Бабка Люба или не всё является тем, чем кажется....

Лицо молодой женщины раскраснелось, а слушающая её соседка качала головой, то ли соглашаясь, то ли удивляясь. Краснолицая, прижала руки к груди и продолжала рассказывать:
- И ты представь, не прошло и недели, как "моего"-то на работе сократили, а я ведь тоже не работаю! - Женщина всхлипнула, - Как нам теперь жить, пока он работы не найдёт?! Я к ней сунулась, даю ей деньги и говорю: "У нас детей двое, только снимите проклятье, чтобы мужа на работе восстановили!" А она не берет, ухмыляется и отвечает: "Не я накладывала, не мне и снимать". Ведьма она! А ещё бывшая учительница, никто бы и не подумал на неё. А я теперь всем расскажу, что бабка Люба - ведьма! - тут обе соседки заметили моё пристальное внимание к их истории, и пришлось мне уже бежать в школу, чтобы не опоздать на первый урок.
Кто такая бабка Люба я знал - старушка из соседнего подъезда, помню - высокую, худую женщину с седыми волосами, и постоянно носящая чёрный платок или косынку, словно она всегда в трауре. Она действительно, бывшая учительница - это я знал от своей матери, которая работала медсестрой в городской больнице. Иногда она в свободное от работы время, помогала соседским старушкам - кому давление померить, кому укол сделать или талончик без очереди к врачу достать. Её в доме знали и уважали все пенсионерки, и она их тоже. Если кто и мог знать, что бабка Люба ведьма, то это точно была моя мать.
Но сначала, я рассказал все своему другу и однокласснику Петьке Максимову, правда, время выбрал не совсем удачное - на уроке. Наша "классная" - Галина Николаевна, заметила, что Петьке гораздо интереснее слушать меня, чем её и уставшая делать нам замечания, не выдержала и забрала у нас дневники. На все мои попытки извиняться она заявила, что если нам не интересно её слушать, возможно, нашим родителям это будет гораздо интереснее, когда она их вызовет в школу. Я живо представил, что скажет мне мать, когда увидит очередное замечание в дневнике и наперёд знал, что ей давно уже стыдно ходить на родительские собрания. Учился я неплохо, но моё поведение, по словам матери, добавляло ей седых волос на голове (хотя, ни одного седого волоса я у неё не заметил пока что). И вот теперь, прибежав из школы и сидя у меня дома, на кухне, мы могли с Петькой спокойно поболтать. До самого вечера, пока ему не придётся идти домой и мне тоже, делать уроки. Жил он в соседнем дворе, но предпочитал гулять в нашем и собирались мы с ним, в основном, у меня.
- Сань, ничего тебе твоя мама про ведьму не скажет, потому что не знает. - Сказал мне Петька. - Для неё это просто старушка, которой она ходит давление мерить. Если хочешь узнать - ведьма она или нет, сходи вместе с матерью к бабке. Я читал, что у ведьм помощники есть - кошки или летучие мыши. А ещё ведьма сама может превращаться в животных: кошку или собаку, например. По ночам они выходят из дома и пугают людей, а в деревне - может курицу или гуся задушить и сожрать. Если увидишь, что у неё по стенам разные травы развешаны - точно ведьма! Тогда беги от неё без оглядки, пока она тебя в кого-нибудь не превратила.
Честно скажу, просвещённость моего друга в этом вопросе - меня поразила, а выданная им информация даже немного напугала. Я-то убегу, а мать у ведьмы останется, что ли?!
- Ничего она твоей матери не сделает, кто ей тогда уколы делать будет и в аптеку за лекарствами ходить?! - успокаивал меня Петька. - У нас дома святая вода есть - бабушка из церкви носит, приходи, я тебе дам - все ведьмы святой воды боятся. Побрызгаешь на неё водой, она даже умереть от этого может.
Таким образом, до самого вечера мой мудрый друг наставлял меня на путь "ведьмоборства", но, к сожалению, решимости мне это не прибавило. Я тогда про себя решил, что мне уже всё равно - ведьма ли бабка Люба или нет. Мы так с ним увлеклись разговорами, что не заметили, как мать пришла с работы - пришлось нам срочно разбегаться, Петьке домой, а мне - садиться за уроки.
После того разговора прошла неделя, но "странная бабка" из головы не шла. Несколько раз я пытался заговорить с матерью о соседке, но всякий раз меня что-то останавливало. Однажды мне приснилось, что ведьма превращает меня в козлёночка, как в сказке, а маму в лягушку.
