Страшилка

Регина была дочерью фотографа, единственного мобильного специалиста в городишке, которого приглашали на свадьбы, юбилеи, похороны, парады, конкурсы, словом, был «Салон фотографий» один на весь город и папа Регины.
Мама ее работала обычным рядовым библиотекарем.
Завидовали матери девушки:
— Ты смотри на нее, одевается как модница, прически, ходит прям как жена министра!

Регина тоже любила наряды, вкус у них действительно отличный, никаких излишеств. Регине так и хотелось защитить маму:
— Вот вам и готовый рецепт — образцовая женщина, а вам что мешает!

Несколько рядов старых кресел на пустыре, тонущем в июньской траве. Несколько старых ив, которые помнят... Человек, бредущий вечерним подгорьем, мог видеть престранную картину - группа людей созерцает пустоту. Посиживают себе в скрипучих креслах. Молчат. Смотрят... Э-э-э, нет - ещё и слушают что-то.
Театр всюду. Тем вечером в нашем городе он сошёл со сцены и рассыпался рекой звуков и событий по всему Тобольску, соткав из теней зыбкую, но вполне осязаемую картину мира.

Обычный автобус везёт тебя знакомым ежедневным путём. Но спектакль уже начался, и диалог, звучащий в наушниках, звуки города (а творческая группа фиксировала пение местных птиц, скромные голоса тобольских фонтанов и многое ещё другое), мягко уводят тебя из реальности. И если довериться им, то уже и согорожане видятся персонажами великой пьесы, финал, которой неизвестен, но предопределён.

Историю мне рассказали девчонки из лагеря. Я сидела, вслушиваясь в каждое слово.

Россия. Ветер раскачивал хрупкие верхушки деревьев. Машина ускорялась и направлялась на здание службы "РИА-новости". Я сонный, заехал в кафе. Купив себе кофе и 2 пончика, устремился на работу. Я взглянул на наручные часы. 8:42. Чёрт! Я опаздываю. Нажал на педаль газа. Припарковав свою машину, открыл двери здания. Показав пропуск охранникам, я двинулся к начальнику.

- Ну, чего вы так долго?! - покосился на меня начальник.
- Я сегодня собирал факты для новой статьи. - ответил я.
- Я даже знаю, какая следующая будет статья. - продолжал он.
- Ну, и что же?
- К нам человек, шлёт ужасающие фото. Имени незнакомец не указывает, а пишет лишь надпись "кукловод". Вчера он прислал мне адрес. Так же иногда он шлёт нам разные конечности. Вчера, в письме где он указал адрес, он положил отрубленный палец. - продолжал я.

Кроваво-алое солнце, приближаясь к линии горизонта, бросило несколько своих последних лучей на величественное здание театра. Его стены тут же вспыхнули золотистым сиянием, разгоняя сгущавшийся вечерний сумрак и завораживая своей красотой.
Фасад, выполненный сразу в нескольких стилях – от итальянского ренессанса до классического барокко, притягивал взгляд, и невозможно было оторваться от созерцания этого величия. Стилевые компоненты создавали целостный ансамбль, и нельзя было заметить в архитектуре театра присутствие хоть малейшего изъяна.

Театр по праву можно назвать сердцем Одессы. Построенный по плану итальянца Франческо Фраполли, позже он был перестроен французским архитектором Тома де Томоном. Торжественное открытие состоялось 10 февраля 1810 года. За свою двухсотлетнюю историю театр пережил множество реконструкций и переделок, но суть его, душа, остались прежними. Обожаемый людьми, он был признан одним из лучших в Европе.
Но так ли все на самом деле было радужным, как может показаться на первый взгляд?

И снова лежу я в луже своей крови, пытаясь понять, что я такое. Нет, меня не избили. Я расшибся об стену. Не человек, но и не призрак. Кто же я? Выгляжу как человек, только более уродлив: морщины на лице, мешки под глазами, кривые, жёлтые зубы и эти глаза, в которых порвалось множество капилляр. Я похож на старика, который прожил много лет, зарабатывая себе на жизнь непосильным трудом на труболитейном заводе. Уже давно я жду свою смерть, которую видимо я никогда не дождусь. Все мои родственники и друзья мертвы уже много лет. Лишь я один блуждаю по этой планете, где для меня не светит солнце, не поют птицы. Мой разум не вспомнит день, в котором мне пришлось пережить лучшие чувства, что мог бы испытать каждый человек. Живу почти уже 3 сотни лет. Не знаю почему, не знаю как, но судьба наградила меня даром жить вечно. Я пытаюсь вспомнить, что значит жить, но вспоминаю только, что значит существовать. Мне пришлось пережить многое и щас меня никто не вспомнит и никто не назовёт меня по имени. Хм... А я его помню?! Как же меня звали?..

