Поехали скорее.
Они быстро домчались до торгового центра, около, которого уже во всю работала полиция, отгоняя репортёров и простых зевак.
- Сэр, туда вход воспрещён. - перегородил Дрейку путь один из полицейских.
- Всё в порядке, это ко мне. - Питер Торенс вышел из здания, направляясь к Дрейку и Эйдану. - Отец предупредил меня, что ты приедешь, и сказал, с какой целью. - шепотом добавил Питер.
- Нужно скорее забрать флакон, пока ещё кто-то из дам не польстился на этот парфюм.
- Но это улика, а меня за это "по голове не погладят".
- Питер, могут погибнуть ещё люди. Что для тебя важнее - жизнь человека или запись в рапорт? Скажешь, что флакон разбился, когда жертва упала на пол, вот и всё. - Дрейк начинал терять терпение.
- А если "объявятся" остальные предметы, что я тогда скажу?
- Придумаем что-то. Отец тебе сказал, что именно пропало?
- Да. Музыкальная шкатулка, колье, фотоаппарат и часы.
- Тогда, ты в курсе, когда нужно звонить мне. Где флакон?
Питер протянул Дрейку пузырёк, помещенный в пакет для улик.
- Вот он. Только будь осторожен.
- Ну, это я и сам знаю. Передавай привет родителям и Мелиссе. - Дрейк попрощался с Питером, и они с Эйданом поспешили обратно к автомобилю.
- Дрейк, что это за парфюм такой, и от чего умерла та несчастная? - спросил Эйдан, когда они ехали в машине.
- Это отравленный парфюм.
- То, что он отравлен, я уже и сам понял. Кому он принадлежал?
- У этого флакона придворная история. Он принадлежал, сперва, самой Екатерине Медичи, а затем, и Теофании ди Адамо.
- Ну, о Медичи я слышал, но, какое этот флакон имеет к ней отношение, и кто вторая дама? Теофания как там?
- Ди Адамо. Многие придворные интриги и перевороты решались при помощи ядов. У Медичи был целый арсенал помощников и способов устранения конкурентов. Она переживала, что её сына захотят свергнуть с престола, ведь, когда он взошел на трон, он был совсем ребёнком, и вот, что бы обезопасить его, Екатерина прибегала и к чёрной магии и к использованию ядов. В те времена, стоило немного дать слабину, и тебя уже под землёй едят черви. Её помощник, флорентиец Бианки - большой любитель изготовления духов, душистых перчаток, женских украшений и косметики с добавлением яда. Медичи отправляла эти предметы своим недругам, и вскоре, их постигала мучительная смерть. Спустя несколько веков, один такой флакон с духами, который использовала Медичи, попал в руки одной потомственной отравительнице - Теофании ди Адамо. Она долго пыталась раскрыть секрет изготовления этих духов, и на его основе вывела собственную формулу. Теофания ди Адамо - самая известная представительница династии. Сведения о ней во многом противоречивы, однако все источники сходятся в том, что она впервые изготовила знаменитую "аква Тофану" - яд без вкуса и запаха, сделавший её знаменитой.
По одной из существующих версий, в 1659 г. Рим захлестнула волна отравлений, причем жертвами неизменно становились мужчины - возлюбленные или мужья неких ветреных дам. Папа Александр VII приказал начать расследование и вскоре инквизиция вышла на след некоей Джеронимы Спера, гадалки, промышлявшей среди прочего-торговлей приворотными зельями и ядом. Под пыткой Спера назвала имя своей матери, Теофании ди Адамо.
По другой версии, отравительница жила в Неаполе, и практически легально продавала за большие деньги пузырьки с прозрачной жидкостью, называемой "манна Святого Николая Барийского" или "неаполитанская вода". Изображение святого было и на самой бутылочке, что довольно долго сбивало с толку сыщиков, заставляя думать, что речь идёт о некой реликвии. Однако же, лейб-медик Карла VI Австрийского, исследовав жидкость, нашёл в ней мышьяк.
Ещё некоторое время казалось, что Тофане удастся избежать наказания, так как у неё было достаточно влиятельных покровителей, но вмешался папа, и участь отравительницы была решена. Тофане в последнюю минуту удалось скрыться в монастыре в Палермо, дававшем право убежища. Аббат и епископ отказались её выдать, так как отношения между светской и духовной властями в тот момент были достаточно враждебны. Однако, возмущение против отравительницы было столь велико, что монастырь был взят в осаду, и в конечном итоге Тофана оказалась в руках правосудия.
Под пыткой она якобы призналась в 600 отравлениях, назвав среди своих жертв герцога Анжуйского, и папу Климента XIV. В 1719 г. Тофана была казнена, вместе с ней окончила жизнь на эшафоте её дочь Джеронима Спера и ещё 3 женщины, помогавших в её ремесле. Тело казнённой было заброшено в монастырь, где она ранее скрывалась. Ещё 12 женщин-убийц были приговорены к пожизненному заключению.
Джулия Тофана, дочь Теофании, жила в Риме во времена папы Александра VII и продолжала заниматься семейным ремеслом. Осуждена инквизиционным судом, казнена на римской площади Цветов в 1659 году.
