Такой же человек как все...

- Неужели я не могу быть лекарем, увлекаться травами и настоями? Почему сразу так грубо?
Он злобно посмотрел на меня, пнул в живот и грозно произнес:
- Как ты выжила после горячей воды? Это невозможно! Все умирают или не могут говорить после этого испытания. И... - инквизитор с трудом сглотнул. - Банки с кровью и органами, как ты объяснишь?
- Сожри тебя Демон, все узнал, - прошипела я. - Альберт, если ты считаешь меня ведьмой, тебе надо остерегаться проклятий и порч, а это амулеты. Что будешь делать, когда тебя кто-нибудь проклянет? Помни, инквизиция - опасное дело, лучше тебе уйти и поберечь семью.
Мужчина сел на колени, взял меня за подбородок. Несколько минут мы смотрели друг другу в глаза.
- Не тебе мне указывать!
Пощечина, на этот раз настолько сильная и громкая, что рана на лице расширилась, от чего кровь пошла обильнее. "Нельзя использовать лечебные заклятия, - твердила я себе, - нельзя".
Альберт брезгливо отдернул руку, толкнул меня и поднялся.
- Через час тебя будет ждать Стул ведьмы, - он вышел из комнаты. - За тобой зайдут.

Хлопнула дверь. Ссадина начала медленно затягиваться, что со мной, с ведьмой, поделаешь? Тишина, мертвая, гробовая тишина. Сердце забилось быстрее, дыхание участилось. Душа требовала мести за родителей. Я сомкнула веки, стала вспоминать образ инквизитора. "Сосреготочься!" - пронеслось у меня в голове.
- Неприкаянные духи земли, помогите мне, чтобы не было у Альберта ни в день житья, ни в ночь спанья, ни в час сил, ни в полчаса терпежа, - шепот разносился по пустому помещению, отдавался от голых стен и эхом возвращался ко мне.
Грозовые тучи закрыли ясное небо, грянул раскатистый гром, и стремительно пошел дождь. Он лил и лил, попадал в открытое окно, острыми иглами впивался в кожу. Деревья бешено заметались, полетели молодые, еще зеленые, листья. Я улыбнулась - порча удалась.

Час пролетел незаметно. В помещение заглянул парень, совсем молодой. Интересно, какой из него страж порядка? Юноша прошел, развязал мне ноги, помог встать. Он повел меня, держа за руки, я послушно шла. Мальчик вышел на улицу, мгновенно промок, затем открыл сарай и втолкнул меня.

- Флоренса, так Вас зовут? - спросил мужчина, он стоял около Стула ведьмы.
Я, пропустив мимо ушей его вопрос, ибо он сам знает мое имя, проговорила:
- Где Альберт?
Незнакомец усмехнулся, оглядел меня и ответил:
- Этого Вам, сударыня, знать не позволено.
- А какая уже разница? Меня, в любом случае или повесят или сожгут.
"Как быстро сработала..."
Вдруг пара мужчин схватили меня и посадили на Стул. Шипы впились в бедра, начали скрестись о кость. Один инквизитор решил проверить, насколько нагрелось железо, но быстро отдернул руку и бросил в сторону камина несколько неприличных слов. Мои губы предательски дрогнули, растянулись в ухмылке и я расхохоталась в голос.

Мой пыл охладил раскаленный железный стержень, приставив его к плечу. Кисть человека дрогнула, задрожала и, как оказалось, Альберт, бледный и мокрый от ливня, с грохотом упал на землю. Надзиратели бросились к мужчине. Парень, который привел меня на место несостоявшейся пытки, поднял меня и повел обратно.
- Наверняка, казнь произойдет завтра. Ждите. - Он повернулся и робко добавил, - это Вы сделали?
Я тяжело вздохнула, пальцами ноги вывела на песке, заполнявшем помещение, пентаграмму.
- Да, милый мой, я самая настоящая ведьма, - произнесла я, подождав. - Черная ведьма...
Юноша попятился назад, вылупил глаза.
- Сатор Арепо Тепет Опера Ротас, Дьявол! - мой голос снова отразился от стен.
На пентаграмме появился мужчина: черные прямые волосы, собранные в высокий хвост, алая рубашка и серые штаны. Ничего необычного.
- Это как? Это что? Это откуда? - шептал мальчик.
Он упал, смотря на появившегося из ниоткуда духа. Он подошел к парню, замахнулся. Кровь брызнула во все стороны, задевая, вбежавших в помещение, инквизиторов. За ними стояла толпа народа. Каждый из этой толпы держал при себе оружие: вилы, ножи, лопаты и факел. Стражи порядка в панике выбежали из комнаты, увидев разъяренный взгляд Дьявола. Народ последовал из примеру. Я засмеялась, поблагодарила духа. Он отправился обратно в пентаграмму, оставив меня один на один со своими мыслями...

Дождь не прекращался уже несколько дней. Улицы затопило, местные жители не выходили из домов. Иногда я слышала, как они сыпали проклятиями в мою сторону. Охотники на ведьм не заходили с того происшествия с Дьяволом. Даже не кормили, думали, что помру с голоду...

Утром дверь распахнулась. В щель робко заглянула девушка. Она ахнула и умчалась с криком "Ведьма жива!" В этот момент мне захотелось завыть в голос - неужели, они думали, что я умру от того, что не поем?
Полдень. Я посмотрела в окно. В середине города стоял эшафот. Одиноко мокла петля, она звала меня, она говорила - это для меня.
- Ты уже поняла, да? Правильно мыслишь. Вставай, - представитель мужского пола грубо поднял меня.

Странно. Я понимала, что иду на встречу смерти, но на душе было так легко. Иду на казнь и улыбаюсь в полный рот. Мы пришли на площадь. Группы человечков смотрели на меня, переговаривались. Дети ошеломленно наблюдали за поведением. Женщины обсуждали мой вид - загрязненная рубаха и кожа, волосы спутаны, обуви нет, а на теле ни одной царапины.
Под ногами мокрые деревянные ступени. На шею одевают петлю, затягивают ее.
- Флоренса Лавренс, - произнес палач, - Вы подозреваетесь в использовании колдовства и в предательстве церкви. Желаете раскаяться или сказать что-нибудь напоследок?
- Люди - самые жестокие существа на планете! - прокричала я.
Рычаг самостоятельно дернулся, люк подо мной раскрылся. Горло сдавило. В глазах почернело.
- Флоренса казнена, как ведьма-еретичка, - пронеслось вдали.
Я хрипло вздохнула. От чего мне так весело? Наверно, родители довольны мной. Мама, папа, я исполнила ваше желание?..

Вода и потоки воздуха напевали жуткую колыбель. Над площадью разносилось эхо. Оно гласило о жестокости людей. Тело девушки медленно раскачивалось на порывах восточного ветра. Дождь беспощадно хлестал ее. Темные, почти черные, волосы свисали на лоб, закрывали яркие изумрудно-зеленые глаза. Кроваво-алые губы скривились в улыбке, лицо застыло в маске радостного облегчения, подобие платья развевалось. За что повесили эту девушку, что она сделала? Ее слова - правда, ее действия - жажда мести за родных людей. Инквизиторы, почему они поступили так бесчеловечно? Девушка испытывала чувства горечи и грусти, как и надзиратели; она пыталась отплатить за смерть родителей. Ведь эта ведьма - такой же человек, как все...