Всем привет. Меня зовут Роман, я учусь в институте и подрабатываю охранником, ночью. На третьем по счету дежурстве я, к несчастью, потерял своего лучшего друга. Он погиб в бою. Второй из друзей уволился, он не смог перенести всего потрясения. Остался я один. И на этот раз, меня послали дежурить в старый театр, находящийся на реконструкции. Здание театра было построено, еще, в шестидесятые годы, двадцатого столетия.
Было начало декабря, мелкий снежок сыпал с неба. Я, не спеша, шел к своему объекту по темному городу. Фонари освещали мне путь, Я шел к театру, своему объекту. Совсем недавно, года четыре назад, в этом театре шли представления, начиная с классических пьес и, заканчивая современными постановками. Не смотря, на недешевые билеты, жители городка, где я живу, толпами шли на спектакли. Но, как всегда бывает, случилось нечто страшное. А именно, на одной из постановок, в 2011 году случился пожар. На сцене шла постановка "Властелина колец". И актер, играющий Балрога, неловко пустил струю пламени, которая перекинулась на занавес. Огонь начал быстро распространяться, зрители в панике покидали зал. Большинству удалось спастись, а остальные зрители, в том числе и актеры, погибли в том страшном пожаре. Два года театр стоял пустым, привлекая бездомных, неформалов, в основном готов, подростков, наркоманов и любителей выпить. Но в конце 2013 года, вначале 2014, здание выкупил бизнесмен, фанат театра. Он-то и решил отремонтировать здание, сделать его более современным.

Это случилось однажды ночью. Уже вечерело. Практически весь день мы провели в парке, и время пролетело практически незаметно. Погода была чудесная, и домой идти совершенно не хотелось. Поэтому поужинав в кафе, мы с другом решили продолжить нашу прогулку. Идти было особо некуда и я предложила просто пройтись по улочкам нашего города.

Заговорившись на разные темы, мы и не заметили как свернули с одной из главных аллей в какой-то малый нам знакомый сквер. Стало интересно - как это раньше ему удавалось оставаться незамеченным? Как мы могли его не знать? Ведь мы протоптали местные окрестности вдоль и поперёк... Оглядевшись вокруг стало понятно, что кроме нас самих там никого не было. Это место было такое тихое и спокойное, что казалось оживлённый центр города находился не за домом, а где-то далеко...

В центре сквера находился небольшой фонтан, а вокруг него располагались скамейки. Мы решили немного задержаться в этом месте и сели на одну из лавочек. Напротив нас стояла тумба с афишами. Прочитав несколько мы узнали, что скоро к нам приезжает одна известная рок-группа, цирк-шапито и фокусник-чародей.

Куда уходят наши души?
Нам ни за что не разгадать,
Надеюсь, правды не нарушу,
Хочу я думу вам сказать.

Покинув тело, улетают
В другую, лучшую страну.
И там, возможно, выбирают,
Свою дальнейшую судьбу.

Жизнь на земле всего лишь сказка,
И каждый в ней играет роль,
В ней кто-то вместо декораций,
А кто-то - главный там герой.

В ночном театре снова музыка играет.
Заброшен, стар он, но еще живой.
Там не горит пятнадцать лет
Над полусгнившей сценой свет,

Усохли в вазах роз последние букеты,
Висят, желтея, черно-белые портреты,
Пылятся старый занавес, забытые места
И только с виду так история проста!

Но ночью в невесомой дыме танцует балерина там
В кроваво-красном платье полудлинном.
В плену забытой музыки старинной,
Она танцует тихо и легко,
А инструменты в такт играют сами.
Она танцует просто так, ни для кого...
Пред тихим залом и пустыми пыльными местами.

Лет пять назад я играла в любительском театре. Хотя, если говорить откровенно, мы просто собирались по вторникам и воскресеньям за чаем с печеньками и часами слушали удивительные истории нашего режиссёра о местах и событиях, давно припрятанных временем на полку. Вроде и занятно, но ощущение такое, будто вертишь в руках изящную антикварную вещицу - притягательную и совершенно бесполезную одновременно. Несмотря на такой размеренный репетиционный ритм, раза два в год мы умудрялись ставить действительно достойные в плане смысловой сложности пьес и качества игры, постановки. Немногочисленные зрители - завсегдатаи ценили наш вкус. Наверное, только этим и объясняется невероятная удача, сопутствующая нам при кочевании из ДК в ДК. Да-да, у театра долго не было даже своего постоянного обжитого помещения, но одна предприимчивая девушка из нашего братства исправила ситуацию, "прописав" труппу в качестве штатного кружка при университете, в котором училась.

Учебное заведение было одним из старейших в городе и корпус, в котором теперь проходили наши собрания, был построен в начале двадцатого века. А это означало резные окна, головокружительно высокие потолки, чудом сохранившиеся кое-где тяжёлые огромные люстры, потайные лестницы, чёрные ходы, слуховые окошки, обитаемые чердачные помещения и нелогичные тупики в ответвлениях коридоров. Пожалуй, такая романтика духа истории стала единственным и самым мощным фактором, заставившим меня продолжать посещать репетиции. Я использовала каждый удобный момент для исследования этой огромной "шкатулки" с двойным дном.