Аква-тофана (в переводе с итал. "вода Тофаны") представляла собой бесцветную жидкость, лишённую вкуса и запаха, не терявшую своих ядовитых свойств ни в горячей, ни в холодной пище. Рецепт аква - тофаны никогда не был до конца раскрыт - точнее, известны все (или почти все) ингредиенты, но не дозы и не "технология" производства - и то и другое Тофана держала в строгом секрете. Считается, что в основе яда лежал водный раствор мышьяковой кислоты и вытяжка белладонны. Именно эти составляющие ей удалось разгадать в парфюме Медичи.
Уникальность яда состояла в том, что отравленный слабел постепенно. Вначале появлялась сильная жажда, затем рези в желудке, слабость, наконец паралич и смерть - иными словами, смерть от отравления по своим клиническим признакам почти совпадала с течением обычного заболевания - например, брюшного тифа, при тогдашнем состоянии медицины распознать отравление было почти невозможно. Даже сейчас это непросто было бы сделать, и потому достаточно много преступников ломали голову над тем, чтобы воспроизвести рецепт Тофании. Сведений о том, что это удалось, нет. Однако, аква-тофана - это всего лишь разбавленный яд, который действовал постепенно, парфюм Медичи, убивает в течении нескольких минут, так как является сильнейшим концентратом. Если при отравлении аква-тофаной у жертв ещё был шанс на спасение, то парфюм действовал безотказно и наверняка.
- Да уж. Оказывается, придворные дамы были весьма жестоки. - вздохнул Эйдан.
- Более того, они часто вершили судьбы не только династий, но и всего государства, тем самым, не просто попадая в историю, но и самостоятельно её делая.
- Тебе так много известно обо всём этом. Это тоже Этьен рассказал?
- Нет, это мои личные познания. Ты забываешь, что я не просто увлекаюсь мистикой, но и преподаю в Гарварде. - улыбнулся Дрейк. - О многих исторических фактах мне поведали мои коллеги из Принстона, Изабель и Алан Райт. Они преподают там историю и культуру.
- Где-то я уже слышал эту фамилию. - Эйдан нахмурился пытаясь вспомнить.
- Наверное, у Этьена. В его музее храниться семейная реликвия Изабель - набор драгоценностей, принадлежавший самой Эржебет Батори.
- Точно! Этьен рассказывал, что украшения прокляты, и способны воскресить дух самой Эржебет, стоит только их надеть.
- Да. Изабель на себе испытала силу их воздействия. Она даже книгу издала об этой истории. Мы и познакомились с ней и её мужем на одной из читательских конференций, где оба выступали со своими книгами. У них есть дочь - Элизабет-точная копия своей знаменитой прабабки. Последний раз мы встречались с ними научной конференции, где каждый представлял свой университет и кафедру. Мы, тогда, с Аланом разделили между собой второе место по научным работам. Ну вот, приехали.
На встречу выбежал взволнованный Этьен.
- Ну, что, он у вас?
- Да, держи. - Дрейк достал из кармана флакон, и протянул его Этьену. - К сожалению, без жертв не обошлось.
Глаза Этьена снова вспыхнули гневом.
- Я же говорил, что будут жертвы. Надеюсь, ты понимаешь, что эта смерть - обратился он к Эйдану.
- Я знаю. На моей совести. Но, уже ничего не поделаешь.
- Потому что нужно было раньше думать. Я же предупреждал, что эти предметы опасны, а ты так халатно отнёсся к моим словам и к своим обязанностям.
- Может, вы перестанете, наконец-то, ругаться? - из дома вышла Миа.
- О, ещё одна виновница торжества. - насмешливо произнёс Этьен.
- Лучше нападай уже на меня, а её оставь в покое. - прорычал Эйдан.
- Какой благородный рыцарь выискался? Только не вижу лошади и доспехов. Где же ты был, когда музей грабили? Случайно, не о чести Миа заботился или, вернее, о бесчестии?
Эйдан не удержался, и со всего размаху заехал Этьену кулаком в челюсть. Между ними завязалась драка. Дрейк и Миа стояли ошалевшие, не понимая что происходит, и лишь когда Эйдан отступил на шаг назад, и в его руках возник огненный шар, они запаниковали, но было поздно. Эйдан запустил шар в Этьена, но тот успел увернуться, и шар полетел в дерево.
- Довольно. Нам всем нужно успокоиться. - выкрикнул Дрейк, оттаскивая Этьена, а Миа, заступая Эйдана. - Пойдёмте в дом.
Они прошли в библиотеку, где Дрейк сразу достал из бара бутылку скотча, и 3 стакана. Он принялся разливать жидкость по стаканам, когда Этьен промолвил.
- А почему только 3? Неужели Миа к нам не присоединиться? Она же уже взрослая. - последнее слово он произнёс особенно ядовито, от чего девушка поёжилась, а Эйдан снова напрягся.
- Этьен, сейчас не время разжигать споры "внутри лагеря". Мы все делаем общее дело, и начинать вражду - это не самая лучшая идея, так что давай ты немного поумеришь свой темперамент.
Этьен хотел ещё что-то добавить, но по выражению лица Дрейка, он понял, что сейчас ему лучше промолчать. Дрейк протянул стакан Этьену, затем сыну, а сам уселся в кресло, около камина.
- Сейчас не самое лучшее время для обид. Нам нужно работать вместе, и, если мы хотим исправить эту ситуацию, то нужно работать как команда, и отложить свои амбиции на полку. В противном случае, пострадает ещё больше людей. - Дрейк залпом осушил стакан, и поставив его на столик, покинул комнату, дав героям возможность подумать над своими словами.