Я проснулся весь потный, с колотящимся сердцем и ещё долго всматривался в темноту, вспоминая сон. Был ли я тогда впечатлительным фантазёром или просто перечитал сказок? Что вы хотите, мне было десять лет, а какой ребёнок не любит читать сказки?!
Но однажды, мать срочно вызвали на работу и она, вручив мне список лекарств и деньги, сказала:
- Сын, выручай! Нет у меня времени бежать в аптеку, а люди на меня надеются. Сбегай, купи по списку. Фармацевта - теть Таню ты знаешь, она тебя тоже, когда всё купишь - позвони мне, я тебе скажу, куда и кому отнести.
По магазинам и в аптеку мне ходить было не в первой. Купив всё, что было в списке, я позвонил матери. Она назвала мне адреса старушек, которым я должен был отнести лекарства, посоветовала мне быть вежливым и отключилась. Пошёл я разносить лекарства и, как говорится, "ничего не предвещало беды". Первой оказалась бабуля с первого этажа, мы над ней жили, двумя этажами выше. Она умилялась и охала, что такой маленький и уже помогает маме, напихала мне в карманы конфет и, погладив по голове, отпустила. Помню, шёл я тогда гордый и довольный собой, и уже представлял, как и следующая бабуля наградит меня горстью конфет, а может и шоколадку даст - размечтался, как говорится! Поглядывая на бумажку с номером квартиры, я поднялся на третий этаж. Нашёл квартиру, но, как оказалось, звонок не работает, тогда я вежливо постучал в дверь. Лучше бы мне этого не делать, но было уже поздно - обитая потертым дерматином дверь, слегка скрипнув, сама открылась. Я сунул нос в дверной проём и позвал хозяйку:
- Любовь Матвеевна! - мне ответила тишина, я решил, что старуха не слышит и вошёл в тёмную прихожую. То что, я увидел потом, заставило мои ноги прирасти к полу - на стене, на высоте человеческого роста висели огромные рога, сейчас-то я уже знаю, что их часто используют как вешалку для шляп, но не тогда-а просто стоял и смотрел на них с открытым ртом.
- Это лосиные рога, мой муж любил охоту и сам убил его. - Я повернул голову на голос и обомлел, передо мной стояла высокая и худая пожилая женщина. Белоснежные волосы были аккуратно уложены на затылке в пучок, тёмные глаза за очками смотрели на меня внимательно и строго:
- Ты - Александр? - спросила она меня. Я кивнул, забыв вдруг, что у меня есть голос.
- Ну, проходи, Александр, твоя мама меня предупредила, что пришлёт тебя!
Но я, как дурак стоял и пялился на неё, потому что понял к кому в дом я попал - она и есть бабка Люба. Честно сказать, и на первый, и на второй взгляд, она мало на ведьму походила, поэтому решившись, я протянул ей пакет с лекарствами и сказал:
- Вот, мама вам просила передать, здесь ваши лекарства и сдача. Она взяла пакет, а я зашёл в комнату. Одна из комнат Любовь Матвеевны была похожа на зал нашего краеведческого музея, в который мы ходили в прошлом году всем классом. Везде - на стенах, шкафах, полках и даже на полу висели и стояли чучела птиц и животных. Тут были: глухари, белки, зайцы и чучело лисы с пушистым хвостом, шерсть, которой давно уже потускнела и местами начала облезать.
- Нравится? - Спросила меня бабка и слегка улыбнулась мне, - Их всех подстрелил мой покойный муж, но это было - очень давно. Их бы и выкинуть надо, но я храню их как память о прошлом. Она усадила меня на стул перед большим круглым столом и спросила:
- Хочешь чаю с вареньем? У меня есть клубничное варенье и чай на травах, очень вкусный.
У меня похолодела спина, и я подумал "Началось, Петька был прав - она ведьма! Сейчас напоит меня всякими травами, а потом превратит в чучело белки или ежа. А матери скажет, что я и не приходил!" Мне показалось, что я даже икнул от страха, а ещё у меня предательски задрожали ноги. С тоской я вспомнил дом и даже школу, и посмотрел на окно, занавешенное тяжёлыми зелёными гардинами. Любовь Матвеевна, видимо, по-своему поняла мой взгляд и молчание, и сказала:
- Ну, раз ты ничего не хочешь, можешь идти. Спасибо тебе за лекарства и маме своей передай - большое спасибо.
Кто-нибудь может представить, с какой скоростью я мчался домой? Даже хмурый день и уже наступающие сумерки казались мне светлым днём, а воздух чистым и чуть ли не по-летнему теплым. Я бежал и думал, что вот сейчас приду домой, сяду делать уроки и никогда больше не подойду к подъезду бабки, ближе, чем на километр! И мать уговорю не ходить больше к ней!