Красота требует жертв

Девушка поднесла дрожащую руку у контракту, когда Дьявол неожиданно спросил:
- Скажи свое имя.
- Дакотта. Меня зовут Дакотта.
- Красивое имя для красивой девушки. Подпиши контракт, если хочешь стать такой.
Рука предательски дрожала, но девушка поставила роспись.
- А теперь - жди, - шепнул Дьявол и исчез.

Наутро, когда девушка проснулась, она сначала решила, что все увиденное было всего лишь сном, но стоило только Дакотте подойти к зеркалу, как девушка убедилась - это был не сон. Внешность девушки изменилась в лучшую сторону - она стала красива, словно кукла, но вот душа... Девушка не находила в себе силы порадоваться, сказать кому-то что-то ласковое, помочь кому-нибудь. От прежней Дакотты не осталось ничего: ни души, ни внешности.

Девушка уже полгода жила без души. За это время она стала моделью и киноактрисой, у неё появилось много поклонников. Все любили её за внешность, но в ней не было ни капли доброты, лишь эгоизм. С каждым днем Дакотту все больше и больше начинали ненавидеть люди. Влиятельные продюсеры разрывали контракты с ней, поклонников у девушки почти не осталось. Девушка все реже и реже появлялась на подиуме и в кино, а вскоре совсем исчезла. Напоминанием о Дакотте был только старый плакат, висевший на стене многоэтажного дома.

Однажды мимо этого дома проходила девушка в дешевом парике с темными волосами, огромных солнцезащитных очках на пол-лица, застиранном старом пальто. Девушка сразу обратила внимания на парня, рассматривающего фотографию. Девушка встала рядом с ним и начала рассматривать фотографию.

- Вы смотрите уже тридцать секунд на фотографию этой девушки, неужели вы не замечаете ничего в ней? - спросил он.
- Нет, а что с ней не так?
- Красива только её оболочка. Вы посмотрите в её глаза - они пустые, бездушные.

Девушка почувствовала, как по щекам катятся слезы.
- Она просто хотела быть красивой, хотела получать восхищения со стороны людей, но получила только жалость. Она хотела быть красивой, но не знала, что красота требует жертв, - ответила незнакомка и пошла в том же направлении, в каком и шла прежде. А по её щекам катились слезы. Ей было больно. Больно не от того, что в ней не узнавали ту самую Дакотту, а из-за того, что она получила желаемое, совсем не зная, что красота требует жертв.