Дорога

Вот и сейчас, он вёл дорогой
Пустой, подбитой и неровной.
И стрелка бака уж скатилась,
Ну а заправок и не видно.
Лишь на обочине виднелись
Кресты, да редкие деревья.
Всё как-то мрачно и уныло.
Заправки лампочка застыла.
Немного времени продлилось,
Движок чихнул, остановился.
И чудо техники ругая,
Они пустой дорогой встали.
И что же делать в это время?
Машин как не было, так нету.
Назад пиликать далеко –
Ну километров так под сто.
Осталось лишь вперёд идти.
Мож, встретится что на пути.
Или машина, иль заправка,
Ну, на худой конец хибарка.
И взяв канистру и ругаясь,
Они всё дальше продвигались.
В округе нету даже птичек –
Одно лишь поле без границы.
И солнце, подмигнув зарёй,
Совсем за горизонт зашло.
А муж с женою всё шагали,
Но ничего так не встречая.
Совсем стемнело. Всё в затишьи.
Они на перекрёсток вышли.
Такая вот дилемма встала –
Идти куда: налево, прямо?
И посоветовавшись, решили
Свернуть с дороги той унылой.
Но как всё было, так осталось.
Лишь тишина, да ветра малость.
Но вот, в свету большой луны,
Кресты возникли впереди.
Жена совсем уже взмолилась:
«Давай назад, мы заблудились!»
Но муж усталым, твёрдым тоном
Ей возразил: «Идём спокойно.
То кладбище – хороший знак.
Боятся нечего нам там.
Уверен я, неподалёку
Стоит деревня или город.
Потом добавил чуть пугая:
«Иль упырей боишься, Зая?
Как было раньше – так поныне.
Усопшие соседствуют с живыми».
Жена противилась немного,
И всё ж, пошли этой дорогой.
Холодным, блеклым лунным светом
Всё освещалось в месте этом.
Склонились старые кресты,
Бурьяном поросли холмы.
Обвился плющ через ограды,
Склонились памятники рядом.
И иногда с них наблюдали
Глаза со старых фотографий.
И ни сверчка, ни писка мыши.
Наполнилась округа тишью.
И что-то долго они шли,
Но впереди одни кресты.
И обстановка волновала.
Жена всё ныть не прекращала:
«Давай вернемся, говорю».
«Должно же кончиться оно» -
Он неуверенно сказал.
Остановилась вдруг жена:
«Я что-то писать захотела».
«Не место здесь, ты б потерпела» -
Сказал он ей. Но всё ж в итоге,
Остался ждать он на дороге.
Она подальше отходила.
Пока совсем не скрылась с виду.
Муж подождал минуток десять,
Потом позвал – но без ответа.
Он звал её – не отзывалась.
За ней он начал пробираться.
Но сколько не искал её,
Найти жену так и не смог.
Он выругался, остановился.
Достал мобильный – разрядился.
И тут вниманье обратилось,
На совсем свежую могилу.
Он подошел, чтоб разглядеть...
На белой мраморной плите –
Её лицо! Смотрело осуждая,
С усмешкой на него взирая.
А снизу дата, и с числом,
Закончившимся этим днём!
«Да что же это за фигня!» -
Мужик попятился назад.
Он очень-очень быстрым шагом
Почти бежал промеж оградок.
А лица с плит и изваянья
За ним с усмешкой наблюдали.
Запыхавшись, остановился.
А сердце через рёбра билось.
Нигде дороги не видать.
Повсюду лишь кресты стоят.
Он отдышался и услышал –
Что нету больше полной тиши,
И что под метрами земли
Повсюду выли и скреблись!
Мужик не видя ничего,
Бежал в беспамятстве вперёд.
Земля сбежала из под ног,
Упал в пустую яму он.
Сил развернуться лишь хватило.
Земли клубочки покатились.
Он не кричал, не рвался – сдался.
Земля тихонько засыпалась.
«Не может быть – это кошмар!»-
Прошли последние слова...

А у дороги, у пустынной,
ГАИ стояло две машины.
Они там что-то записали,
Взгляд за обочину бросая.
«Видать, он за рулём уснул» -
Сказал один, рукой махнул:
«Ну, доставайте, чтоль тела,
А то нам на обед пора».
В машине битой и измятой,
Тихонько пикал навигатор...